Его невинная заложница (СИ)
Ровный тоже подыгрывает Арману, понимая то, что он делает без слов. Он напоминает всем, что я медсестра. А у них война, черт возьми! Так что мои руки могут пригодиться для большего, чем просто приласкать чей-то член.
— Ты все? — спрашивает Арман.
Я затягиваю ремень на бедре Дикого и киваю.
— Да, да… Без аптечки больше ничего не могу.
Я отползаю от Дикого, вжимаясь в противоположную кровать. Настолько далеко, насколько позволяет место. Я жду, что еще прикажет или сделает Арман, и замечаю взгляд Ровного. Он смотрит на меня не так, как прежде, я даже угадываю похожие нотки с Арманом, когда тот начал видеть во мне не только куклу. Я шестым чувством ощущаю, что он хочет что-то сказать мне, но ему мешают посторонние.
Боже, что? Что?!
— Сестра, — складывает Ровный одними губами. — Я нашел ее.
Глава 34
Я забываю как дышать от одной мысли, что Ровный нашел Яну. Если он отсутствовал так долго именно поэтому, это даже хорошо. Я не могу поверить в то, что это действительно правда. А еще мне не терпится расспросить у Армана, что с ней, как она, где Ровный ее нашел. Скажет ли он мне? Я надеюсь.
Пока что я просто сижу на кровати и жду, пока Арман закончит переговоры со своими людьми. Откуда-то сбоку доносится скулеж Дикого. Я понимаю, что без обезболивающего и нормальной медицинской помощи он быстро протянет тут ноги, но это ли должно меня заботить? Понимаю, что нет и не беспокоюсь по этому поводу. Мне наплевать на него, но когда ранили Армана я была готова руками доставать пулю, лишь бы он выжил.
Я. Боялась. За него.
Сейчас же мне страшно за сестру. За то, что с ней сделает Арман, если Ровный уже нашел ее. Я боюсь, что ее приведут сюда и она станет той, кем не стала я. Смогу ли я на это смотреть? Уверена, что нет. Не смогу. Как уверена в том, что Арман вряд ли отпустит меня. Да и хочу ли я? Уже не уверена, потому что узнала мужчину другим. Он ведь не всегда жестокий главарь банды. Он умеет быть нежным, ласковым, надежным мужчиной.
— Катя! — я вздрагиваю, когда слышу свое имя, но тут же поднимаюсь. — Иди сюда!
Иду к Арману. К парням, что сосредоточились вокруг него. Подхожу ближе и вижу, как они расступаются, подпуская меня к нему.
— Мне нужна информация о сестре, — спокойно говорит он. — Любые мелочи о ней. Какие места любила, с кем виделась.
— Ресторан “Арбат” неподалеку от квартиры, в которой мы жили, кафешку “У Маришки”, это то, что я знаю и где мы были вместе. С кем она виделась я не знаю. Она работала в клубе, я уже говорила. Там у нее были подружки, тоже официантки.
— Мужчины, — спрашивает Арман. — Кроме Дитмара.
— Я и Дитмара не видела, — спокойно говорю я. — Других тем более.
— Она не ночевала дома?
— Иногда ночевала.
Я не понимаю, к чему этот допрос и стараюсь максимально сосредоточиться, чтобы не проколоться и не сказать чего-то лишнего. Я могу рассказать о ней, но не хочу, чтобы она оказалась здесь. Цинично по отношению к Арману, потому что она, вполне возможно, виновна в смерти его брата, но я просто не могу сдать ее и порадоваться, когда ее вдруг приведут сюда, чтобы она отбыла наказание.
— Иди к себе.
Я повинуюсь. Иду к кровати и прячусь за подушкой, как и тогда, когда надо мной была угроза. Как и тогда делаю вид, что мне интересен маникюр и расслабляюсь только тогда, когда рядом садится Арман. Я понимаю, что это он по движениям: плавным и размеренным, а еще по его запаху, который тут же ударяет в нос и наполняет меня привычным сигаретным дымом и мятой.
— Идем, отведу тебя в душ.
Я тут же отпихиваю от себя подушку, встаю и иду вслед за Арманом. Нас больше не провожают взглядами. Никто из тех, кто есть в номере. Конечно же, кроме Дикого. Я чувствую его взгляд спиной: такой же злой и необузданный, как и его обладатель. Не хочу видеть его здесь, но понимаю, что в ближайшее время мы так и будем в этом замкнутом пространстве. Все вместе.
Арман прочно запирает дверь, а я смотрю на его широкую спину. Он поворачивается и со вздохом произносит:
— Что с тобой делать?
