Черная Завеса (ЛП)

Мой разум замер от страха в головокружительном движении вперёд, скольжении вниз по холму, затем вверх, потом опять вниз. Голова кружилась, сердце ухало в пятки... от движения оно снова подскочило к горлу и в то же время отвлекало меня, облегчая психический стресс. Освещение по обе стороны от меня размывалось, и я снова катилась по этим американским горкам, закрыв глаза и тяжело дыша.
Торты, которые сделал для нас Джем, были чертовски сильными.
Адски сильными.
Или же тот, кто нас похитил, накачал меня чем-то.
Может, они всех нас чем-то накачали.
Но я не помнила, чтобы кто-то давал мне что-то. Я не помнила, чтобы теряла сознание, но это нельзя было исключить. Мой разум проплыл сквозь звёзды и оказался на другой стороне, давая мне проблески вещей, которые ощущались ещё более реальными, вне времени... но потом я видела больше в этой реальности, в том же пространстве, где моё тело подскакивало и снова опускалось.
Я возвращалась в период похищения.
Внезапно я уже ехала в машине, которая неслась по шоссе в глубокой ночи.
Я мельком увидела длинный забор с одной стороны, который размывался на такой скорости, что я едва его различала.
Вдалеке самолёты. Дорогие самолёты. Странные самолёты...
Я сжала ладонь Блэка, тяжело дыша.
Мы целовались.
Несколько минут, показавшихся очень долгими, мы целовались в машине. Я потерялась там, целуя его... но реальность снова возвращала меня. Его запястья были скованы наручниками. Он пытался дотронуться до меня, но мы могли лишь держаться за руки своими скованными запястьями.
...Кто-то растащил нас в разные стороны.
Ходьба по ровному участку пустоты.
Я видела ещё больше самолётов. Один самолёт в особенности, прямо перед нами. Люди шли по обе стороны, окружая нас, держа за руки, ведя по взлётной полосе. Я обернулась, ища Блэка, и увидела, что он идёт рядом...
...Я моргнула и оказалась на самолёте.
Брик сидел рядом со мной.
По другую сторону от него сидел Блэк.
Я не могла дотянуться до него. Я больше не могла дотронуться до его пальцев.
Блэк спорил, угрожал кому-то... я слышала интенсивную ярость в его голосе, пока он угрожал кому-то, угрожал своему собеседнику...
...я гадала, не Брик ли это.
Я гадала, не о Брике ли он говорит.
Я помнила, как он просыпался посреди ночи почти каждую ночь после того, как выбрался из тюрьмы, в которую поместил его Брик...
Я видела, как Брик кормился от Блэка, пил из его запястья, держал руку на его члене...
По мне пронеслась ярость такой силы, что я закричала.
Я рванулась, натягивая ремни, которые удерживали меня в кожаном кресле. Я не могла дышать. Я могла лишь рычать на него, бросаясь всем телом против того, что удерживало меня на самолётном сиденье. Каждая мышца напряглась. Боже. Всё так сильно болело...
Боль обострилась.
Я ощутила осколок огня в моей шее, в горле...
Всё погасло.
На сей раз я была практически уверена, что они накачали меня наркотиками.
И всё же я не могла быть уверенной на сто процентов.
Может, мой разум отключился.
Может, у меня случилось короткое замыкание. Слишком много напряжения. Слишком много натуги.
Я не верила глазам, когда видела вокруг звёзды, тёмные океаны, бескрайнюю ширь ночи. Мы с Блэком стояли по пояс в океанских волнах, тёплая вода кружила вокруг нас в темноте, пока мы смотрели, как восходит луна.
Я чувствовала так много облегчения. Так много.
Я испытывала умиротворение здесь; абсолютное умиротворение, будто мы наконец-то могли жить своей жизнью.
Мне казалось, что всё наконец-то так, как должно быть...
На дороге попалась кочка.
...Мы находились в очередной машине.
Я прислонялась к боку Блэка и ощущала других рядом с нами.
Я прижалась к нему, испытывая такое облегчение из-за того, что он здесь. Я чувствовала, как мой свет сливается с его светом, улавливала его облегчение, когда он вплёлся в меня. Мне хотелось забраться к нему на колени, но каждый раз, когда я пыталась это сделать, кто-то хватал меня за руки и стаскивал с его ног.
 
