Наваждение (СИ)

Итог: проблемы с самооценкой; повышенная тревожность; бегство от проблем, навязчивых мыслей и стресса через обращение к еде, алкоголю и траве; неустойчивое прихоэмоциональное состояние.
Да. Кажется, он ничего не упустил. Собрал по крупицам всё то, что вспыхивало и гасло «лампочками» в его голове, все мысли – озарявшие, ускользавшие, беспокойные, навязчивые, не додуманные. Рассыпающиеся карточным домиком, испуганно бросавшиеся в рассыпную, сбитые чужим вторжением.
Врач даже не заметил, как комнату начал окутывать вечерний сумрак. За окном так и шел дождь, так что приветливое закатное солнце не заглянуло, как обычно, в гости на прощание, мир раньше времени погружался в густую темноту. Никем не потревоженный, он провел над размышлениями и их фиксацией больше трех часов. Мозг кипел, виски сдавливало, нещадно клонило в сон, веки смыкались, но главное – вот он, результат, на этих исписанных, исчёркнутых вдоль и поперек листах, в чистовом варианте. Предмет его профессиональной гордости и, кажется, причина его же сдавленной грудной клетки. Там, внутри, щемило, кто-то словно взял сердце в тиски и не собирался ослаблять нажим.
Она казалась такой лёгкой тогда, в клубе…
Ошибка каждого врача, будь то терапевт или психолог – принимать проблемы своих клиентов слишком близко, принимать их как свои. За годы практики он научился дистанцироваться, абстрагироваться, ведь так и самому недолго сгореть.
Кажется, он горит.
Но спроси с него Лев за обещанные пункты, Юра ответит за свои слова. За каждое.
.
.
.
Врач подумал о том, чтобы вздремнуть хотя бы 20 минут: нужно сбросить с себя этот тяжелый груз – хотя время не самое удачное для сна, вечерняя дрема как правило заканчивается тяжелой, полной какой-то бессвязной каши, головой. Но тут в дверь постучали.
Мысленно проклиная стоящего в коридоре, он скатился с кровати, добрел до двери, распахнул – и столкнулся нос к носу с переминавшимся с ноги на ногу белл-боем.
— Юрий Сергеевич, Вам тут доставка. От курьера велено передать лично в руки.
«Доставка? От кого? Фамилия моя. Странно…»
— Да, спасибо.
Забрав из рук парня увесистый конверт размера A3, Юра отправился назад к нагретому местечку, на ходу машинально включая свет, вскрывая клапан, запуская пальцы внутрь и ухватывая ими содержимое.
«На ощупь что-то плотное…»
Пальцы потянули «что-то плотное» наружу, он перевел уставший взгляд вниз, и рука замерла на полпути. Сонливость как рукой сняло! Стопка матовых фотографий, первоклассная печать… Верхняя – на озере, съемка с боку. Мокрая ткань тонкого белого платья прилипла к стройному девичьему телу, высветила кожу, окутала ноги, подчеркнула плавные изгибы, прозрачно намекнула и оставила бескрайний простор для фантазий. Сумерки. Модель обнимает себя руками, отвернулась от камеры и смотрит вдаль, по голой коже бегут капли воды и мурашки.
Бросило в жар.
Шарахнуло током.
Окатило ледяной водой.
Ударило в голову, сбило с ног, обездвижило.
Юра замер посреди комнаты с этим конвертом в руках, не решаясь хоть краем глаза взглянуть на остальное.
Или, может, все-таки..?
Это выше его сил!
Медленно и очень осторожно все же сдвинул верхнее фото в сторону, и взгляд тут же выхватил на следующем обнаженные лопатки, шейные позвонки: Ксения запустила обе руки в волосы и подняла их в импровизированный высокий «хвост», оголяя изящную шею, ровную, скульптурную спину. Остальное скрывала высокая трава: художник заставлял зрителя додумывать, мысленно дорисовывать, включать воображение… Вновь перевёл глаза на верхнюю… Это… В своих слегка подрагивающих пальцах он держит сейчас чертов шедевр… Это лучше самых «живых» и ярких образов, представляемых им накануне. В тех самых местах, которые он бы сам предложил. Они снимали на природе…
«Очнись!»
Судорожный шумный вдох в звенящей тишине. Резким движением засунул фотографии внутрь, закрыл клапан и бросил конверт на стол. Отошёл подальше, к окну, пытаясь отвлечься на происходящее во внешнем мире.
Он его манил, притягивал… Врач чувствовал нарастающее беспокойство, мыслями постоянно возвращаясь к пухлому желтому прямоугольнику с размашистым почерком выведенной в правом нижнем углу фамилией: «Симонов Ю.С.».
 
