Брат моего парня (СИ)

  
Глава 14
 
Карина 
Кафе на первом этаже учебного корпуса наполовину пустое, и мой любимый столик рядом с большой искусственной пальмой не занят. Толкая к кассе свой поднос, поглядываю на этот стол, в надежде, что нас никто не опередит.
— Может, еще и по штруделю возьмем? — изучает витрину моя приятельница Алена.
— Я на диете, — бормочу, пробивая свой греческий салат и коробочку грейпфрутового сока.
— О-о-о… — отзывается она. — Ну, а я возьму.
Еще бы.
С тех пор как она начала встречаться с одной местной городской знаменитостью, она стала стройнее килограмм на пять. При ее росте почти в сто восемьдесят сантиметров такое очень бросается в глаза. Она стройная, как модель.
Я примерно догадываюсь, куда улетают ее калории. Занятие трудозатратное, и говорят, иногда нужно попотеть, чтобы добиться серьезных результатов. Поверю на слово. Проверить самой мне светит нескоро, ведь буквально пару дней назад я решила, что потеряю девственность только по очень большой любви.
Забрав с кассы поднос, иду за “свой” стол и жду, пока Алена ко мне присоединится, прежде чем начать жевать салат.
— Новый год вроде прошел, — замечает, принимаясь за свой мясной пирог. — Зачем тебе диета?
— Впереди лето, — напоминаю ей.
— По-моему, у тебя с весом полный порядок, — говорит беспечно.
— Сбросить пару-тройку килограмм лишним не будет, — отвечаю ей.
— Угу, — с удовольствием жует. — Типа про запас?
— Ты видела Аню? — съезжаю с этой темы. — Ее же выписали из больницы? Она скинула смс и пропала.
— Ага. С тех пор ее никто и не видел. Медовый месяц, — закатывает глаза.
Не сомневаюсь.
Еще три месяца назад я считала ее мужа самым надменным чистоплюем нашего универа. Голубая кровь и золотая карта в кармане. Теперь все то же самое, только в придачу к этому он превратился в чертовски заботливого чистоплюя.
— Но на занятия она выйдет?
— Собиралась.
— Сложно ей, — вздыхаю. — Если у меня будет парень, заставлю его надевать два презерватива.
Алена давится своим пирогом и экстренно запивает его кофе. Я бы и сама посмеялась, но настроение паршивое.
— Кхе-кхе… — продолжает хохотать она. — Они и один-то через силу надевают, — делится она опытом. — Ощущения, знаешь ли, не те.
Поднятая тема вдруг будоражит меня до самых печенок. Первое, что в ту же секунду рождает моя голова в ответ на сумму слов “парень” и “презерватив”, это не Бред Питт в неглиже. Это… парень с самыми голубыми глазами на свете и с самым термоядерным ароматом тела. Даже потный и раздражающе рассудительный. Спокойный, уравновешенный и кошмарно привлекательный. Чужой парень!
Но картинка в моей голове такая живая, что я теряю связь с реальностью, во всей красе представляя контуры его тела и кубики пресса, которые видела в соцсетях фитнес-клуба, который он посещает, и в его собственных.
Теперь он считает меня легкодоступной. Уверена.
В горле давит ком. Прочищаю его, откашлявшись.
— Ты слышала про драку в “Драйве”, — интересуется Алена. — Позавчера.
Кусок болгарского перца застревает в горле, когда поднимаю на нее глаза.
— Нет, — отвечаю невозмутимо, хотя сердце подпрыгнуло к горлу.
И это, почти, правда. По части сплетен и сбора информации я Наполеон, но понятия не имею о том, чем закончился тот ужасный вечер. Я никогда не была трусихой, но теперь я переживаю, как бы Влад не начал портить мне жизнь. Я боюсь этого и испугалась там, в “Драйве”, потому что его агрессия, как энергетическое поле. Я нигде не проявляла к этой теме интереса, чтобы не бросить на себя даже малейшей тени. Мне и так ясно, что свою честь мне придется отстаивать самой, потому что я сбежала от Лекса и позавчера ночью не ответила на его звонок. Я поступила мерзко, я знаю — он ни в чем не виноват, но я сомневаюсь, что он вывезет конфликт со своим другом в следующий раз. Или в еще какой-то другой раз.
Нам не стоит общаться.
Может быть, ему ничего и не грозит, а вот мне…
Позавчера Лекс сам меня нашел и пригласил на концерт. Я решила, что это какая-нибудь тупая шутка в стиле “жестоких игр”, но он звучал очень искренне, когда убалтывал меня, и даже немного рассмешил. Я хотела насолить Владу. Да, хотела. А с Лексом весело и легко, он вообще очень милый!
 
