Сколько стоит ваше сердце? (СИ)

Шутки не получилось. Потому что невеста посмотрела на него очень серьезно:
— Защищать Императора — первейшая обязанность каждого подданного, и, конечно, я ее исполню, если понадобится.
— Это обязанность мужчин, — Рамер резко встал, — когда женщины берутся за оружие, это означает, что в мире что-то крепко не так!
— В мире всегда что-то да не так, — философски отозвалась девушка, — но это же не повод отказываться от завтрака, — зеленые глаза показали на последнюю недоеденную булочку.
— Мне нравится ваш прагматичный подход, — рассмеялся он, — решительно, вы правы, Алета. Интересно, это особенность южан или только вашей семьи? Потому что Святой Монтрез, защити его боги и демоны, тоже постоянно оказывается прав.
— А вы не задумывайтесь о мистической подоплеке. Просто пользуйтесь, — улыбнулась Алета, принимая из рук слуги вторую чашку.
До слуха мирно завтракающих Императора и графини донеслись голоса, и голоса эти были вовсе не мирными. Рамер приподнялся, чтобы видеть, что происходит. С высоты его роста это было совсем нетрудно.
Алете, чтобы заглянуть в окно, пришлось бы привстать. Проклиная этикет, девушка осталась на месте.
Голоса становились громче. Кто-то спорил, но слов было не разобрать. Один голос показался знакомым.
— Приказать закрыть? — спросил Император, наблюдая за сменой выражения на лице Алеты.
— Мне не мешает, — коротко отозвалась она, — а воздух свеж и цветами пахнет приятно. Но если вам так интересно, вы смотрите, не обращайте на меня внимания. Если хотите, мы можем даже поменяться местами.
"Интересно, после какого слова нужно смеяться, — озадачился повелитель, — или она серьезно?"
— Кажется, мои подданные затеяли магическую дуэль, — произнес он. — Посмотрите, Алета, это может быть интересно. Насколько я знаю, у вас, в Кайоре, магические дуэли не приняты.
— У нас предпочитают сталь, — согласилась она.
— Подумать только! Кто-то набрался нахальства и вызвал моего придворного мага. А ведь Абнер силен… Очень силен…
— "Не хвались силой, встретишь более сильного", — Алета поняла, что еще несколько мгновений, и она проиграет войну своему беспокойству. А, значит, не стоило и мучиться. Тем более — формальное разрешение дано.
Стараясь выглядеть естественно и спокойно, она поднялась, расправила складки платья и встала к окну так, чтобы не слишком торчать из-за занавески.
Там и в самом деле готовилась дуэль. Четыре человека — два дуэлянта и два секунданта, видимо, закончили обсуждать условия и разошлись от центра площадки каждый в свою сторону.
Одним был господин придворный маг, которого Алета видела всего раз и уже от души желала ему провалиться в Бездну, да поглубже, туда, где даже огненные демоны потеют. Вторым был Марк.
— Сейчас они будут устанавливать защитный купол.
Пользуясь тем, что Алета, буквально, прилипла к окну, Его Величество подошел на дистанцию, не допустимую даже для эльса. Его дыхание шевельнуло золотистые волосы на виске девушки.
— Интересно, — мягко заметила она, — дуэли под окном Вашего Величества — это, вообще, нормально?
— Не слишком, но Абнер…
— Выполнял ваше пожелание, не так ли? Или прямой приказ, — Алета не поворачивала головы, но мягкий голос вдруг напомнил императору шелковую нить — тонкую, но крепкую… а уж как порезать может! Не до крови — до кости. — И я здесь не случайно, не так ли? Кого из нас вы проверяете, Ваше Величество? Вашего придворного мага, стратега или невесту?
— Всех троих, — холодно и так же прямо ответил он, — Раз уж вы так проницательны, моя дорогая, то должны понять: верить в моем положении — роскошь. И, при нынешнем состоянии казны, она мне просто не по карману.
— Что ж, — Алета пожала плечами, — я признаю за вами это право, как прерогативу верховной власти. Вы хотели, чтобы я наслаждалась зрелищем? Так, может быть, вина?
— Хм, — хмыкнул он. Недоумение смешалось со странным удовольствием, — Можно и вина. Какое предпочитаете?
— Вы же сегодня угадываете мои вкусы. Продолжайте.
— Фиольское?
 
