Сколько стоит ваше сердце? (СИ)

— А ты, стратег? Неужели тоже нечего пожелать?
…Наглость — второе счастье, так?
— Мой Император, — Марк прикрыл глаза, чтобы не выпустить раньше времени пляшущих демонов…
— Да, — поощрил повелитель.
— Возможно, мне завтра в бой, из которого я уже не вернусь. Я хочу просить вашего позволения танцевать с самой красивой девушкой Империи, графиней Шайро-Туан. Если она, конечно, согласна подарить мне танец.
Если бы посреди зала долбанула еще одна арка перехода и образовался новый залив, шок был бы меньше.
Райкер глядел на стратега с нешуточной тревогой. Вейли — с опаской, как на психа, к тому же буйного. Трое гвардейцев, пригласивших его выпить — привалились к колонне и угорали, показывая ему на пальцах не слишком приличный жест высшего одобрения, типа: "Ну, ты, отжег!"
Рамер Девятый нахмурился.
— Танцевать? Здесь?!
— А что? — Решив, что терять ему уже нечего, Марк пошел ва-банк, — если немного расступиться, места хватит. Музыканты есть. Не вижу никаких препятствий.
— Арк, похоже, твой стратег вообще никогда в упор не видит препятствий для своих идей, — отозвался повелитель, качая головой. — Что ж, традиции святы. Алета, дорогая, вы не против — подарить танец герою?
Народ немедленно растекся по стенкам, освобождая место в центре зала. Вступил оркестр. Конечно, это был не эльс, такого Винкеру никто бы не простил, да и не позволил. Это была медленная, торжественная павана, которой обычно открывали балы.
Марк осторожно взял в руку ее тонкие пальцы — они оказались ледяными. Это было плохо. Как бы девушка не упала в обморок.
С тревогой поглядывая на нее, немного непривычную в таком глухом и тяжелом платье, Марк повел Алету в танце. Она смотрела прямо перед собой и молчала, молчала так упорно, что ему стало не по себе.
— Алета, я чем-то обидел тебя? — шепнул он так тихо, чтобы никто, кроме девушки не услышал.
Прозвучала музыкальная фраза, после которой пара расходится и становятся друг к другу спиной. Еще несколько тактов и медленных, плавных движений — и их глаза и руки снова встретились.
В зеленых глазах была стылая усталость… Что же с тобой такое случилось, девочка? Кто посмел погасить твой свет? У него большие неприятности!
Он скользнул пальцами по ее ладони, незаметно для стороннего наблюдателя, легко погладил, поймал изумленный взгляд, подмигнул — и ослепил провокационной улыбкой, как тогда, на темном балконе, где их никто не видел…
А потом поднял ее руку чуть выше, чем положено — и еще выше… Продолжая улыбаться потянул на себя, раскрутил, придержал.
— Я так не умею, — испугалась девушка.
— Так никто не умеет… кроме меня. А теперь и тебя. Смелее, я поведу!
Алета ахнула: строгая павана летела к темным Богам, прямо в этот миг становилась древней историей, модой, которая давно прошла и безнадежно устарела.
Чинные шаги и повороты, призванные демонстрировать богатство нарядов и обуви, на глазах у всего двора превращались в танец — знакомство, танец — предложение, танец — провокацию. Он кружил, предлагал, увлекал — она ускользала, сомневалась, поддавалась и снова ускользала.
Девушка уже забыла, когда получала такое невероятное удовольствие от танца. Да пусть в бездну провалятся и дорогие родственники, и все эти великосветские куры, и их мужья! Она же не дворцовая клуша, она — южанка с тремя кинжалами в складках одежды, какого демона она позволила так себя запугать?
В Бездну!
И уже сама, поймав несложный ритм и уловив простой порядок движений — наступала, увлекала, заманивала… А он сомневался — но как то уж очень неубедительно.
На ее губах медленно расцветала улыбка, а его — ответной, уже можно было осветить весь зал вместо пары десятков амулетов.
— Укради меня, — вдруг прошептала Алета, — на этот вечер. Тебе же положена увольнительная.
— Каким образом? — изумился он. Ее безумное предложение немедленно вознесло настроение до отметки: жизнь — потрясающая штука!
Они снова разошлись под музыку, чтобы встретиться спустя несколько тактов.
— Ты же стратег, — съязвила она, — спланируй и действуй. Это же ваш девиз.
 
