Всегда Ты (СИ)
— Отвези лучше свою бабушку, — советую ему, подтянув ремешок сумки.
Он никак не реагирует на мой остроумный ответ, просто плавно снимается с места и идёт на меня. Его тело по мере приближения заполоняет собой всё. Опасливо пячусь назад и пищу:
— Ты слышал, что я сказала?
— Слышал, — отвечает Паша-оборзевший-Благов. Останавливается в сантиметре от меня и пытается забрать мои вещички. Снимает ноутбук с плеча и дёргает пакеты, стаскивая их с моей руки. — Думал, может, ты ещё что-нибудь скажешь.
— Не трогай, — отдёргиваю я руку, задрав голову и надув щёки. Когда наши глаза встречаются, добавляю. — Не поеду я с тобой!
Последняя фраза прозвучала по-дурацки капризно, и мне самой стало за неё стыдно. А Паше вдруг стало весело.
Его губы дрогнули в улыбке, а в уголках глаз вспыхнули лёгкие морщинки. Сглатываю, поражённая этим преображением, и ещё раз повторяю, но уже значительно тише:
— Не поеду…
— На улице гроза, замочишь лапки, — говорит Благов-Искуситель мягким журчащим голосом, насмешливо глядя мне прямо в глаза.
Эти нотки в его голосе такие шокирующе сексуальные, что часть меня (та, которая между ног) неожиданно сжалась и заныла. Перед глазами встаёт аналогичная часть Благовского тела. Каждый из почти-восемнадцати-сантиметров, включая дорожку шелковистых волосков, от паха до пупка.
Чувствую, как по шее поднимается жар. Через секунду я буду красная, как помидор.
— Гроза?.. — переспрашиваю, тупея на глазах.
Мне кажется, что его внимательные глаза меня насквозь видят. От этого смущаюсь ещё больше.
— Да, охорененная гроза, КАтёнок, — подтверждает он и снова дёргает мои пакеты. — Дай эту х*рню сюда.
Это меня отрезвляет.
— А твоя невеста не будет против? — выпаливаю я, уже жалея об этом.
— А чего ей бояться? — иронично выгибает он бровь.
Моё лицо мгновенно каменеет. Мне будто за шиворот забросили льдинку.
Кажется, это называется расставить точки над «i».
Грудь сдавило тисками, поэтому я опускаю глаза, пряча свою боль.
— Я возьму такси, — бормочу, перехватывая поудобнее пакеты.
Он вздыхает. Широкая грудь поднимается и опускается. Протягивает руку и подхватывает пальцами мой подбородок, заставляя смотреть на себя. Не знаю почему, но я подчиняюсь. Мой мучитель скользит серьёзным взглядом по моему лицу, задерживает их на моих губах, после чего впивается своими глазами в мои.
- А ты что думала? — спрашивает он сощурившись. — Похлопаешь глазищами голубыми, и я растаю?
— Я ничего не ДУМАЛА, — выдыхаю возмущённо, отталкивая его руку. — Если бы знала, что ты здесь, ВООБЩЕ БЫ НЕ ПРИШЛА!
— Почему? Боишься меня?
Это абсолютное попадание в яблочко.
Открываю рот и тут же закрываю его, чтобы не наговорить ещё больше обличающих глупостей. Паша спокойно наблюдает за моими терзаниями. Кажется, моё поведение, самый лучший ответ.
Я боюсь его. Не знаю, как с ним совладать, не знаю, как себя вести, что ему говорить.
Чтобы замаскировать смущение и смятение, толкаю его в грудь и требую:
— Отойди от меня!
Он нагло улыбается, не сдвинувшись с места.
— Мне нужно встретиться кое с кем, — взглянув куда-то поверх моей головы, бросает он. Потом снова переводит на меня глаза и добавляет. — Можешь подождать меня здесь, или можешь ехать на такси. Сама решай.
Выставив этот ультиматум, он отходит и ставит мой ноутбук на пол у стены, после чего широкими шагами удаляется в сторону холла, не оглядываясь. Наблюдаю за этой уверенной походкой беспомощно парализованная. Распахнутыми глазами, как распоследняя дура.
Драматизма моему положению добавляет оглушительный раскат грома, сотрясший стены спортивного комплекса. С подозрением кошусь на мигающие потолочные лампы и плетусь к стене. Опускаю на пол пакеты, зло стряхнув их с руки, и приваливаюсь к ней спиной.
Прячу лицо в ладони, не зная, что мне делать.
Бежать или нет?
