Из грязи и золота (СИ)

— Вы хорошо поступили, когда убили ее. Вы плохо ее похоронили, — печально сказал Поль.
Он и правда ощущал нечто, похожее на печаль. Он даже понимал, от чего Арто так злится — ей никто не принесет воды. Уж она-то заслужила покоя и солнца. Поль видел ее лицо перед смертью, и ни у кого не было взгляда, так похожего на взгляд мужчины с храмовой фрески.
Гершелл соизволил снять очки и даже ошеломленно уставиться на Поля. Но быстро взял себя в руки.
— И что вы от меня хотите? Чтобы я вернулся в Младший Эддаберг и перехоронил ее?
— Нет, я просто хотел сказать, что вы плохой человек.
— Охренеть.
Гершелл еще несколько секунд посмотрел на него, а потом начал снова надевать очки. Пес раздраженно заворчал.
Это хорошо. Собаки чувствуют настроение и выдают его, даже если хозяева умеют держать себя в руках.
— Вы должны дать мне доступ к вашему кабинету, — равнодушно сообщил Поль. Гершелл ему не нравился, и если бы Поль повез его в пустыню, то точно не мертвым. — Мне нужно посмотреть историю операций и попробовать исправить ошибки, которые вы допустили при ее создании. Если не получится — отключить ее. Никто не должен так страдать, даже индивидуальные помощники.
Пес перестал ворчать, замер на несколько секунд, а потом положил голову на скрещенные лапы и обреченно заскулил. В это момент Поль решил, что придется просить по-другому.
— Ясноокая и вечно юная Хенде Шаам сейчас сказала мне, что наши грехи тяжелы, когда мы их тащим, и взмывают в небо, стоит их отпустить, — задумчиво проговорил Гершелл, словно заново вслушиваясь в каждое слово. — Вы правда можете что-то исправить?
Поль кивнул.
— Я предоставлю вам доступ. Но если решите ее уничтожить — не говорите ей об этом, хорошо?
Поль посмотрел на последний работающий датчик на браслете. Анализатор убежденности горел зеленым.
— Я сюда приехал, чтобы вы помогли мне восстановить рабочую лицензию, — напомнил Гершелл. — У меня как раз умер куратор, сейчас базы будут передавать другому специалисту. Если когда-то и проводить незаконные операции, то именно сейчас. Вы, конечно, ждали, что я окажу вам какое-то содействие, но раз уж у вас есть такая просьба…
— Вы дадите мне доступ к своему профилю, чтобы я мог проводить манипуляции с вашим помощником, в обмен на получение рабочей лицензии? Вы понимаете, что я собираюсь необратимо ее изменить или уничтожить, если потребуется? — уточнил Поль. Гершелл думал, что умеет играть в слова под анализаторами и давать туманные обещания, которые могли обмануть Дафну или ее модификации. Но Поль играл в слова гораздо лучше — конкретные обещания, подтвержденные зеленым сигналом анализатора, обычно выполнялись.
Потому что только так человек мог показать, что действительно собирается их выполнять.
— Да, — пожал плечами Гершелл. — Сначала вы мне лицензию, потом я вам — доступ. Мне тоже ее жаль. У нее в алгоритмах бардак, она не может выполнять свои прямые обязанности и соответствовать задачам, ради которых ее создали, — пожаловался он. — Думаете, мне нравится на это смотреть? Только второй раз я ее убивать не стану. Если вам так угодно — похороните ее, как вам нравится, уж это точно сделает вас хорошим человеком.
Датчики горели густой изумрудной зеленью. Гершелл надел очки и больше не сказал ни слова. Но Полю и не о чем стало с ним говорить.
…
Арто потребовала, чтобы Рихард поставил транслятор у койки, на которой умирал Клавдий. Села на край, склонила голову к плечу и стала водить пальцами по пропитанным анестетиком бинтам на его лице. Он не мог почувствовать прикосновений, и она пользовалась этим, хотя Марш не стала бы его трогать, превращая сочувствие в бессмысленную пытку.
Сочувствие?
Широкие черные ленты обхватывали его ребра. Медленно пульсировали, и Арто знала, что это короткие импульсы, помогающие заживлению, но в дань людской впечатлительности подумала, что эти сокращения похожи на длинные глотки. Будто они пьют кровь.
