Сколько стоит ваше сердце? (СИ)

— Я люблю Марка. И только с ним хочу прожить жизнь.
— Это твое окончательное решение?
— Да, мой император.
Еще один выверенный поклон — и еще один прямой взгляд. Да, женское коварство и хитрость тут и не ночевали. Его девочка — как шпага: прямая, чистая и смертельно опасная. Для того, кто имел неосторожность подставиться.
— Хорошо, — Рамер пожал плечами. — Ты получишь свою свободу.
— Правда? — недоверчиво спросила она, не спеша бросаться на колени и благодарить судьбу и богов. Птичка чуяла змею…
— Правда. Но будет несколько условий. Во-первых, твое приданое. Я не могу выпустить его из рук, Империя этого не переживет. Анеботум — кровь в ее жилах.
Она опустила ресницы. Спокойно. Молча. Потеря миллиардного состояния не заставила ее даже вздрогнуть… Демоны, Алета! Сколько же стоит твое сердце?
— Второе. В императорской семье не может быть разводов. Тут — без вариантов. Тебе придется умереть как Алета Дженга и воскреснуть как… Алета Наре или Алета Рут. Придумаешь сама.
— Простолюдинка? — тихо уточнила она.
— Ты же понимаешь, что больше ничего я предложить не могу. Дворянский круг узок, все знают друг друга. Баронессу будет не спрятать.
— Хорошо, я согласна. Будут еще условия?
— Молодая и здоровая императрица не может скоропостижно скончаться от отравления рыбой или несчастного случая. Пойдут слухи… Тем более, после того, что устроил на балу твой Черный Рыцарь. — Рамер поморщился. Сломанный нос все еще болел, не смотря на усилия Абнера и обезболивающие заклинания.
— Нужно будет ждать? Как долго?
— Единственная смерть, которая не вызовет подозрений, это смерть родами. Печально, но обычно.
— А… мой ребенок? — мгновенно сообразила она.
— Наследник останется во дворце.
Алета качнулась. Рамер хотел шагнуть вперед, чтобы подхватить. Но женщина выпрямилась сама.
— Вы поступите со мной и с Марком так жестоко?
Император пожал плечами:
— А я могу быть милосердным, Алета? У меня есть такое право… Даже, к демонам право, такая возможность? Ты исчезнешь. Новый брак я заключить не смогу, потому что перед Небом мы останемся супругами, соединенными клятвой. Купель не подарит мне еще одной белой ленты.
Империи нужен наследник. И твой ребенок — идеальный вариант безболезненно развязать этот узел. По крайней мере, я буду уверен, что пока он здесь, во дворце… его мать, отец, сестры с братьями не устроят новый мятеж.
Еще одного Святого Эдера Империя может и не пережить.
— Заложник… — не веря, шепотом переспросила Алета, — мой ребенок останется здесь заложником? Это — цена моей свободы? Ваше Величество… вы — человек?
— Нет. И ты это прекрасно знала, заключая помолвку. Торговаться с тобой я не буду, не на рынке. Цену я назвал. Платить или нет — выбор за тобой. Сроку тебе — до завтрашнего вечера.
— Почему так мало? — отстраненно удивилась она.
— Потому что у Змеев тоже есть нервы. И мои — уже ни к демонам. Два дня я выдержу, а потом… Не знаю, что будет потом. И знать не хочу. И тебе, моя дорогая, этого тоже лучше не знать — целее будешь.
Он развернулся и стремительно вышел.
…Спрашивается в задаче — ради какой Бездны ему это нужно? Он обещал быть самым осторожным солдатом на этой войне. Хотя — война кончилась.
Марк, должно быть, в сто пятнадцатый раз разгладил пальцами листок бумаги, принесенный гонцом. Расчет, на который он почти целиком убил последние сутки своей несвободы и так и не смог завершить. Оказалось слишком сложно.
Даже для него — сложно. А пацан — взял и сделал. В каком-то третьеразрядном трактире, за обеденным столом, между рагу и элем, под крики перебравших клиентов, грубые шутки подавальщиц и стук кружек. После дня пешего марша. Кривым и непотребно оточенным пером. Взял — и рассчитал этот демонов портал. Правда, лично для него и на один раз, но ведь сделал же!
Его Величество был весьма не глуп, себя Марк Винкер числил довольно умным парнем, но, похоже, настоящим гением в семье был Эдер. Младший Дженга. Который, кстати, пока так и не добрался до учителя… Он, кажется, после аскезы монастыря, самым банальным образом ушел в отрыв: трактиры, вино, девицы… интересно, парень хоть драться умеет? Ну, если что, заодно и научится.
 