— Не слишком патриотично, но вкусно, — согласилась Алета, — пусть будет фиольское.
На площадке у фонтана, меж тем, развернулся купол: льдисто-голубой со стороны придворного мага и пепельный, почти прозрачный, со стороны Винкера.
— Вы совсем не беспокоитесь, дорогая?
— С чего бы это вдруг? — искренне удивилась Алета, — я не успела узнать вашего придворного мага и привязаться к нему. Если он сегодня встретит Серую Госпожу, я огорчусь только за вас, Ваше Величество. Наверное, это очень тяжело — терять таких преданных слуг.
— У моего мага восьмой уровень…
— Значит, у него есть шанс выжить, — кивнула Алета, — утешайтесь этим, Ваше Величество. А мне позвольте вернуться к себе.
— Вы не будете досматривать? — удивился Рамер, — Я полагал, что южанки любят такие забавы.
— Южанки любят участвовать. Но не смотреть. Приятного зрелища, Ваше Величество, и спасибо за великолепный завтрак. Ветчина бесподобна, а вино выше всяких похвал, — Алета поставила почти нетронутый бокал на крышку высокого секретера из темного дерева, присела в реверансе и вышла.
Двери за ней закрылись без хлопка.
Рамер Девятый смотрел вслед своей невесте со стойким ощущением, что он где-то лопухнулся, и не по мелочи, типа неправильного выбора вина или закуски, а крупно.
Выходит, не так уж этот мальчик ей и дорог? А он просто выставил себя ревнивым идиотом?
Алета быстро шла по коридору, стараясь "держать" и лицо, и спину. Ей кланялись — она наклоняла голову в ответ. Хвала Святым Древним, никто не требовал от нее улыбок. Все знали, что ее близкий родственник на фронте, и хмурое настроение девушки легко объяснялось беспокойством.
Только бы никто не заговорил — а то ведь не выдержит и сорвется.
Боги благоволили ей — до самых дверей в апартаменты. Кивком отпустив гвардейцев, Алета стремительно прошла в спальню, кинулась ничком на кровать и, сжав подушку, тихонько заскулила, пряча лицо в мягкий шелк.
Что бы не происходило вокруг — никто не должен видеть твоей слабости. Никто не должен понять, где ты уязвим.
Никому нельзя верить.
…На самом деле магическая дуэль — зрелище скучнейшее. Чтоб никому случайно не прилетело, маги окружают себя куполом, который искажает все, что происходит внутри. Зрители видят вспышки огненных шаров, иногда вздрагивает земля, резонируя со щитами — и это все.
Потом купол исчезает — и можно поздравлять и выражать соболезнования.
Но на этот раз что-то пошло не так…
Дверь еще не успела закрыться за Алетой, когда защитный купол исчез. Секунданты поспешили туда, перекрывая Императору весь обзор… но не орать же в окно: отойдите, олухи, мне не видно! Не хватало стать героем свежего анекдота.
Вино оказалось кстати. Хоть и не любил Рамер фиольское, оно казалось ему излишне приторным — но градус там имелся.
На площадке творилось что-то очень странное — оба дуэлянта, это Рамер видел отчетливо, стояли на своих ногах, так что формальных оснований для прекращения дуэли не было. Или Винкер принес извинения?
Стратег подошел к Абнеру и, кажется, похлопал его по плечу. Дикая фамильярность — придворный маг не стерпел бы такого ни от кого… разве что от самого Императора. Сожжет или воздушным кулаком раздавит?
К бесконечному удивлению Рамера, маг не сделал ни того, ни другого. Он вообще ничего не сделал — продолжая стоять и охлопывать себя, словно потерял кошелек с последним золотым.
К нему подошел Герд и стал говорить, бурно жестикулируя. Тон был взволнованный, но слова не различались.
 
А Винкер, вместе с гвардейцами, не спеша направились к казармам — или к плацу. Проходя мимо его окон, стратег, не оборачиваясь, отдал короткий, армейский салют — словно знал, что Его Величество здесь.
Абнер все еще стоял столбом. А потом, кажется, разразился проклятьями. Но этого Его Величество уже точно не слышал, потому что закрыл окно. Работы был еще непочатый край.