Пророк (ЛП)

— Мы идём с ним или нет, laoban? — произнёс он подчёркнуто уважительным тоном.
Ревик взглядом проследил за его жестом. Я ощутила в нём очередной приступ нерешительности, сочетавшийся с раздражением на другого видящего, и это заставило меня задаться вопросом.
Я знала, что Ревик может злиться на Даледжема, поскольку тот отдал меня торговцу. Я знала, что он также может злиться на меня за то, что Даледжем лапал меня, пока играл пьяного перевозбуждённого парня на пирсе.
Однако что-то здесь ощущалось совершенно иным.
Между ними двоими что-то произошло? Нечто более недавнее?
Эта мысль вызывала в моём свете проблеск нерешительности в сочетании с достаточно сильной паранойей, и мне пришлось приложить усилия, чтобы держать себя в руках, хотя Ревик обнимал меня.
Должно быть, Ревик это почувствовал. Он посмотрел вниз, крепче стиснув меня, а его губы хмуро поджались.
— Что думаешь? — сказал он. Увидев вопрос в моём свете или взгляде, он отмахнулся от моего беспокойства и подтолкнул сосредоточиться на настоящем моменте. — Териан. Мы последуем за ним? Или заканчиваем прямо сейчас?
Подняв взгляд, я вздохнула, затем посмотрела на остальных.
— Ты действительно хочешь прервать операцию? — спросила я.
Я притянула его свет ровно настолько, чтобы подчеркнуть свой посыл, и его боль резко усилилась.
— Если он провоцирует это… — сказала я, затем умолкла. — Что нам делать? Просто жить с этим? Рискнуть и понадеяться, что он не сумеет воспользоваться нами, чтобы добраться до Лили?
Челюсти Ревика сжались.
Я почувствовала, как он обдумывает мои слова. Затем я уловила проблеск его непосредственных мыслей, даже в отрыве от наших проблем со светом.
Он думал, что мы можем прямо сейчас дать дёру, обойтись малой кровью.
Поскольку Териан в точности знает, где мы, все шансы на чистый уход уже миновали, но мы наверняка потеряем меньше людей (в смысле, если разрушим своё прикрытие и пустимся бежать), чем если последуем за Терианом, и окажется, что это всё ловушка.
Мы с меньшей вероятностью окажемся в тюрьме. Или станем рабами.
— Мы их бросим, — напомнила я тише. — Всех. И мы откажемся от шанса использовать Фиграна, чтобы восстановить свет Лили.
Его тонкие губы поджались.
Я чувствовала, как он взвешивает свои знания о Териане и то, что по его ощущениям может случиться, если мы поедем с ним. Я чувствовала, как он использует свой военный разум, и в то же время разум отца — то есть, его разум отца в отношении Мэйгара и Лили. Я чувствовала, как он думает о той операции в нью-йоркском банке и о многих других случаях, когда мои импульсивные порывы окупились.
Я также ощущала нечто иное.
Какая-то его часть даже сильнее меня хотела сделать это — и он не поделился со мной причинами. Я чувствовала, что именно эта часть вызывает у него затруднения. Такое ощущение, будто он использовал мою интуицию, чтобы дать разумное обоснование тому, что ему и так хотелось сделать. Я не могла уловить, к чему это сводилось — к Фиграну, Списочникам, Лили, мне.
Что бы там ни было, почему-то это заставило меня занервничать.
Я всё ещё смотрела ему в лицо и пыталась решить, что я вижу, когда Ревик выдохнул. Взяв мою руку, он поднёс её к губам и поцеловал ладошку, посылая интенсивную, более намеренную нить любви через мой свет в сочетании с горячим облегчением из-за того, что со мной всё хорошо.
Оба этих импульса были такими сильными, что у меня перехватило дыхание.
— Ладно, — сказал он, слегка ослабляя свою хватку на мне. — Ладно, жена.
Он поцеловал меня, и я ощутила очередную дрожь его боли.
— Ладно, — повторил он, улыбаясь мне.
Забавно, но мне показалось, что в этот раз он пытается ободрить меня.
Когда он развернулся и повёл нас к двери клуба, я последовала за ним. Он ни на секунду не отпускал меня, пока мы выходили наружу, а потом я увидела красно-золотой закат, мерцавший на стеклянных зданиях и на ветровом стекле чёрного лимузина, который ждал нас у обочины.
Посмотрев на тёплый свет гаснувшего солнца, я почему-то знала, что всё вот-вот опять изменится… и не только для меня и Ревика.
   