Белые пальцы схватили цепочку между моими наручниками, удерживая меня на месте.
Я ощутила, что это злило Блэка.
Я ощутила, что Блэку не нравится, что эти руки прикасаются ко мне.
Я ощутила, что Блэку не нравится, что я сижу рядом с кем-то.
...Когда я очнулась в следующий раз, я всё ещё находилась в машине.
Может, в другой машине. Может, в грузовике.
Я ничего не видела. Вокруг царила абсолютная темнота.
Я чувствовала рядом Блэка.
Я чувствовала и других людей, вокруг нас обоих.
Я слышала дыхание людей.
Половина из них, должно быть, спала, но некоторые дышали слишком часто, паникуя и боясь того, где мы находились. Постепенно появился свет. Я гадала, не проезжали ли мы туннель. Я гадала, может, кто-то надел мешок мне на голову, а потом снял.
С одной стороны мою руку сжимала холодная ладонь.
Я повернулась и увидела там Ника. Его вампирские глаза были кроваво-красными, пока он в ярости смотрел на кого-то напротив. Он зарычал... как животное... и я отпрянула, ничего не сумев с собой поделать. Я никогда прежде не видела в его глазах столько ярости, столько неразбавленной ярости на того, кто был перед ним. Я чувствовала, как Блэка беспокоит, что я держу Ника за руку...
«Всё хорошо. Теперь всё хорошо. Он снова Ник, помнишь?»
Но Блэк этого не слышал.
А может, его беспокоило не это.
«Ты сказала, что он хорошо целуется, — прорычал он в моём сознании. — Тебе понравилось, как он целуется».
«Блэк...»
Но Блэк сейчас не был рациональным.
Он хотел убить его.
Он хотел убить их всех.
Он не чувствовал себя в безопасности. Блэку всё это не казалось безопасным.
Я тоже не чувствовала себя в безопасности.
Тем временем, Ник продолжал рычать на того, кто сидел напротив него. Если бы они не сковали его, если бы у него не было цепи на горле, если бы его руки не были связаны с моими, он бы разорвал на куски того, кто сидел напротив... но он не мог пошевелиться.
Он не мог пошевелиться.
...Я моргнула, и всё сделалось чёрным.
 
 
 
Над головой простирался потолок.
Высокий. Старый. Возможно, дорогой, но ветхий, будто кто-то позволил особняку истлеть за годы, позволил коврам выцвести вместе с обоями и картинами. Надо мной висела массивная серебряная люстра, собиравшая на себя пыль...
Кто-то тяжело дышал.
Не кто-то один. Много людей.
Я слышала, как всюду вокруг меня люди тяжело дышали, борясь с паникой.
Я осознала, что я тоже в их числе.
Я была одной из тех, кто тяжело дышал.
Gaos. Где Блэк?
«Я здесь, док. Я здесь... где ты? Ты рядом со мной?»
Я не знала. Я не знала, как ему ответить.
Торты всё ещё были в нашей крови.
Я вынуждена была предположить, что прошло не очень много времени.
Часы? Меньше дня.
Должно быть, точно меньше дня.
Мы все до сих пор были не в себе. Все мы.
«На это потребуется какое-то время, — пробормотал другой разум. — Эффект сохранится на какое-то время. Не на несколько дней. Не дней... но на какое-то время. Дольше, чем на одну ночь. Возможно, дольше...»
Это был не Блэк.
Поначалу я знала лишь то, что голос не принадлежал Блэку.
— Что, бл*дь, происходит? — другой, такой же знакомый голос раздался в темноте, эхом отразившись от высокого потолка. — Кто это сделал? Где я, бл*дь?
Поближе раздался другой голос.
— Кико? КИКО? Ты где, Кико? ГДЕ ТЫ?
— Я тут! — крикнула она с болью в голосе. — Ты где? ТЫ ГДЕ?
— Я ТУТ! — проорал в ответ первый голос.
Затем тот голос, который я слышала, раздался прямо рядом со мной.
— ДОК! МИРИАМ! Где ты, док?
Я повернулась, испытывая такое облегчение, что не могла думать, едва могла дышать. Я схватилась за его одежду, затем за мускулистые руки. Я вцепилась в его волосы, потрогала лицо со знакомым длинным подбородком. Его лицо было влажным, и я осознала, что он плачет. Я всё ещё не могла нормально видеть.