Волшебница Вихря (СИ)

Но вскоре мне стало намного легче: мы снова оказались в устье Резвой, и на сей раз не было кругом ни тьмы, ни засухи. Было ясно и ярко, и дышалось легко, а когда мы вышли в море, я первым делом увидела яркого морского дракона. Счастье было безграничным! Знакомые берега приветствовали теплом, виноград кудрявился по старым беседкам, и грелись у камней Песчаные драконы, словно состоящие из множества крошечных самоцветов. Глядя в их голубые глаза, я впервые за долгое время испытала облегчение.
И уже не сдерживала слёзы, когда увидела на стене знакомый силуэт. Я принялась махать Эльте, подпрыгивая от нетерпения, и девушка, к моему огромному облегчению, отозвалась радостным криком. Правда, что она кричала, разобрать было невозможно.
— Твоя подруга? — спросил Оси.
— Ага. Моя золовка, — отозвалась я со всхлипом.
— Замок всё также красив, — с улыбкой сказал Оси. — Магия жива и процветает.
Он был прав. Вихреградье не пало, и оно дышало, как и прежде, в полную силу. Мы причалили, знакомо заревели трубы…
— Веда!!! — завопила Эльта, бросаясь мне навстречу.
Одновременно со стены устремился вниз Элик, и буквально вырвал меня из объятий подруги.
— Ты вернулась!!!
— Слава богам, я дома…
— Да, — едва выговорил Эрх. — Веда, родная моя! Сестрёнка, солнышко…
— Вернулась, вернулась… — шептала Эльта.
Я гладила их обоих по головам, смеялась и плакала одновременно.
— А где Влас? Где Эрх и Илья? Ромашка?
Они переглянулись, и мне стало не до слёз. В чужих глазах так просто прочитать отчаяние и страх.
— Ромашка дома, — потупился Элик. — Всё хорошо.
— Эрх и Илья в крепости, — тихо сказала Эльта. — А Влас, он…
— Его здесь нет, — выговорил брат.
— Он жив! — воскликнула я. — Жив, да?
— Д-да… Нет. Не совсем.
— Где он? Ну, что вы молчите? Пожалуйста, не томите!..
— Он на острове. Там, где могила прадеда. Он…
Холод сковал меня изнутри. Элик сжал мои руки, надеясь успокоить, но я отступила прочь.
— Когда ты пропала, Влас и Слав достаточно быстро справились с чарами ведьмы и вернули себе память, — сказал брат.
— И вернулись в Ненастье, — прошептала я.
— Да, — отозвался Элик. Глаза у него были несчастные. — И по пути подобрали Люсьен. Она рассказала, что отправила тебя к чайками, надеясь, что те помогут вернуться домой. Влас поверил ей, но он хотел покончить с ведьмой раз и навсегда.
— Он понимал, что, пока она жива, нам не будет покоя, — подхватила Эльта. — И тебе особенно. Ведьма, если что-то пожелает, положит все силы, чтобы это заполучить…
— Он стал драконом, — выговорила я, чувствуя, как горечь разъедает горло.
— Да. И уничтожил половину Ненастья, — прошептала Эльта, глотая слёзы. — Но домой уже не вернулся.
Всё. Этого мне было достаточно. Дальше слушать я не хотела.
— Ведьма! — выкрикнула я. — Отправляй меня обратно во тьму!
Эльта и Элик переглянулись.
— Веда, ты что? — прошептал брат.
— Всё это сон, иллюзия, которой она надеется свести меня с ума. Я сейчас проснусь. — И на всякий случай зажмурилась. — Сейчас, ещё немного… Ну или мне нужно сигануть с обрыва вниз.
— Ни в коем случае! — возмутился брат. — Мы ждали тебя, надеялись! Что значит сигануть? Не всё ещё потеряно! Ты ведь однажды спасла мужа, вдруг получится и теперь?
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Это невозможно… это сон… Всё — выдумка. Вы ненастоящие!
— Веда! — всхлипнула Эльта.
Я увидела, как стремительно спускаются с горы Илья и Эрх, встретилась глазами с Оси, который поднял руку, приветствуя Вихрей… И потеряла сознание. А когда очнулась, поняла, что лежу не во тьме, а в своей постели, в нашей с Власом спальне. Кажется, теперь это была самая настоящая реальность…
— Ты как? — спросила Эльта.
Она сидела на стуле возле кровати, и пыталась что-то шить, но пальцы дрожали. Я заглянула девушке в глаза, не зная, что ответить. Если всё это правда — где мне найти силы справиться с новой болью, новой тьмой? Я устала бороться. Я хотела просто жить дальше без мучений.
— Как долго Влас на острове?
 