Глава 55
 
Набережная
 
Териан не повёз нас обратно в Бурдж-Халифу.
Через окно я видела вдалеке эту пику из стекла и стали, но мы проехали мимо неё, направляясь к заливу. Его водитель поехал к самому плотному участку щитов, окружавших город.
В моём сознании всплыли карты, которые получили для нас Вик и Данте, взломав спутники. Я знала, что ОБЭ-поля в тех водах были новыми, смертоносными и крайне сложными. Учитывая то, как хорошо защищались органические генераторы на суше, я сомневалась, что нам удалось бы выбраться там, даже если бы Ревик устроил настоящий разнос телекинезом.
Иными словами, в данный момент мы находились так далеко от настоящего выхода, как только возможно.
Я пыталась вытеснить беспокойство из своего света, даже когда физические огоньки кораблей и небольших любительских лодок становились ближе и многочисленнее.
В итоге мы приехали на Набережную — так называли замкнутый участок искусственно созданной земли, который соединялся меж собой замысловатой сетью каналов, разветвлявшихся вокруг изогнутой пристани в форме полумесяца.
Это место я также помнила по нашим планировочным сессиям.
Пока мы рассматривали карты во время стратегических совещаний на авианосце, Ревик показал мне, что этот сегмент города из космоса напоминал полумесяц и звезду. Локи показал мне такой же символ, набитый на внутренней стороне его руки чёрными чернилами видящих — на той же руке с внешней стороны он носил символ меча и солнца.
Поскольку я знала Локи не очень хорошо, я не стала спрашивать.
Позднее Врег объяснил, что Повстанцы изначально завербовали Локи в Афганистане, где он десятки лет сражался в войнах бок о бок с видящими и людьми. Это было после того, как Локи, видимо, несколько десятилетий медитировал в пещерах где-то в афганской пустыне.
Мне невольно стало любопытно, как Джина справляется со всем этим, узнавая своего нового бойфренда. Быть в отношениях с видящим, который настолько старше тебя, само по себе странно… да и Локи был не самым рядовым видящим. Подозреваю, что рассказ его девушке о том, что некогда он входил в состав группы видящих-террористов, которые под началом Ревика планировали свергнуть человеческую власть, едва ли входит в ближайшие планы Локи.
И да, на его месте я бы сама знакомила Джину с такими деталями очень осторожно.
Каковы бы ни были его связи с этим регионом, Локи очень сильно помог при планировании операции, в том числе познакомив всех нас с историей, культурой и географией Дубая. Судя по словам Даледжема и Стэнли, исходные сведения Локи о Дубае не так уж сильно поменялись. Охрана усилилась, кое-какие районы расширились, были зачищены или сделались более элитными, но в целом планировка города осталась практически прежней.
Набережная всегда была на верхушке пищевой цепочки. Как и со многим в Дубае, целый район создавался из ничего.
Именно аспект плавучести заставлял меня пялиться.
Даже здания, которые, казалось, поднимались прямиком из воды, тянулись до самых звёзд. Самое высокое здание на Набережной имело более пятидесяти этажей.
В каком-то извращённом смысле было логично, что Териан спрятал видящих из Списков в таком месте, которое вообще не имело смысла, и поэтому никто не стал бы искать их там.
Я чувствовала, как свет Ревика внутренне готовится, пока он сидел рядом со мной и держал за руку. Мы втиснулись в один из четырёх лимузинов, которые Териан прислал за нами к ночному клубу.
 
Очевидно, Териан знал, что снаружи у Ревика ещё больше людей, чем внутри.
Териан также дал понять, что все эти люди не могут поехать с нами, чтобы посмотреть на видящих из Списка. Мы с Ревиком неохотно согласились, затем Ревик отослал два лимузина, битком набитых нашими разведчиками, предположительно к точке выхода где-то в другом районе города.