— Украду, — пообещал Марк, лихо поворачивая ее за кончики пальцев.
Рамер Девятый смотрел на это безобразие со смешанным чувством: ревновал, злился, бесился… И, одновременно, не мог не восхищаться.
Вот так, открыто и нагло, у всех на глазах уводить у него невесту… На это нужна была не просто храбрость, а полное и абсолютное отсутствие страха, как эмоции.
Сощурив антрацитовые глаза, повелитель двух континентов смотрел на стратега, как кот на мышь.
"Ты всерьез думаешь, что победил?" — спрашивали эти глаза.
"Пока — не победил, — отвечал его взгляд, — Но ведь и не проиграл".
"И ты намерен бороться? Со мной? Ты сошел с ума!"
"Может быть, — темный взгляд вдруг сделался откровенно провокационным, — А разве Алета не стоит того, чтобы свихнуться?"
"Стоит…" — признал повелитель и отвел взгляд. Этот раунд он слил вчистую.
Глава 23 КРОВЬ АЛЕТЫ
Графиня Шайро-Туан сидела перед туалетным столиком и расчесывала волосы. По легенде — на ночь. На самом деле она собиралась, едва Аней ляжет, заплести косу потуже и переодеться в охотничий костюм.
На вечер было запланировано похищение. Как Марк его провернет, Алета не задумывалась. Если он умудрился с сотней успешно победить целый корпус, значит — выкрасть из дворца одну девушку, которая не собиралась сопротивляться — для него вообще не задача.
Посетителей она не ждала, хвала Святым Древним, час визитов уже прошел, так что всех дорогих родственников можно с чистой душой отправлять назад, со словами: "Я уже ложусь…"
Тем страньше оказался вечерний визит.
— Это Абнер. Личный маг Его Величества, — вздохнула Аней, — его нельзя послать в Бездну. Хотя иногда очень хочется.
— Он такой противный? — насторожилась Алета.
— Нет. Но он служит Его Величеству.
— И что? — графиня остановила на Аней пристальный взгляд, требуя немедленно разъяснить ее тяжелый вздох, — разве мы все здесь не служим Императору?
— Да, конечно, — Аней присела в легком реверансе, — но, одновременно, мы служим себе, своей семье, мужу, любовнику, ребенку… Поэтому с любым из нас можно договориться. Абнер служит только Его Величеству. У него нет других интересов. Поэтому с ним… лучше не играть. А если играете, то хотя бы не жульничать. Это — небезопасно.
— Подумать только, детка, какой я, оказывается, страшный. Просто демоническая личность. Подобрать юбки и бежать, бежать… — В гостиную входит мужчина средних лет, темно русый, невысокий, с узким, немного длинным лицом. Алета уже успела нафантазировать себе седобородого старца и сейчас косилась на мага, словно он обманул ее в лавке.
Аней немедленно исчезла. Она это делала так виртуозно, словно владела забытыми ныне чарами личного портала.
— Мы не знали, что вы войдете, — графиня повела плечом, — я уже собиралась спать.
— Спать? — изумился маг, — Так рано? В вашем милом возрасте можно ложиться под утро и чувствовать себя восхитительно, а выглядеть еще лучше.
— Теряюсь в догадках, зачем мне бодрствовать ночи напролет? Вышивать я не люблю, читать о бесконечных рыцарских подвигах и очередных чудесах, явленных святыми предметами невыносимо скучно. Разве смотреть в окно — но там ничего не меняется… Вы пришли скрасить мне этот вечер беседой?
— Был бы счастлив, — поклонился маг, — но, увы, я здесь лишь по поручению Его Величества.
— И что вам поручил Его Величество? — равнодушно спросила Алета. А сердце дернулось. Нагрешила она сегодня достаточно и собиралась грешить дальше.
 
— О, не пугайтесь, графиня. Это мелочь. Мне нужна капля вашей крови.
— Что? — опешила Алета, — мою кровь? А с чего вы взяли, господин Абнер, что я позволю вам взять мою кровь?