Моделирую ситуацию. Если уеду на такси, больше никогда его не увижу, я уверена. А если не уеду? Здесь тоже ничего не понятно.
Смогу ли я, голодная и уставшая, вынести ещё больше Благова сегодня? Мазохистке внутри меня плевать, она хочет ЕЩЁ. Лишь бы с ним. Она хочет, чтобы он коснулся нас. По-настоящему. Прижал к себе, как раньше. И поцеловал. Как раньше.
Просто презираю себя за то, что не могу ни на что решиться.
Мои мысли прерывает появление Благова-младшего. Он появляется со стороны арены, двигаясь пружинистой размашистой походкой. Судя по всему, успев принять душ и переодеться. На нём всё те же линялые джинсы и красная клубная толстовка с капюшоном. Согласна, комплект абсолютно заурядный, но с его внешностью это не беда. Физическими данными он не уступает своему невыносимому брату. На плече у него гигантский рюкзак, в который можно было бы запихнуть поросёнка.
Завидев меня, Егор улыбается и говорит:
— Привет, КАтёнок! Давай пятуню!
— Отличная игра, — вымученно улыбаясь, говорю я и ударяю по его руке своей.
— Спасибо. Пашу не видела?.. — спрашивает он, осматривая пустой тоннель.
— Видела… — мрачно сообщаю я, мотнув головой в сторону холла.
Егор склоняет голову на бок и всматривается в моё лицо.
— А ты чего тут? — спрашивает он и добавляет, расплываясь в лыбе. — Меня ждёшь?
— Конечно, — фыркаю я. — Все глаза проглядела.
В этот момент в коридоре появляется Благов-старший в компании какого-то мужчины в костюме и с пропуском на красной ленточке вместо галстука. Вернее, не какого-то мужчины. Это главный тренер команды. Я видела его фотку, когда изучала в метро состав игроков и тренеров. У него необычное лицо. Слегка вытянутое и скуластое. Имя я, конечно же, не запомнила, потому что оно было каким-то греческим, то есть очень длинным и труднопроизносимым.
Чтобы не смотреть на Пашу, смотрю на Благова-младшего. Его лицо вдруг становится таким серьёзным, какого я у него никогда не видела. Серьёзным и хмурым.
Когда они ровняются с нами, грек протягивает Паше руку со словами, искорёженными жутчайшим акцентом:
— Очень рад познакомиться и ещё раз поздравляю!
С чем?
— Взаимно, Пантелис, — кивает Благов, пожимая предложенную ладонь.
Пантелис! Я же говорила!
Хлопнув Егора по плечу, мужчина уходит, а на нашу маленькую компанию как-будто набегает чёрная туча.
— Я же просил!.. — взрывается вдруг Егор, заставая меня врасплох.
Ого. Что за кошка между ними пробежала?
— Я тебя услышал, — отзывается Паша и обращается ко мне. — Дозрела?
Вообще-то, нет.
— Занимайся своими делами, а в мои НЕ ЛЕЗЬ! — рычит Егор, ткнув в Пашу пальцем.
Тот осматривает его и спокойно велит:
— Отдай ей свою толстовку.
— Зачем?.. — спрашиваю я, встрепенувшись, но на меня никто не обращает внимания.
Егор без лишних раздумий стягивает толстовку и вручает мне, угрожая брату:
— Если будешь лезть, перейду в Химки!
Наблюдаю за этой битвой титанов, прижав к себе красный балахон.
— Вечером поговорим, — отрезает Паша, и грубо велит, махнув в мою сторону подбородком. — Одевайся.
Опять?!
— Я поеду на такси, — говорю холодно, приняв наконец-то решение.
— КАТЁНОК, — рявкает Благов, подхватывая с пола мои вещи. — Одевай, блин, толстовку.
Дёргаюсь и роняю её вместо этого. Мне кажется, на меня в течение одного дня в жизни столько не орали, при всём том, что я ничего для этого НЕ СДЕЛАЛА! Каждый раз, когда он на меня рявкает, у меня сердце подпрыгивает.
— Отдай мои вещи, — хрипловато говорю ему, протягивая руку. — И больше никогда со мной не разговаривай!
— Я могу её отвезти, я на машине… — встревает Егор.
Этот вариант мне нравится намного больше.
— Хорошо… — с облегчением говорю я.
— Я САМ её отвезу, — отвечает Паша, не спуская с меня глаз, и добавляет. — Свободен.
Перевожу глаза с одного, на второго, не зная откуда ждать очередного взрыва. Когда рядом с вами собачатся два мужика, один здоровее другого, это очень нервирует.