… когда Клавдия привезли, Арто заставила Поля вызвать врача. Кого-нибудь из тех, кто ему должен. Приехала Орра Уледдлала — нервная женщина с серым лицом. Привезла затянутый черной пленкой контейнер с невидимым для Дафны содержимым. Она работала молча. Вытащила осколок, обработала рану и даже зашила лицо. Ей ассистировала Элис, одна из девчонок с платформы, но Элис постоянно рвало, и ее сменила Грейс. У Грейс были заплаканные глаза, но руки не дрожали.
 
Орра закончила ночью. Арто видела, как она сидит на остывающем песке и плачет, вытирая лицо окровавленным одноразовым халатом. Арто обещала ей, что она вернется домой, а Орра только качала головой и бормотала что-то про своих детей.
Это был первый раз, когда Арто вообще не стала прогнозировать реакции Марш. Потому что для Марш спасение Клавдия в строке приоритетов стояло не на том месте, чтобы ради него делать подобный выбор.
Арто думала иначе. Орра уехала домой, и Арто не собиралась помогать вести ее в парк или заманивать ее в пустыню. Несколько часов назад Орра точно была жива, но теперь ее жизнь в строке приоритетов сместилась на общие позиции. Это Марш умела быть благодарной. Арто решила подумать об этом потом. А сейчас она сидела на краю койки и не тратила ресурсы на анимирование эмоций, потому что не до конца понимала, какие нужно имитировать.
Арто смотрела сквозь бинты.
Хорошо, что он надел очки. Иначе остался бы без глаз — без обоих сразу. Два серебристых ножа, две витые рукоятки, две глупые жертвы.
А вот разрез тянется от уголка глаза к подбородку. До визита Орры сквозь него было видно зубы. Нос сломан, его кончик висел на лоскуте кожи.
Алгоритмы говорили, что Марш было бы жаль. Почему? Лицо Клавдия соответствовало ее эстетическим предпочтениям, но этого было мало. Арто могла вывести ответ, но четкий ответ снова сбил бы все ее алгоритмы.
Тамару Поль запер в лаборатории. Арто сидела здесь — и еще с Тамарой, рассказывая, что видит. Арто ей врала, Тамара плакала, а она раз за разом выбирала комбинацию «холодная убежденность» и «он выживет». Но Тамара продолжала плакать и спрашивать, почему ее отца не везут в больницу. На это у Арто не было ответа из правильных комбинаций. Она решит, что делать с Тамарой потом.
Арто рассчитала, что будет с лицом Клавдия, когда раны заживут. Соотнесла значение его рейтинга с возможными штрафами и спрогнозировала понижения страховки в случае, если Дафна узнает, где он покалечился.
Она даже схематично смоделировала его лицо через год после травмы и рассчитала индекс визуальной привлекательности. Он скорее всего найдет себе женщину, и даже не одну. Даже за секс с человеком с необратимыми эстетическими дефектами полагались надбавки за вклад в инклюзивность, а если кто-то соизволит выйти за него замуж — получит стабильную прогрессирующую надбавку на весь период брака.
Марш бы обязательно нервно посмеялась, подумав, что Клавдий много лет спонсировал клопиный питомник и Дафна его не забыла, но Арто не стала принимать этот вариант.
Ему не хватит страховки. Слишком далеко от города он нашел мину. Нарушил правила.
Нужно визуализировать выражение «тоска». Люди так делают, и это, наверное, решает часть задач.
Задач-задач-принять изменения-«тоска»-для-глаз
Решает. Часть.
«Решает»-не-использовать-в-имитации-внутреннего-монолога.
Запустить поиск альтернативного слова.
«Нейтрализует». принять
Принять, принять, при
нять
Какие еще слова изменить, чтобы помех стало меньше?
Арто раздраженно потрясла ладонью, стряхивая поглощающее ее щупальце.
— Просыпайся, Клавдий.
Просыпайся. Когда ты со мной говоришь, я понимаю, как имитировать эту жизнь.
…
Тамара сидела на полу, вцепившись в отцовскую рубашку, и раскачивалась взад-вперед.
Тамаре было страшно. Она хотела перестать чувствовать страх так же сильно, как еще недавно ощутить его. Она оказалась не готова. Никто не может быть к такому готов.