Не тот господин (СИ)
Решив, что я просто сильно устал, передвигаясь на своих двоих, и сделал привал где-то в лесах, мимо которых она проехала в фургоне, девушка решила меня подождать. Тем более, в тот момент народу здесь было в несколько раз меньше, и выглядели окружающие более-менее прилично. Плюс, нэка рассчитывала на свою бляху авантюриста, выставленную напоказ и новенькую кожаную броню с оружием, выданных ей взамен повреждённых в ходе разведки. Не всякий гопник решится в людном месте напасть на члена Гильдии. А про главу филиала в Бояфе и вовсе ходили слухи, что он страшно мстит убийцам своих людей.
Время шло, меня всё не было, а контингент менялся на более шумный и подозрительный. Один из гуляк подсел к ней и попытался завязать разговор, заодно рассчитывая споить. Но в итоге сам напился так, что отключился за столом.
Уходить нэка боялась. Одно дело оказаться в толпе подобного толка, где куча свидетелей позже расскажет, кто же обидел молодую авантюристку. И совсем другое оказаться на улице в тёмное время суток, где даже сама не поймёшь с какой стороны прилетела стрела или дубинка. И кто это сделал.
Вот почему Нимфадора оказалась в питейном зале в такое позднее время в окружении толпы личностей, по многим из которых плаха плачет, если судить по манерам и облику.
Тут опять нашу беседу прервали.
— Еда и пиво, — передо мной на стол давешняя служанка поставила трёхлитровый глиняный кувшин, литровую деревянную кружку и тарелку с мелкой рыбкой. — Посуду побьёшь, заплатить придётся.
— Главное, чтобы она сама не развалилась в моих руках, — ответил я бабе.
— Доплатить надо ещё пять монет.
— За это? — тут же возмутилась Нимфадора, едва речь зашла о деньгах. — Да он тебе вдвое больше дал, чем это всё стоит. Пробовала я ваше пиво — моча тролля приятнее.
— А ты мастер по моче, как посмотрю, — осклабилась та. — Свеженькую пила али как? Краник хоть в рот влез или он тебе в ладошки отлил, ха-ха-ха!
Лицо Нимфадоры стало краснее помидора. Видя, что она потянулась к нагрудной перевязи с метательными ножами, я решил вмешаться.
— Если мне пиво и закуска понравятся, то будут тебе монеты. Но если нет… — я сделал паузу и тяжело посмотрел ей в глаза.
— То что, красавчик? — нагло спросила та. — Смотри, как бы дороже не пришлось заплатить за пустые слова. Найдётся здесь и… — она резко смолкла, увидев огонёк у меня на указательном пальце.
— То будет здесь очень горячо, — я коснулся пальцем столешницы и провёл там черту. — Или все замёрзнут, — от среднего на древесине появилась полоска изморози, — или провалятся под землю, — безымянный палец покрылся каменной коркой, а столешница обзавелась ещё одной глубокой царапиной. — А может, просто растворю всех вас в кислоте, — поверх свежих отметин упала маленькая ярко-зелёная капля жидкости, мигом проевшая дыру в столе. — Дошло?
— Дошло, — кивнула та и громко сглотнула. — Я всё поняла, заклинатель. Никто тебя и твою девку не побеспокоит. И денег не потребует сверх заплаченного. А пиво у нас хорошее, с окрестных деревень бочками заказывают.
— Хорошо, что мы поняли друг друга, а теперь иди, не мешай нам, — я изобразил ладонью жест «кыш-кыш». Когда та испарилась, я посмотрел на авантюристку. — А ты рассказывай дальше.
— А что дальше-то? — хмыкнула она. — Всё уже, ты появился. Теперь хоть я нормально посплю, не придётся в общей комнате с кем-то укладываться.
— А снять отдельную?
— Ну-у, — она отвела взгляд в сторону, — тут с этим сложно. Деньги у меня закончились, этот вон всё выпил и сожрал, — она со злостью посмотрела на храпящего на полу среди грязи и объедков своего несостоявшегося кавалера. — Пришлось поить, лишь бы не лез ко мне. И не прогнать ведь, — вздохнула девушка. — На его место тут же другой уселся бы. Да и нет здесь отдельных комнат для постояльцев, лишь общий зал и сеновал ещё. И всё, — развела она руками.
