Последний остров (СИ)

Через мгновение старик сошел с лестницы в зал и увидел остальных. Остальные же увидели его.
— Добрый день, — чуть поклонился пират, ощерившись в искусственной улыбке. — А ну, бросайте и руки вверх!
Все четверо бросили на пол свое оружие и начали поднимать руки. Стражники и бригадир, словно завороженные уставились на пистолет в руках старика.
— Туда! — старик пистолетом указал на входные двери.
— Кила!!! — закричал он громким голосом. — Иди сюда! Быстро!!!
Не переставая пятиться назад, Агей вдруг понял, что это и есть тот самый старик Радич. Более того, он узнал его. Именно этот пират приходил к нему в палату с врачами, когда он, Агей, отходил от наркоза. И именно этот Радич велел запереть его в палате и запретил тащить на корабль.
— Кила!!! — еще раз раздраженно крикнул старик.
— Погоди, дядя, — вдруг спокойным голосом заговорил бригадир, остановившийся возле окна. — Ты кто такой будешь?
— Ты мне вопросы задаешь? — ощерился пират. — Интересно.
— Нет, погоди, — продолжал Нос. — Я не знаю, кто ты такой, но мы к своему начальству пришли. За объяснениями. И мне плевать, кто ты такой, поэтому зови наших старших.
В первый момент Агей подумал, что бригадир от страха рехнулся, но затем он сообразил, что тот пытается заговорить старику зубы, давая шанс спрятавшемуся Колянычу.
— Сейчас позову, — усмехнулся старик. — Кила!!! Да где ты!!!
— Иду, — донеслось сверху.
— А ну! На колени! — скомандовал пират, легко махнув пистолетом.
Все послушно начали опускаться на колени.
— Не знаю, кто ты такой, — говорил бригадир. — Но у тебя будут большие неприятности.
— Да что ты знаешь о неприятностях? — ухмыльнулся старик и в это время Коляныч, тихо выскользнув из-за колонн, бросился на него.
Он так врезал кулаком пирату по голове, что у того закатились глаза. Ноги старика подогнулись, и он начал осел на пол, но Коляныч быстро подхватил его сзади, выхватил пистолет из руки и удержал старика от падения.
— Давайте! — прошептал Коляныч. — Взяли!
Стражники и бригадир бросились вперед и подхватили пирата за руки.
Нос начал было что-то говорить, указывая на лестницу, но Коляныч его оборвал:
— Туда тащите! Быстро!
Трое потащили старика в сторону комнаты, откуда все они пришли в этот зал.
— Агей! Бери топоры! — велел Коляныч.
Вместе они подхватили брошенное оружие товарищей и побежали вслед за товарищами. Позади, на лестнице, послышался топот ног.
Вот и комнатка. Старика быстро внесли внутрь и кинули на пол. Нос и стражники быстро вырвали свое оружие из рук парня.
— Закрой дверь! — быстро сказал Добер.
— Не надо! — отвечал Коляныч. — Тут его встретим.
Он потряс пистолетом старика.
— Как он войдет, я выстрелю. А вы налетайте. Бейте со всей силы!
— Радич! — донеслось из зала. — Ты где?
Голос был такой мощный, что спина Агея покрылась мурашками.
— Иди сюда, Кила! — крикнул с надрывом и хрипом Коляныч, стараясь, чтобы его голос хоть немного походил на голос старика.
Послышались тяжелые шаги. Коляныч приник к стене рядом с дверью, вытянув к двери руку с пистолетом.
В дверном проеме показался огромный пират. Он был таким здоровым, что, входя в комнату, ему пришлось нагнуться и повернуться боком.
Войдя, он уставился на лежащего старика и на стоящих над ним людей.
Бах!!!
Рядом грохнул выстрел, да так, что у Агея зазвенело в ушах. Он видел, как из ствола пистолета вырвался серый дым и тут же из груди здоровяка выплеснулся целый фонтанчик крови. Великан лишь поморщился, посмотрел в сторону и увидел Коляныча.
— Ты??? — удивился пират.
Бах-бах!!!
Еще два выстрела. Пират, окутанный облаком дыма, пошатнулся и тут к нему бросились Добер и Нос. Топоры вонзились в тело с противным чавкающим звуком. Великан заревел. Нападавшие тоже завопили. Даже Агей закричал, но только от страха и ужаса.
Видимо опасаясь попасть в своих, Коляныч больше не стрелял. Двое нападавших яростно рубили врага, а Лысый топтался за их спинами. Вдруг уже упавший на колени великан выбросил вперед руку, пытаясь достать стражника. Добер резко отпрыгнул и споткнулся, грохнувшись на пол. Но тут же на его место шагнул Лысый, рубанув по вытянутой руке…
 