Тем не менее, на ментальный вопль Марка откликнулся, быстро рассказал о себе и пообещал помочь. И — не подвел, поросенок. Прислал гонца. Правда, особо предупредил, что расчет сырой, чисто экспериментальный, его нужно еще сто раз проверить на курицах, и чтобы благодетель, снабдивший его вожделенной рекомендацией, даже не думал соваться в этот портал!
Винкер с чистой совестью поклялся бывшему Святому, что не думает. Ни единой секунды не думает. Смысл думать, если он давно все придумал и решил?
Близкое общение с Амулетом истины оказало ему дурную услугу — он научился виртуозно врать, не произнося ни слова неправды.
Расчет был мозгодробительно сложен и даже под "разгоном" требовал времени. Будет ли у него это время?
Восемнадцать переменных для всех точек сопряжения он запомнил, дикую в своей нелогичности, но, по-своему, даже красивую формулу не то, чтобы заучил — просто интуитивно прочувствовал, как танцевальный ритм…
Смяв в кулаке листок Марк кинул его в горящий камин, посмотрел, как рыжее пламя скручивает в кулек и доедает самую гениальную работу в современной высшей магии и порадовался, что автор — не он.
Потому, что через клепсидру у него будет отличный шанс уйти по облакам. Или по уголькам. А рисковать такой светлой головой, как у Эдера — преступление, на которое Марк не подписывался. Пусть парень будет в безопасности, занимается наукой. И пусть ни родная СБ, ни хитрожопый маг Абнер его никогда не найдут. Ашхариа!
Демоны огня среагировали на знакомый призыв и потянулись к рукам, но, сообразив, что никто их приглашать не собирается, разочарованно заплясали, жаля злыми искрами. Винкер улыбнулся, уколол палец и стряхнул в огонь несколько капель крови.
Сущности застрекотали, как болтливые сороки, деля неожиданное угощение. Смертные редко поступали так, а точнее — почти никогда. Никто не звал их, чтобы просто покормить, они же не голуби и не белки, а демоны… А вкус бескорыстно отданной крови оказался невероятно сладким и пьянящим.
Уже задним числом Винкер сообразил, что неплохо подстраховался на случай, если кто-то сильно умелый попробует провести ритуал допроса пепла. После пляски пьяных огненных сущностей никто тут ничего не прочитает, а если и прочитает, то совершенно не то, что сгорело в камине. Сущности — большие затейники.
Но это был именно "задний ум", кровь то он отдал просто так, поэтому их и повело. Выходит, все в руку?
Теперь предстояло ждать. Долго? Неизвестно. Марк осмотрелся, но не нашел ни одного подходящего кресла или диванчика. Старый заброшенный дом с волчьими мордами по периметру был украшен и обставлен по моде двухсотлетней давности: куча массивных кованых украшений по стенам и над камином, тяжелые двойные драпри, мебель с деревянными ручками и ножками, хитро выгнутыми, украшенными множеством деталей, вычерненными и вызолоченными… И совершенно неудобная. Много веса, много пафоса, мало комфорта.
Стулья чинно стояли вдоль стен, по три в нише. Марк вытащил один, развернул его к камину и уселся, вытянув ноги. Ночь выдалась прохладная, дом за века своего заброшенного бытия выстыл, развести огонь было самой удачной и правильной затеей.
Как ни странно, тяга оказалась отличной, хотя за двести лет никто не чистил трубы.
А вот двери пострадали. Винкер открыл их с большим трудом, а закрыть снова не смог вообще. Так и остались они приоткрытыми на одну створку. Время от времени из темного коридора залетал сквозняк и тревожил огонь. Стекол в старом доме не было, ни одного, а ставни, хотя кто-то их тщательно запер, со временем рассохлись и покосились.
 
Винкера, в отличие от сущностей огня, сквозняк не тревожил. Он сидел, глядя в огонь и спокойно ждал, очистив голову от ненужных мыслей и сомнений. Пляска языков пламени подходила для этого лучше всего.