— Так, с ночлегом позже разберёмся, сначала выполни свою миссию…
Я не успел договорить, как эта дурёха положила на стол передо мной кожаный мешочек и тонкую трубочку пергамента, перевязанного шнурком с болтающейся круглой пластинкой кирпично-красной печати.
— Ты что творишь? — зашипел я, накрывая руками предметы. — Совсем дура кошелёк показывать в таком месте?
— Я-а…
— Головка от часов «ЗарЯ»! — перебил я её. После этого закинул кошелёк в инвентарь, а записку взял в руки и сломал сургуч печати.
«Здравствуй, Санёк! Наше знакомство не задалось с самого начала, поэтому здороваюсь в письме. Сразу хочу принести свои извинения за ту безобразную сцену, в которой мы поучаствовали. А также хочу успокоить тебя, если коришь себя или боишься наказания за свою маленькую шалость, — тут я ощутил нечто похожее на лукавство, игривое смущение… в общем, нечто подобное, причём эти чувства были точно не мои, а исходили от записки. Хм, какое-то ментальное эмоциональное письмо? Ладно, читаем дальше, — то не стоит. Во-первых, я сама виновата, точнее только я и виновата. А во-вторых, мне очень понравилось, и я готова повторить в любое время и в любом удобном для тебя месте. Насчёт твоей животной агрессивности и несдержанности не беспокойся, это всё моя магия, которая вошла в диссонанс с твоим защитным амулетом. Ты должен был просто испугаться и согласиться подставить попочку мне, лишь бы получить свои деньги и поскорей уйти из моего кабинета. Но вышло так, что в тебе пробудилась ярость альфа-самца, вожака стаи хищников, который должен был поставить обнаглевшую сучку на место самым грубым и приятным для себя способом. То, что ты выбрал не ту дырочку, хи-хи-хи, которая обычно используется, опять же моя вина. Это мои слова поставили у тебя в сознании маяк, когда я несколько раз повторила про попу. Целую и жду с нетерпением нашей встречи. В кошельке четыре золотых — это награда за гоблинов. И ещё шесть в качестве моей благодарности за доставленное удовольствие, сравнимое с божественным. P.S. А ты, часом, не бог любви? Хи-хи-хи».
Амулета у меня никакого нет, тут полукровка ошиблась. Наверное, защиту мне дала моя аура полубога или какой-нибудь талант, может, навык или умение. Их у меня сотни первого уровня, вот так сходу и не разобрать, что чего даёт мне из «пассивок».
— Пиздец. Называется — почувствуй себя альфонсом, — пробормотал я, когда закончил чтение. — А эта Гамора реально ебанутая.
— Санёк, а что она там написала? — тут же навострила свои ушки нэко.
— Тебе какое дело?
— Просто интересно стало. Извини, что влезла, — отвела она взгляд, а её уши немного поникли.
— Интересно… не насмотрелась в щёлочку за мной и вашей гильдейской казначейшей? — буркнул я, вспомнив, как чуть не снёс её сидящую на корточках перед замочной скважиной, когда вылетел из кабинета Гаморы, оставив ту лежащую на столе со спущенными штанами и зияющей дырой разработанного мной ануса.
Та опять покраснела, как маков цвет.
— Я не специально. Просто услышала странные крики, решила посмотреть что происходит, вдруг придётся звать Грымза на помощь, — пробормотала она, явно привирая.
— Ага, прямо каждый день из комнаты Гаморы вот такие крики слышатся, что сначала нужно уточнить сквозь щёлку, что же там происходит, — с сарказмом сказал я.
— Ну, не каждый день. Просто… Гамора любит новичков третировать и заниматься с ними анальным сексом, — сказала она.
— Так-так, а поподробнее? — насторожился я, вспомнив странные намёки в письме.
— Да там нечего рассказывать, ерунда одна, — торопливо произнесла нэка, уже жалея, что начала эту тему.
— Я тебя сейчас усыплю чарами и уйду. Как думаешь, сколько ты будешь оставаться в одиночестве в этой толпе разгорячённых мужиков, которые уже устали облизываться на одну кошкодевушку?
Та вздрогнула и затравлено огляделась. И как по заказу, в этот момент на наш столик решили посмотреть несколько личностей самой, что ни на есть бандитской наружности.
— Н-не надо, Санёк. Я на самом деле хотела позвать Грымза. Только он один может поставить на место Гамору, когда та выходит за все рамки. Но услышала странные крики Гаморы и решила посмотреть, что происходит в комнате, а то вдруг сделаю что-то не то.