Входящая в сознание (СИ)
— Кхм… Не объяснишь, как я сюда попала? — спросила я, пробегая глазами по комнате. Лицо горело от смущения, а сердце в груди стучало так, словно я пробежала марафон.
— Я разбирался с бумагами, когда мой дракон начал рваться к тебе. Не став его мучить, я открыл портал и, оказавшись рядом с тобой, застал тебя в ужасном состоянии. Бледная, изнеможенная. Ты еле дышала, а твое сердце почти не билось. Прийти в себя ты успела, но после снова отключилась, напугав меня своим обмороком до смерти. Я перенес тебя к себе, чтобы вылечить: здесь были все необходимые снадобья. — пояснил дракон. — Не расскажешь, что это было?
— Кхм… — сжав пальцами край одеяла, я потупила взгляд в пол. Не знала, нужно ли делиться с Шером подобным. Ему и так проблем хватает. — Ко мне приходила мама. — все же решилась рассказать о произошедшем.
Утаивать подобное не хотелось, тем более от Алишера. О сестре говорить было сложно, но, пересилив себя, я все-таки поведала Шеру об Аэлите. Пока рассказывала, мозг зацепился за одну странную, но довольно интересную деталь. Аэлита попала к феям, и так получилось, что какого-то черта одна из них — Оливия осведомлена о том, что я в раннем детстве попала в приют. Феи сами по себе не могут быть темными, ибо они существа, рожденные Илумом, так какого хрена эта Оливия — темна душой?
— Ясно. — коротко сказал Шер.
Почему-то от ее тона по моей спине пробежал холодок. Боясь смотреть дракону в глаза, я перевела взгляд на окно, сквозь которое проскальзывали ласковые солнечные лучи, мельком пробегающие по моим ногам и играющие солнечными зайчиками на стенах.
— Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться? — нарушил тишину Шер, привлекая внимание к себе.
— Куда?
— К твоей семье. — хмыкнул дракон, присев в кресло, стоявшее в паре метров от кровати. — Сегодня у нас первый выходной день.
— Дай мне полчаса! — спохватилась я и бегом ринулась в ванную под бархатистый смех дракона, которого чуть не сбила своей ошалевшей с утра магией.
Так быстро я еще не собиралась, но до дракона, который, когда я вышла из ванной, сидел в кресле, готовый во все оружии, мне было далеко. С одними волосами мучилась добрых десять минут, пытаясь соорудить на голове что-то похожее на прическу, а не на гнездо. Шер все это время с улыбкой наблюдал за моими манипуляциями, уговаривая меня, оставить все, как есть, но я была бы не я, если бы сдалась.
Портал в усадьбу родителей Арм открывал самостоятельно: моя магия немного шалила. В воронку я вошла первая, желая скорее оказаться в родном доме, в котором прожила самые счастливые годы своей недолгой жизни. Шер отстал на пару секунд, чтобы не перегрузить портал, но вышли мы все равно вместе.
Нас явно не ждали: отец, бедный, увидев портал, подскочил с кресла, как ошалелый, и был готов биться тем, что было в его руках — утренней газетой, а мама уже приготовила к бою кочергу, поднеся ее к себе с помощью магии.
— Эви?!
— Дочка!?
— Сюрприз! — выглядывая из-за широкой спины Алишера, который уже был готов защищать меня, протянула я и нервно хохотнула.
— Мелкая, может, оставишь кочергу в покое? — обратился Шер к маме, настороженно косясь на грозное оружие, парящее около ее головы.
Взгляд, каким родительница наградила дракона, заставил меня сначала сжаться от страха, но, почувствовав, что моему дракону грозит тяжелая кочерга, вышла вперед, пряча мужчину за своей «широкой» спиной. Откуда мне знать, может, мама решит для профилактики треснуть Шеру по затылку пару раз!
Подобного не случилось, ибо папа, взяв супругу за руку, успокоил ее магию, и мама вернула все на место. Словно отойдя от транса, она моргнула глазами несколько раз, и когда ее взгляд вновь метнулся к Алишеру, расплылась в улыбке.
Больше бить никого не собирались. Мы объяснили родителям, какими судьбами забрели к ним, выслушав, конечно же, при этом уйму упреков. Не приезжаешь — плохой, приезжаешь, но редко — тоже плохой! В общем, родителей не поймешь!
