Экзамен на выживание. Особенности любовного приворота (СИ)
Кажется, я краснею. Благо, в темноте не видно.
— Еда, — хрипло, но уже куда более понятно говорит незнакомец, в упор прожигая меня взглядом.
— О… — тут же от радости я чуть ли не хлопаю в ладоши, — Какая удача! У меня ведь и впрямь есть еда!
В следующие четверть часа я завороженно наблюдаю за тем, как мой пациент поедает мясной пудинг, размазывая по щекам и подбородку жир и масло, буквально стекающий по его пальцам.
Надо бы раздобыть ему нормальную одежду… А еще лучше — мантию. Впрочем, этим, наверное, работники академии займутся, верно?
— Я прошла испытание, да? Или тебе еще что-то нужно? Я ведь тебя вылечила уже, так что…
Замерев, незнакомец уставляется на меня своими стальными серыми глазами, совершенно не мигая.
— Ты… Вылечила, — утвердительно говорит он.
— Ну... да, — пожимаю я плечами. — Это ведь и было мое вступительное испытание? Ты попросил тебя найти, я воспользовалась зеркальной пылью, нашла способ отпереть эту дверь, воспользовалась выданным артефактом… Кто бы что ни говорил, но я считаю, что мне можно поставить отметку выше среднего. А ты как думаешь?
— Ты вылечила, — снова повторяет красавчик, по-прежнему ни разу не моргнув.
— Да… — уже чуть подрастерявшись, снова соглашаюсь я. — Я Вайолет, кстати… Вайолет Грин. Ну, если тебе вдруг важно. Или если спросят.
— Вайолет… — повторяет мое нерадивое испытание, и наконец моргает.
Очень медленно.
— А тебя как зовут? — внутри меня начинает подниматься странное подозрение, но пока я все еще стараюсь держаться как можно более дружелюбно.
— Мо… Морт.
— Невероятно приятно, Морт, — сама же я ощущаю, как голос начинает дрожать от невесть откуда взявшегося страха, и стараюсь себя не выдать.
Что-то мне подсказывает, что не испытание я завершила… А сотворила что-то очень, очень, очень неправильное.
— Ты вылечила, — снова повторяет Морт.
Первый день в академии, Вайолет…
И что же ты натворила, спрашивается, на свою голову?
9. Вай и Баз сбегают из плена психолога
Я смотрю на Баззи, и пребываю в состоянии полнейшего шока.
Он смотрит на меня из-за железных прутьев, точнее, не смотрит даже, а пытается их перегрызть, но металл всегда плохо поддавался его крохотным зубкам.
Я перевожу взгляд на странного вида белокурую, короткостриженную женщину в очень узком и неудобном костюме, которая, до кучи, еще и какую-то непонятную черную удавку на шею носит. Кажется, она о чем-то мне говорила… Была недовольна моим поведением. Но я не могла слушать.
Я пыталась убедить себя не убивать ее за то, что она посадила Базилика в клетку.
— Адепт, вы вообще слушаете? — очень неприятный голос, на несколько тонов выше, чем обычно бывает у представительниц женского пола. Может, у нее раса такая…весьма неприятная?
— Нет, — честно признаюсь я.
Я и впрямь ее не слушаю. От слова совсем.
— Ну вы подумайте… На лицо — наглость, распущенность, полное отсутствие какой-либо ответственности. И за что мне все это?
Весьма странная манера изъясняться. И, вероятно, она решила поделиться со мной своими недостатками, пытаясь объяснить, зачем запихнула моего Баззи в клетку… Что же. Это многое объясняет.
— Не вините себя, — я бы попыталась улыбнуться, но внутренне все еще очень сильно злюсь. — Вы не виноваты, что такой уродились.
— Что?!
— Ну, как вы там говорили… Наглой, распущенной, с полным отсутствием ответственности… Кстати, что такое — распущенность?
— Адепт! — мои чувствительные ушки слегка прикрываются сами собой из-за слишком уж высокочастотного взвизга, а Базилик на мгновение даже прекращает грызть клетку. — Вы что себе позволяете?!
— П-простите… — я не совсем понимаю еще, что именно себе “позволяю”, но одно мне ясно точно — нужно поскорее отсюда сматываться. Ох, не думала, что вляпаюсь в подобную историю, когда последовала за этой с виду дружелюбной тетенькой, которая искала хозяйку летучей мыши…
— Хамство, разгильдяйство, отсутствие какого-либо воспитания! Твое имя, адепт… Ты будешь у меня на особом учете самых отъявленных хулиганов!