— Вы нашли сестру? Она жива? — решаюсь задать вопросы, которые не могла озвучить при всех.
— Нет, — Арман мотает головой. — Ровный лишь нашел зацепки. Доказательства того, что у тебя была сестра.
Я лишь киваю. Особой надежды на то, что все уже знают, где Яна, не было. Я расстраиваюсь, потому что неизвестность пугает. Что если сестра и вправду умерла? А документ подделали по времени, чтобы замести следы? Отгоняю мысли прочь и стою, заломив руки за спину. Я не знаю, как теперь вести себя с ним. Что говорить и делать? Правила изменятся? После того, как все узнали, что я не та, кого они взяли. Или меня отпустят?
— Я не знаю, что происходит, Катя, — спокойно говорит он. — Твоя сестра явно была просто пешкой в чьей-то игре, — он замолкает и смотрит на меня. — Как и ты, — добавляет.
Киваю. Как и я.
— Ты не отпустишь меня.
Я не спрашиваю, а утверждаю, потому что знаю: я ему нужна. Им. Ровный правильно заметил: медсестра очень неплохой помощник, а когда она еще и помогает освободить вожаку яйца — цены ей нет. Я почти горько улыбаюсь, когда замечаю движения Армана. Он надвигается на меня, а я решаюсь сделать шаг назад. Впервые отступаю без страха, потому что чувствую себя невиновной.
Странно, но раньше я не имела на это права. Подчинялась установленным правилам и боялась, а сейчас, когда все вскрылось, мне так легко вдруг сделать то, что хочется. Поступить импульсивно. Я дрожу. От страха или, наоборот, волнения из-за того, что я это сделала.
— Ты снова дрожишь, — хрипло говорит Арман.
— Я не боюсь, — спокойно говорю.
— Я знаю, Катя.
Секунда, и он оказывается рядом. Зря я думала, что могу быть свободна. Он не отпустит меня.
— Будешь такой теперь?
Решаюсь поднять голову и взглянуть ему в лицо. Впервые не потому, что он просит, а потому что я могу. Не хочу подчиняться правилам, которые были созданы не для меня.
— Какой?
— Ты слишком много спрашиваешь.
— А ты почти ничего не объясняешь…
Пауза. Вдох. Смех.
У глаз Армана собираются морщинки от улыбки и легкого гортанного смеха.
— Нам спать в одной постели, Катя, — напоминает он. — Если ты будешь сторониться и дрожать, другие поймут, что ты больше не моя.
Его слова за пару секунд выбивают из моих легких воздух. Мне становится нечем дышать, и я вспоминаю, где нахожусь. В толпе мужчин без женщин. Среди тех, кто лишились внимания, стоило им покинуть стены клуба, где у них был безлимитный доступ к девочкам. Я нервно сглатываю и взмахиваю ресницами, поднимая взгляд на Армана.
Несколько минут глаза в глаза. Поцелуй.
Дикий и голодный.
Арман порабощает мой рот, заводит руку за затылок и, сжав мои волосы, тянет на себя. От неожиданности ударяюсь о его широкую грудь, провожу ладонями по плечам, чувствуя стальные мышцы под пальцами и полностью сдаюсь в его власть, когда понимаю, что этот поцелуй другой.
Не такой, как был впервый раз и не злой, будто наполненный яростью. Сейчас он, скорее, желаемый. Я сама не верю в то, что чувствую, но у меня создается впечатление, что Арман сам хотел этого. Ждал момента, когда все прояснится, чтобы наконец поцеловать меня так. Требовательно, настойчиво, но нежно и будто растягивая удовольствие.
Сейчас мы как два любовника, сбежавшие от законных половинок. Я от самой себя, а Арман от должности вожака, которому не подобает быть нежным с женщиной.
Он должен брать. И точка.
— Почему ты снова дрожишь, Катя? — слышу сквозь туман собственных мыслей, когда наш поцелуй, наконец прерывается. — Снова боишься?
— Да, — на одном выдохе.
— Меня.
Он утверждает, а я едва нахожу в себе силы, чтобы мотнуть головой и произнести:
— Нет. Себя.
Глава 35
Взгляд Армана меняется после моих слов. Там нет мужского ликования, скорее новая грань интереса. Мы постепенно открываемся друг другу и видим то, какими являемся на самом деле. Это как танец, и мы участвуем в нем вдвоем. Я жадно вглядываюсь в черты Армана, а он — в мои. Можно подумать, наконец, загорелась яркая лампочка и осветила многое из того, что пряталось в темноте. Еще не все, но мы уже далеки от непроглядной темноты.