Через минуту все было кончено. Поверженный громила с отрубленной рукой лежал на полу, в луже своей крови. Агей хорошо видел, что у того почти полностью отрублена голова и вообще, он наконец воочию увидел, что значит веселое книжное выражение "порублен в капусту".
Зрелище ужасало!
Стражники и бригадир, в одежде забрызганной кровью, тоже стояли и смотрели на тело пирата с таким видом, словно это не они убили только что его. Из оцепенения их вывел голос Коляныча.
— Спокойно! Дело еще не закончено. Хватайте, — он показал на старика. — Потащим его наверх.
— На кой чёрт нам его тащить туда? — удивился Нос.
— Там телефон же!!!
— Ладно, — не стал спорить бригадир.
Он сделал знак стражникам и те быстро подхватили старика за руки и поволокли его из комнаты в зал. Бригадир шагнул за ними.
— Стойте! — воскликнул Коляныч. — Вытирайте ноги!
Посмотрев вниз, все увидели, что все они успели вступить в кровь великана и теперь оставляют небольшие кровавые следы.
Быстро вытерев кровь тряпкой, товарищи Агея, поволокли старика к лестнице. Вытерев ноги последним, парень побежал вслед за ними.
Миновав широкую часть лестницы, он оказался на площадке, где лестница раздваивалась и поворачивала направо и налево под прямым углом. Выбрав правую сторону, преодолев один пролет, Агей оказался на втором этаже, который был освещен электрическим светом. Здесь находился такой же большой зал, как и внизу. Разве что в его центре находились круговые перила, окружающие круглое отверстие между первым и вторым этажами. Как и внизу, здесь тоже наличествовали красивый потолок и великолепная лепнина. На висящих картинах были изображены лесные пейзажи. Большие окна, закрытые тяжелыми портьерами, смотрели на улицу перед резиденцией. Из центра этажа, на третий этаж, в сторону стены противоположной от улицы, поднималась широкая лестница из белого мрамора.
Не задерживаясь, Агей побежал по ней наверх. Миновав один пролет, он вышел на площадку с большими окнами, из которых открывался отличный вид на бухту. Здесь же стоял небольшой столик и несколько кожаных широких кресел вокруг него. Посмотрев немного на серые волны, Агей продолжил проем. Лестница здесь разделялась на два пролета и разворачивалась в сторону города. По одному из пролетов Агей выбежал на третий этаж.
Тут парень увидел небольшой зал с темно-зелеными стенами, с одной стороны которого находилась лестница, ведущая на четвертый этаж, а с другой — окна, смотрящие в город. Возле стен стояли небольшие зеленые диванчики и тумбочки с вазами. В правой и левой стене проходы, закрытые резными двустворчатыми дверьми. Слева табличка "Канцелярия", а справа "Конференц-зал".
Дверь в канцелярию была открыта, и из нее слышались голоса. Парень направился туда. Внутри он увидел, что там стоит десяток красивых письменных столов. Возле стены сплошные шкафы и полки с книгами. Старика усадили за стол, на котором стоял телефон. Над пленником навис бригадир, а напротив них, с пистолетом в руках расположился Коляныч.
Лысый и Добер зачем-то обшаривали ящики нескольких столов рядом. Пленник уже очнулся и пришел в себя. Он спокойным и уверенным тоном говорил:
— Оплошал я… Не думал, что вы такие дерзкие окажетесь. С больницы и прямо сюда…
— Мы такие, — нарочито радостно ощерился бригадир.
Не обратив на мужика внимания, старик смотрел на бывшего раба.
 
— Зачем тебе это надо, Коляныч? К тебе разве плохо относились?
— Не о том речь, Радич. Спасибо вам за все, — бывший раб ухмыльнулся. — Но сам понимаешь, пора и честь знать. Не хочется быть вам с капитаном обузой.
Он опять ухмыльнулся и тут же посерьезнел: