Приемыш (СИ)

— А у нас сегодня семь занятий до обеда. Ты пойдешь с нами занятия? А как ты будешь сдавать тест в конце недели по арифметике? Ты же всё забыл… А ты цифры тоже забыл? Сколько будет пять плюс сто? А я вот знаю. Это будет…
— Пятьсот? — прерываю её я. Девчушка замолкает на мгновенье, затем заливисто смеётся.
— Нет, Мэтт, будет сто пять. — говорит она, успокоившись. — Неужели и вправду забыл?
— Нет, Джи, не забыл, я пошутил, чтобы ты остановилась хоть на пару секунд. — улыбаюсь я ей. Детишки, сидящие с нами, начали смеяться, а рыжая засмущалась и опустила глаза.
— Прости, Мэтт. я постараюсь говорить меньше. — с опущенным лицом проговорила она, ковыряя свои кашу ложкой. Какое прелестное дитя. Пока молчит.
— Говорить во время еды, во-первых, некультурно, во-вторых опасно, поэтому во время приема пищи лучше много не болтать, а вот потом…
— Можно говорить сколько угодно? — девчонка, вдохновившись, подняла зеленые глаза, полные надежды.
— Да, — решил не расстраивать рыжую я. — но только там и с теми, с кем это можно. С друзьями и близкими знакомыми. Со взрослыми лучше много не болтать, так ты покажешься невоспитанной, глупой и грубой. А сейчас давай покушаем. Нам нужно еще успеть к занятиям. — с этими словами я принялся за трапезу. Дети сперва смотрели на меня с удивлением, затем, похоже прислушавшись к моим словам, тоже молча принялись за еду. Только Джи сидела с красными ушами и надутыми щеками, показывая свои обиду. Но и она не смогла так долго сидеть, начала ковырять кашку, бурча почти неслышно что-то себе под нос.
В общем завтрак прошёл спокойно. Наш стол молча съел завтрак, и под удивленные взгляды воспитателей, быстро покинул столовую. Как только вышли, Джи снова присела мне на ухо. Но в этом был и положительный момент. Джи рассказала, как здесь устроен учебный процесс, зачем столько воспитателей, и чем дети занимаются на занятиях. Так как полноценных классов создавать бессмысленно, в приюте воспитатели работали как репетиторы, то есть фактически с каждым ребенком индивидуально. Детей не отправляли в обычные школы во избежание эксцессов. Ведь приютских всегда морально унижают обычные дети, что нередко может довести до суицида, поэтому министерство образования решило отделить сирот от обычных детей в плане обучения.
Уроки проходили в правом крыле на первом этаже, на втором были комнаты детей. Первым уроком у всех оказалась арифметика. Учитель, очень высокий и худой мужчина с вытянутым лицом и крупными зубами, просто зашёл в кабинет, поздоровался, осмотрел детей и зашагал вдоль парт, проверяя домашние задания учеников и давая новые темы к изучению. Дойдя до нашей парты, где я сидел с рыжей, учитель сперва проверил задания у девочки, затем обратился ко мне.
— Мистер Грей, я слышал, что с вами случилось, и признаюсь, сейчас нахожусь в затруднении. Я совершенно не понимаю, как вас обучать. Может вы сами мне подскажете? — высоченный мужчина забавно кивал своей головой в такт каждому своему слову, держа руки за спиной.
Я же растерялся. В принципе, я более-менее помнил школьную программу и курс высшей математики универа, но всё это было так давно, что я почти всё забыл. Но выход из ситуации я знал.
— Сэр, я и сам к сожалению, затрудняюсь ответить на ваш вопрос, но возможно оптимальным способом решения данной проблемы будет тест?
Мужчина задумался на секунд пять, затем кивнул.
— Хорошая мысль, мистер Грей. Подождите пару минут, я раздам задания для класса и принесу вам тест. — с этими словами мужчина продолжил ход по классу, так и не представившись. Джи тихонько хихикнула и представила мне длинного математика.
— Это Таллкот Гатлинг, но мы его называем Таллгат (tallgut — длинная кишка, прим. ав.)
Да уж, кличка — лучше не придумаешь.
В общем, учитель, после проверки заданий детей, принёс стандартный лист формата а4, где были простенькие задания. Я их решил, стараясь делать ошибки в самых сложных задачах, чтобы не вызывать большого внимания к моей персоне. Лучше всего пока не высовываться, дабы не вызывать лишних подозрений. Не зная нюансов, могу просто-напросто влезть в проблемы. А смысла в хороших оценках я не вижу. Красный диплом мне здесь не выдадут.