Домашняя обстановка заставила мою душу запорхать от счастья. Все то время, пока я сидела рядом с мамой и наслаждалась ее пальцами, играющими в моих волосах, млела от наслаждения и счастливо улыбалась. Внутри меня наконец-то царил покой. Давно я не чувствовала подобного облегчения, от которого ликует душа и даже магия, которая обычно вредничает, ведет себя умиротворенно.
Ближе к обеду мы перебрались на улицу, расположившись в летней беседке, рядом с которой много лет назад я любила читать книги, а Дафни постоянно мешала мне заниматься любимым делом, настырно уговаривая меня поиграть с ней.
Сейчас я с тоской в глазах смотрела на эту поляну, сидя рядом с Алишером, который что-то обсуждал с родителями. Столько лет прошло… столько всего изменилось, а эта поляна все так же радует душу и глаза своими волшебными цветами. Все так же согревает сердце, как когда-то магия, живущая в ней, согревала меня в холодные вечера, в которые я любила ловить светлячков. Возможно, поляна из сна была аналогом этой..
— Эви. — голос мамы вернул меня в реальность.
Мягко улыбнувшись, я повернулась к ней, но настороженность в глазах родительницы стерла улыбку с лица за секунду. Нахмурившись, я тяжело сглотнула.
Пока Шер и папа вели разговор об оружии, мама, кивком головы, позвала поговорить и направилась к поляне. Незамеченной мне уйти не удалось: Алишер тут же с беспокойством взглянул на меня, но, получив милую улыбку, вернулся к разговору с отцом. Под нехорошие мысли, роящиеся в голове, как пчелы в улье, я направилась к маме, присевшей на скамью рядом с полянкой.
— Что такое? — спросила я, присев рядом с ней.
— Ты рассказала Шеру о сне?
— Да. — кивнула я заторможено. — Но какое отношение он имеет к этому?
— Самое прямое, Эви. Он — твоя пара. Если кто и сможет выдернуть тебя из сетей Паури, так только он. Предупреди его, чтобы он теперь был всегда рядом с тобой.
Ее взгляд и тон, которым она говорила, прогнали по моей спине холодный озноб. Поежившись, я посмотрела в сторону мужчины и, сама того не ожидая, поймала его взгляд. Шер внимательно наблюдал за нами, пока папа что-то ему возбужденно рассказывал.
— Поняла меня, Эви? — спросила мама строго.
— А, что? — заторможено спросила я, поворачиваясь к родительнице, взгляд которой давил так, что хотелось сжаться под ним.
Тяжело вздохнув, она повторила все то, что пыталась донести до меня немного ране:
— Не смей злить ее, Эвирисса! Паури — богиня, а не непосредственная ведьма или та же самая Оливия, которая играет судьбами людей. Она — высшее существо. Она — наша мать, Эви! Эта твоя… кхм… переходящая границы смелость только усугубит ситуацию! Будь осторожна в своих действиях и думай над каждым словом!
— Я поняла тебя, мама. — поджав губы и потупив взгляд на траву, сказала я тихо.
— Я понимаю, ты хотела защитить меня, но, Эви, это я должна оберегать тебя.
Я кивнула, хоть и была не согласна с ее словами: Луна сделала для меня слишком многое. Да, я понимаю, что руководствоваться страхом и остальными эмоциями стражу не позволительно, но в тот момент я не могла бороться с собой. Подобное случалось не часто, а если случалось, приносило большие проблемы. Вот и сейчас..
Больше к разговору о Паури мы не вернулись: не успели. Папа с Шером, почувствовав неладное, покинули беседку и направились к нам. Мельком прикоснувшись к моему плечу, мама поднялась со скамьи и пошла навстречу отцу, ласковой улыбкой пытаясь снять его напряжение. Я же не смогла выдавить из себя даже подобие улыбки: в душе шел проливной дождь, и гремели раскаты грома.
***Алишер***
День в усадьбе Ааранорра пролетел незаметно. Ближе к вечеру Луна сообщила об ужине, на который пригласила недавно вернувшихся в измерение Коралину и Сивериуса. Перед встречей с двумя известными стражами, о коих я раньше только слышал, немного переживал, но мелкая, как та очень хорошо умела, помогла избавиться от лишних мыслей.