Эльта осторожно села на край постели.
— Два месяца уже.
— И как он?
Девушка опустила голову.
— Мы стараемся лишний раз туда не плавать. Он никого не узнает…
— Совсем как тогда, при полных лунах.
— Нет, иначе. Он ни на миг не выходит из тела зверя, и никого к себе не подпускает. Эрх пробовал поговорить — и едва не погиб в пламени ветра. — Она сглотнула и отчаянно посмотрела на меня: — Илья думает, что Влас давно мёртв, и это всего лишь оболочка.
— Если мёртв — чья душа управляет ей? — мрачно сказала я. — Тело не может двигаться само по себе. Влас внутри этой твари, и, уверена, есть способ его вернуть.
Былая решимость возвращалась ко мне стремительно, и в голове одна за другой рождались идеи, как вернуть мужа.
— Ты сможешь! — дрожащими губами улыбнулась Эльта. — Мы были уверены, что ты вернёшься и спасёшь его! Пожалуйста… Однажды ты подарила нам надежду…
Я кивнула и поднялась с постели.
— Мы можем поехать сегодня?
— Уже поздно, — отозвалась девушка. — Лучше завтра утром. Хочешь, я позову Элика?
— Да.
Вокруг меня уже не было тьмы, на смену ей пришёл ослепительный холод. Казалось, сияние пронизывает до костей, медленно разрушает плоть. Когда вошёл брат, я уже переоделась в привычное платье и сжимала в руках рубашку Власа. Вот они, живые чувства. Прежде мне не было так пронзительно больно.
— Веда.
— Элик.
Мы обнялись, и долго не выпускали друг друга из объятий.
— Прости меня, — прошептал брат. — Я думал, что справлюсь без тебя, пробовал его грозой выманить… Мы многое пробовали: Слав — огнём, Аррах — драконьей речью. И, хотя Влас ответил ему, но сказал только, чтобы его оставили одного. Навсегда. А ещё просил… — Он тяжело вздохнул и взял в ладони моё лицо: — Передать тебе, как сильно любит, и чтобы ты не вздумала встречаться с ним.
— Но Эльта сказала…
— Знаю. Он ведь мог ошибиться, как и тогда.
Мы долго разговаривали обо всём. Я рассказала, что произошло после битвы, Элик поведал, как жило без меня Вихреградье.
— Илья теперь главный, и все вроде привыкли, но без Власа здесь пусто. И сад Ратхи почти целиком погиб, а она сама пропала.
Поздно ночью мы попрощались, и Элик вернулся в мою прежнюю комнату, где его ждала Ромашка. Ко мне больше никто не заходил, и я решила, что нужно отоспаться перед завтрашней встречей. Конечно же, мне было просто необходимо съездить на остров и увидеть Власа в облике зверя. Я была уверена, что найду выход, что справлюсь. И буду счастлива, когда супруг, став прежним, отругает меня за непослушание.
Я легла, обнимая его подушку, закуталась в одеяло, и мгновенно уснула, не притронувшись к еде. А очнулась на знакомом закатном берегу, возле чёрных скал. И снова, как когда-то, издалека ко мне шёл Влас.
Объятье быстро перешло в поцелуй, и не было прекраснее мгновения. Мы снова принадлежали друг другу, могли чувствовать, осязать, слышать.
— Я так скучала! — улыбаясь сквозь слёзы, сказала я. — Ты пришёл, чтобы дать мне подсказку?
Мужчина покачал головой, не размыкая рук.
— Нет, маленькая. Я прошёл попросить прощения и попрощаться.
В груди что-то мучительно лопнуло, разливаясь знакомым морозом, но я только крепче сцепила пальцы у него за шеей.
— Я спасу тебя, ты же знаешь! Как ты не раз спасал меня.
Влас медленно моргнул, и в его глазах появился особый блеск.
— Нет, — тихо выговорил он, — не спасёшь. Только не в этот раз, Веда.
— Ты и тогда так считал!
— Тогда это была не моя магия. Я ведь говорил, что, если выпущу зверя — себя прежнего не верну. Ни гроза, ни сам дракон Памяти не поможет.
 
— А ты его спрашивал?
— Да.
— Не может быть, чтобы всё закончилось так быстро, — упрямо произнесла я. — Мы не успели ничего, Влас!
— Не каждому дарована долгая судьба. Мы обрели истинную любовь, и, возможно, ты сможешь найти её снова. Твоё время не пришло, Веда. Прошу, не нужно следовать за мной во тьму!