— Что такое “Драйв”? — смотрю в свой салат.
— Кафешка на выезде. Рассказать?
— Эм-м… да…
— В общем, это какие-то знакомые Баркова, — объясняет Алена, имея в виду своего парня. — Там была потасовка “бейте люстры, я плачу”. Золотые мальчики сцепились, перевернули полкафешки. Говорят, даже ментов вызывали…
Мои глаза непроизвольно округляются.
— Что, есть жертвы? — спрашиваю хрипловато.
— Да какие жертвы, — отмахивается она. — Больше посуды побили. Но там известные личности засветились. Фрол старший и младший, но ты их вряд ли знаешь.
— Угу…
Мне требуется минута, чтобы прийти в себя и осознать ситуацию!
Из-за меня разнесли полкафешки?!
Даже не владея этой информацией, я два дня не появлялась на складе “Пряничного домика”, но теперь у меня горят сроки, и мне нужно срочно доделать работу, за которую мне заплатили!
Мне нужно поехать туда сегодня.
— А как твой… ты же с кем-то познакомилась, вроде? — спрашивает Алена не особо уверенно.
— Нет, — салат стал похож на опилки. — Забудь… Ладно, я пошла. Мне на работу, и я без машины.
— Сочувствую, — вздыхает Алена.
— Угу… пока…
Я и сама себе сочувствую, потому что на улице жуткий холод, а у моего “пежо” что-то стучит под капотом. Я решила не рисковать и дождаться возвращения отца.
Поездка на окраину города с двумя пересадками занимает вагон времени, но мне есть о чем подумать. Например о том, что рядом с обоими Фроловыми мне лучше больше никогда не появляться. Рядом с Владом появляться не стоит, потому что он… урод! А рядом с его братом, потому что я на него запала.
Ни разу в жизни я не оказывалась в такой отстойной ситуации. Даже в детстве я не облизывалась на что-то, принадлежащее другому!
У этой хотелки ужасный привкус. Горький, как редька.
Закрываю глаза и пытаюсь вслушиваться в аудиокнигу, которую загрузила себе вчера.
На свете куча парней. Найдется и тот, что будет только моим.
От остановки общественного транспорта до склада идти метров двести, и это не говоря о том, что сама эта остановка у черта на куличках. Таскаться сюда без машины будет та еще морока.
Решаю разделаться с этой работой как можно скорее.
Желательно до конца недели.
Сворачивая за угол, первым делом я с предательским волнением осматриваю парковку и когда вижу среди “хендаев” огромный черный джип, сердце почти выпрыгивает из груди, ударяясь о ребра.
Я даже не знаю, есть ли кто-то внутри, ведь стекла этой тачки наглухо затонированы!
Быстро проскользнув в дверь, вхожу на склад, озираясь по сторонам и вибрируя перед каждым поворотом коридора, пока пробираюсь на второй этаж. На втором хлопают двери и ходят люди, но среди них нет никого ростом далеко за метр восемьдесят и с плечами шириной в гору.
— Добрый день… — здороваюсь, заходя в бухгалтерию.
В ответ получаю жидкие приветствия, которые почти не касаются ушей.
Ну, что я за ненормальная?
Щеки горят так, что на них можно поджарить муравья.
Рухнув на свой стул, с ненавистью смотрю на гору коробок, которая, кажется, приросла. Серьезно? Может, я здесь теперь рабыня?!
Отец всегда говорил, что коммерсанты — это жулики.
Решаю зафиксировать имеющийся фронт своей чертовой работы, сделав пару снимков на телефон.
На нем висит сообщение от Лекса, и я проваливаюсь в него, прикусив губу.
“Я что, в черном списке?”, — пишет парень.
Подумав секунду, пишу ему в ответ: “Я думала, что в черном списке я”.
“Че за ерунда?”, — отвечает он. — “Давай встретимся”.
Я медлю, потому что мои сомнения никуда не делись. Лекс… он милый, но, мне кажется, что конфликт с Владом ему не по зубам.