Путь Меча и Магии (СИ)
В любом случае, меня заинтересовало, с чего бы простой японский школьник обладает столькими предрасположенностями к разным, казалось бы, силам. И если с отцом всё было ясно… Тогда что насчёт матери? Кто такая Масаки Куросаки, почему сын простой женщины и Синигами обладает талантом к постижению стольких сил. Таланты не берутся просто так. Если чего-то в роду не было, то появится оно может только из-за невероятных и усердных тренировок. В то же время до пятнадцати лет, Ичиго был простым подростком, коих десятки и сотни тысяч по всей Японии и гораздо больше по всему миру. Да, Каракура стоит на пересечении Духовных Линий, город с повышенной духовной активностью. Но даже это не могло настолько помочь Ичиго. Столько вокруг подростков, но проявилось всё именно в Ичиго. И чёрт с ними с силами Синигами и Подчинителя, это вполне возможные силы, но Пустой. Воля! Откуда у него всё это?
Вопросы будоражили моё сознание. Пусть я воин и убийца, не учёный, но узнать правду я хотел. И наблюдал за Ичиго, а также пытался вызнать про Масаки Куросаки.
Ночь опустилась на Каракуру. Вдали чувствовалось невероятное реяцу. Тёплая ночь однако… В надежде докопаться до истины я перерыл множество источников информации, как в Обществе Душ, так и в самой Каракуре. И копать я решил под Масаки Куросаки. Сейчас Ичиго находится, вместе с друзьями на «пикнике с Экзекуцией», уж не знаю что они там не поделили, раз уж там такая реяцу задействована, а ведь Капитаны сцепились с условно дружественной Экзекуцией. Мне всё равно… В этот раз я решил вскрыть Больничный Архив Центральной Больницы Каракуры. По моей информации тут работает Квинси — Исида Рюукен. Кажется, он является сыном того старика-Квинси, что я встретил, Сокена.
Я плутал по тёмным коридорам Больницы… Где там у них архив? Прикрыв глаза, я припомнил план Больницы и свернул в сторону Архива. Кажется, во время кризиса с Баунто, Больницу затопили каких-то два придурка. Но Архив находится под землёй и вода туда не добралась. Так что я спокойно мог надеется на сохранность документов. Они хранятся долго, ведь даже у умерших могут быть интересующиеся ими родственники. Впрочем, мне не важна причина сохранности документов, сколько интересна проверка моих гипотез.
Я вошёл в аккуратный Архив, прикрыв за собой дверь и осмотрелся. Синигами, при концентрации реяцу в глазах, отлично видят в темноте. Так что для меня не составило труда найти стеллаж, где хранились дела умерших людей.
— Так-с, фамилия Ишшина — Шиба, но Ичиго носит фамилию матери, как и его сёстры. Ишшин взял при женитьбе фамилию жены, получается? Унизительное обстоятельство, хотя он это сделал, чтобы никто не смог отследить в Мире Живых, в конце концов, член клана Шиба дезертирует и женится на простой душе, — и спасибо педантичным японцам, что хранят сведения касательно умерших десять лет после смерти (прим. Автора — полез было я в Японское законодательство, и… Нафиг! Лучше просто сойдёмся на том, что есть такой закон)))). — Хммм, — почесал я бородку, найдя дело Масаки. — Масаки Куросаки. Родилась в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом? Пофиг… Причина смерти — инфаркт. В возрасте двадцати девяти? Нет, вы серьёзно? Всякое возможно… Так, стоп. Родители — не известны. Под опекой семьи Исида?
Я вернул папку на место и заозирался в поисках места где можно было бы присесть. Опека семьи Исида? Так это же семья Квинси, что живёт в этом городе! Рюукен Исида — её ровесник. А Урю, ровесник и друг Ичиго, сын Рюукена. Если Масаки, допустим Квинси… Она как-то пересеклась с Ишшином наверняка уничтожая того странного Пустого, о котором тот докладывал перед своим исчезновением. Получается Ичиго ещё и Квинси? Но, принимая, подобное… Если Масаки была Квинси и родила такого монстра, как Ичиго, то она была не простой Квинси, минимум довольно сильной. И она умерла, как я недавно узнал, начав копать под неё, от Великого Удильщика? Удильщик — не такой уж и сильный Пустой, чтобы об него обломала зубы Квинси…
— Что ты тут делаешь, Синигами? — спросил холодный и ясный голос.