 
Так и прошли все занятия. Учителя, точнее воспитатели в роли учителей, работали, скорее, как репетиторы, занимаясь с детьми одного возраста отдельно. Мне в основном давали тесты, которые я решал, стараясь не показывать сверх того, что, по моим представлениям должен знать ребенок 14 лет. Но с некоторыми предметами проблемы возникли. По истории вопросы касались, в основном, саму Британию, поэтому там я ответил от силы на пять вопросов из двадцати пяти. Ну не помню я, сколько было жён у Карла Восьмого, или из какого рода была Анна Болейн. С литературой то же самое, годы жизни Шекспира, для какого театра он писал пьесы. А точные науки здесь давались поверхностно, как я понял, только для того, чтобы чем-то занять детей.
После занятий прошёл обед, где ничего особого не произошло. Наш стол так же молча кушал, даже рыжая умудрилась уложиться в пару десятков слов. Стол с пятёркой старших детей на нас демонстративно не обращал внимания, о чём-то полушёпотом споря между собой, изредка бросая взгляды на меня. Чует моя, кхм, пятая точка, ждут меня неприятности. Надо быть осторожнее и почаще оглядываться. Ладно бы, если это будет просто безобидная шалость, но последняя такая шалость привела к тому, что я, точнее Мэтт, точнее мы провалялись в медблоке 4 дня. А я даже не помню, за что. Может спросить у рыжей? Или у них самих? Хмм, а чего я боюсь? Может лучше просто их немного повалять по земле, для профилактики, так сказать? Если я сразу покажу силу и поставлю себя выше их в приютской иерархии, это может сработать, но на всякий случай мне нужно что-нибудь, похожее на оружие последнего шанса…
После того как я доел, я встал и ушел гулять по приюту. Он был совсем не похож на приюты из моей прошлой жизни. Это был полноценный двухэтажный кирпичный особняк с высокими потолками и окнами, по краям которых висели плотные бордовые шторы. Ощущения такие, как будто я оказался в музее или выставке. На стенах висели картины, гобелены, фотографии и детские рисунки. Кое-где даже встречались статуи и бюсты неизвестных мне людей. Я же бродил по всем этим коридорам, размышляя о том, как мне быть и что делать. Быть побитым я не боялся, или боялся, но не боли или унижения, а того, что снова умру. Будет ли новая жизнь после этой, я совсем не уверен. Один раз повезло, а будет ли второй желательно узнать, как можно позже. Этот мир интересен, хотя бы тем, что здесь есть Эфир, и я могу им управлять. Это уже даёт кое-какие шансы устроить себе хорошую жизнь, не отягощенными поисками пропитания и жилья. Как я понял, иферов мало, и любой клан или государство примет ифера с радостью. Но служить кому-то тоже нет желания, совсем. Отслужился, пяти лет хватит. А защищать чью-то богатую задницу или убивать за кого-то, нет, такие дела совсем не по мне. Нет, я не боюсь крови, приходилось убивать. В армии стрелять по врагу нас учили в первую очередь, а в разведроте в Средней Азии мы эти знания улучшали и дополняли. Я, наверное, боюсь стать такой же пешкой в руках кого-нибудь. Жить по приказу, стрелять по приказу, умирать… Хватит того, что я всю прошлую жизнь жил, подчиняясь. В приюте и в школе-интернате, в армии срочником и на контракте, в универе, и даже на работе. Если что и понял за всю прошлую жизнь, так это то, что никто не оценит то, как ты хорошо служишь. Все воспринимают это как должное: «Перевыполнил план? Молодец! Я в тебе не сомневался!», «Сделал работу в свой выходной? Отлично! Смотрите, каким должен быть сотрудник, радеющий за свою фирму!» Я этого наелся на несколько жизней, хе-хе. Вот и шанс всё исправить. Только как? Стать наглее, увереннее, поставить себе цели и идти к ним. Примеры таких людей у меня сохранились в памяти с прошлой жизни. Я читал про них, и удивлялся, как можно быть таким удачливым. Но потом понял, что это не удача, а планомерное взбирание на вершину, оступаясь и падая, совершая ошибки, но всё равно шаг за шагом эти люди поднимались на вершину, добиваясь своих целей, попутно меняя мир и людей. А что мне мешает стать таким? Лучше разбиться, поднимаясь на вершину, чем всю жизнь лежать на дне и довольствоваться этим. Решено! Буду покорять этот мир, стану настолько влиятельным, что короли будут в приемной топтаться! Почему бы и нет. Как говорили в прошлом мире, главное не цель, а путь к ней. Первая цель уже оформилась. Но путь только начинается.