— Вайолет Грин… — я все еще не понимаю, о чем таком она говорит, и зачем перечисляет все эти странные слова, но с такими непредсказуемыми и очень громкими дамочками я всегда стараюсь вести себя как можно более неприметно, а после им на глаза не попадаться.
— Грин, значит, — тетенька в удавке опускается наконец в свое кресло, принимаясь лихорадочно рыться в куче пергамента, сложенного стопкой у нее на столе.
— Да, я прибыла с Карсины, пятая планета в секторе Шурша, распределена на факультет целителей… Но мне хотелось бы попасть на факультет алхимии. Я алхимик, мисс…
— Мисс Теер, — уже чуть более низким голосом отвечает мне дамочка. — Идан Теер. Учти, Вайолет, если ты у меня на особом учете, тебе придется регулярно навещать мой кабинет, ведь мы обе заинтересованы в том, чтобы…
Я тем временем аккуратно, как можно незаметнее, тянусь к задвижке на клетке, надеясь ее открыть и дать Базилику улизнуть.
— …Любую проблему, даже самую сложную, можно решить, адепт. Я распоряжусь, чтобы вместе с расписанием ты получила актуальный график посещений психолога, а еще, чтобы тебя записали на факультатив по этике и морали, тебе не повредит…
Я, честно сказать, не шибко внимательно ее слушаю. Пока эта женщина, мисс Теер, или как там ее, возится с бумагами и что-то беспрестанно пишет, не прекращая болтать своим визгливым голоском, я почти-почти незаметно добираюсь пальцами до клетки. Баззи на мгновение перестает грызть прутья, но, видимо, поняв, что может тем самым нас выдать, тут же начинает скрежетать зубами о металл вдвойне усердно. Звука отпирания задвижки даже не слышно в общей какофонии — разве что дверка, когда я ее открываю, издает весьма ощутимый скрип.
Все тут же замирают. Я, Базилик, противная женщина в удавке.
И уже в следующую же секунду все приходит в движение. Мой питомец тут же взлетает, перебираясь ко мне на затылок, я отбегаю на пару шагов назад, а Идан Теер вскакивает со стула, намереваясь обогнуть стол и пресечь мое дерзкое способствование побегу летучей мыши.
— Адепт! Ты вообще в курсе, что фамильяры не могут находиться без присмотра, тем более — в запретных секциях?!
— Честно, тетенька, он больше не будет, он просто голодный был…
Я успеваю отступить к самой двери. Надо и ее как-то умудриться открыть и как можно быстрее улизнуть отсюда.
— Факультатив психологической коррекции три раза в неделю! И… и…
— Мы… На ужин опоздаем, — скоропалительно бросаю я, после чего быстро выскакиваю за дверь.
Надеюсь, она не помчится за мной. А даже если помчится… Я ныряю в темную нишу в ближайшей стене, чтобы слиться с ней, надеясь, что эта странная тетенька Идан меня в ней не заметит. Но не успеваю я замереть…
Как понимаю, что натыкаюсь спиной на кого-то, кто уже там стоит.
Едва успеваю подавить вскрик от неожиданности, и тут же разворачиваюсь.
— П-простите… Ах ты ж громкая дуделка! Снова ты?!
Из темноты на меня смотрят два светло-серых глаза моего неудавшегося, вылеченного эксперимента. Того, которому я строго-настрого запретила покидать склад некромантских отходов, битую четверть часа объясняя ему, что я вовсе не хотела его лечить, и что таскаться за мной везде не нужно.
Вероятно, не послушал.
— Адепт! Я не позволяла тебе покидать мой кабинет! Такими темпами ты будешь одни исправительные факультативы посещать вместо занятий, и… О-о-о, — о, да, вероятно, мой неудавшийся эксперимент по имени Морт все-таки попадается ей на глаза.
Я разворачиваюсь к ней, чтобы попытаться объяснить, но тут…
— Какие прекрасные глаза, — голос Морта звучит так тихо и вкрадчиво, что я не могу поверить, что он принадлежит ему.
10. Морт применяет магию?
— Какие прекрасные глаза, — голос Морта звучит так тихо и вкрадчиво, что я не могу поверить, что он принадлежит ему.