«Серега, мать твою! Ты в своем уме!?!?»
Схватив телефон, Юра собрался набрать друга и спросить, какого хрена!? Какого лешего тот без предупреждения шлет ему фотографии, не предназначающиеся для его глаз!? Но взгляд зацепился за иконку, возвещающую о входящем сообщении. Трехчасовой давности.
16:02 От кого: Серега: Друг, выслал печать на твое имя. Что-то ступил вчера и не спросил у Ксении фамилию. Передай.
19:30 Кому: Серега: Признайся, ты сделал это специально.
19:36 От кого: Серега: Конечно!))) Посмотрел хоть?
19:38 Кому: Серега: Можно и так сказать. Случайно. Не видел твоего сообщения.
19:41 От кого: Серега: Хватай эту нимфу и беги, пока не поздно.
«Ха-ха… Смешно.»
19:25 От кого: Сергей: Ксения, как и обещано, отправляю ссылку на облачный диск. Пароль: gnedoy54321. Внутри две папки: в одной 20 фотографий в обработке, в другой – весь фотосет в формате jpeg и RAW. Спасибо за сотрудничество, с Вами было классно работать. Обращайтесь, если вдруг захотите повторить!)) Хорошего вечера!
Ксюша, весь вечер потратившая на наведение порядка после учиненного ангелочком Алисой погрома, выбросившая пару превращенных в мессиво помад от Tom Ford и потому злая, как тысяча чертей, замерла со смартфоном в руке. Фотографии! Как быстро! Нет, он вчера говорил, что двадцать обработает за день, но она особо не верила.
Схватив планшет, девушка бросилась на кровать, открыла ссылку, диски, папку с обработкой и спустя пару мгновений замерла в остолбенении.
«Ведь это же не я… Он что-то напутал, другая модель! Изящная, грациозная… Какая-то неземная красота… Разве у меня такая фигура? Не такая… Да нет – вот поле, вот лес, мох, вот озеро… Лицо… Он отобрал для обработки, очень деликатной, между прочим, десять фото с лицом… Это я..? Боже, как… Красиво! Восторг!!!»
19:43 Кому: Сергей: Сергей, огромное спасибо, фотографии невероятные! Я в восторге! Обязательно обращусь к Вам снова!
19:49 От кого: Сергей: Буду ждать) Кстати, забыл сказать, что эти же 20 фото я отправил Вам с курьером, в печати. Они у Симонова. Уж извините, забыл вчера узнать у Вас Вашу фамилию, второпях написать с вопросом не догадался. Заберите у него при встрече. Еще раз спасибо за сотрудничество.
«У Симонова???»
Она не успела полностью осознать эту мысль: резкий стук в дверь отвлек. Вздрогнув, Ксюша захлопнула планшет, подскочила с кровати и побежала открывать.
На пороге стоял врач. С конвертом в руке. Смотрел он скорее куда-то выше её плеча, не в глаза.
— Кхм, Ксения, Сергей Вам просил передать, — пробормотал он, стараясь придать лицу выражение полнейшего равнодушия и беспечности. Выходило так себе, особенно на фоне этого бормотания, — Решил почему-то действовать через меня…
Девушка взяла в руки протянутый конверт. Тяжелый. И… Открытый!
— Вы что, это… видели? — округлила она глаза, пытаясь унять внезапно охватившее ее волнение. По телу пошла горячая волна, вторая, третья… Кипяток ударил в голову. Что? Он? Видел?
Исходящее от Юрия Сергеевича напряжение ощущалось за версту.
— Да. Верхнее фото. — «Ну, почти…», — К сожалению, очень несвоевременно прочел от Сергея сообщение, что конверт адресован Вам. На нем – моя фамилия, — Юра искоса наблюдал за меняющимся выражением ее лица. Её смущение проступало стремительно розовеющими щеками, опущенными ресницами, сведенными бровями, дыхание участилось, став шумнее, — Я же врач. Вам лучше не знать, Ксения, что я видел в своей жизни.
 
— И… Как Вам? — дерзко спросила Ксюша, вскидывая на него глаза. В этот момент она проклинала себя за свою детскую реакцию. Ну видел и видел. Подумаешь!
— Фотография прекрасная. Такую не стыдно не то что в инстаграм выложить, такую не стыдно отправить на какой-нибудь конкурс. Но это уж Вам с фотографом решать. Хорошего вечера.