Я посмотрел в его сторону… На меня смотрел лук, со стрелой из синего цвета, а держал его беловолосый мужчина в белом халате.
— Прошу прощения, — поднял руки я, он перегородил единственный выход, — но я уже ухожу.
— Я тебя не отпускал! — стрела сорвалась в мою сторону.
Сенкаймон… Что? Он его заблокировал? Умный, чёрт. Не хочется драться с этим индивидуумом. Бакудо номер двадцать один… И Бакудо номер шестьдесят один. Стоило мне подумать, как два заклинания применились… Первое создало дымовую завесу, а второе, с помощью жёлтых линий, сковало Квинси, мимо которого я проскользнул.
— Эти Квинси такие боевые, — заметил я, выбравшись из больницы и открывая Сенкаймон.
***
И опять произошло какое-то странное сумасшествие. Хотя я такое и предполагал — Экзекуции нафиг был не нужен Ичиго с силами Синигами, они хотели усилиться за его счёт. Как говорится — за что боролись, на то и напоролись. Ичиго юмор не оценил и отделал лидера, а прибывшие вернуть силу Ичиго Офицеры — остальных членов Экзекуции. А я пропустил такое веселье, впрочем, то что я узнал — окупило всё, что я пропустил. Ведь я не только смог понять причину талантов Ичиго, но ещё и то, что это явно не конец. Что-то произошло и Квинси, которая предположительно помогла Капитану справится с сильным Пустым, умерла от слабого Пустого. Свет мог пролить Рюукен, но что-то мне подсказывает, что делиться со мной сведениями он не захочет. Что ж… Сам узнаю, что требуется.
АРКА 5. Тысячелетняя Кровавая Война. Глава 50. Работа (45). Плохое Приветствие…
Вот она — спокойная и заурядная жизнь, о которой я мечтал с самого начала. Красавица жена, достойный запас пицц, множество друзей и товарищей, с которыми я могу пропустить алкоголь вечером в пятницу. Самое главное, я достаточно силён, чтобы всё это защитить… И как долго я жил, чтобы осознать, что незачем лезть впереди всех ради эфемерных целей насаждения справедливости и правды (согласно моим представлениям, конечно же). Достаточно просто достичь силы, выбрать, что следует защищать в первую очередь, и не рвать жилы, как я уже говорил, ради чего-то эфемерного. Я не понял это вовремя в Мире Пиратов и Мире Гарри Поттера, когда потратил лучшие годы своей жизни на бесконечные интриги, сражения и убийства. Здесь мир тоже не сахар, но здесь же я старался не лезть во всё это, или лез, но по минимуму. Под возмущённые крики моего истеричного занпакто…
— Это кто тут истеричный, козёл старый! — послышался заглушающий сирену боевой тревоги крик одной маленькой наглой девушки. — И я не маленькая и не наглая! У меня больше, чем у твоей жены-плоскодонки!
— Больше что? — я с тяжёлым вздохом оказался во внутреннем мире. — Явно не интеллект…
— Как ты смеешь, — зарычала девушка, гневно уставившись на меня.
— Ты опять злишься? Не ты ли говорила, что мы с тобой связаны… Ты просто грань моего характера… слишком громкая грань, — констатировал я. — И вообще, ты редко вмешиваешься в реальную жизнь. Что-то случилось, что ты воззвала ко мне?
— Воззвала?! Да ты слишком высокомерен, — донеслось со стороны разгневанной волчицы. — Чтобы я, да позвала кого-то вроде тебя…
— Короче, — не стал я терпеть её женские «закидоны». — Либо говори, что хотела мне рассказать, либо я пошёл. У меня ещё нагоняй Рангику за просроченный отчёт не выписан.
— Говори ему… Говори ему… А вот и не скажу! — скрестила руки на груди девушка, прикрыв глаза.
— Ясно, у тебя месячные? — спросил я.
— Ты придурок! Я часть твоей души, какие у меня, по-твоему, могут быть месячные? — взъярилась девушка.
— Тогда говори, зачем звала, — припечатал я, — не трать моё и своё время.
— «Моё и своё время», — передразнила меня девушка и вдруг резко спросила. — Что ты помнишь о Кайдо?
— Том самом Кайдо, что был в Мире Пиратов? — поинтересовался я. — Ну, я с ним не сталкивался, хотя уверен, что когда я был Главнокомандующим Флота, то мог бы его победить.