Пророк (ЛП)

К счастью, ему не пришлось делать это самостоятельно.
Викрам сделал это за него.
— Данте, — твёрдо произнёс Викрам. — Я чрезвычайно благодарю тебя за помощь, кузина, но ты нам здесь больше не нужна. Я бы очень хотел, чтобы ты сейчас вернулась в комнату техников и закончила ту работу по подготовке нас к Дубаю.
Викрам взглянул на неё с нейтральным выражением лица, противоречащим тем жёстким ноткам, которые я слышала в его голосе, и боли в его фиолетовых глазах.
— …Сейчас же, пожалуйста. И будь добра, забери Джейдена с собой.
Данте, которая обычно огрызнулась бы (как минимум, судя по моему опыту общения с ней), даже рта не открыла. Кивнув и по-прежнему оставаясь слегка порозовевшей, она поднялась на ноги, прижимая наладонник к груди. Встав, она покосилась на Джейдена, который сидел позади неё за компьютерным столом. Кивком головы она показала ему следовать за ней.
Джейден поначалу как будто её не видел.
Он уставился на меня.
Я видела, как его взгляд сосредоточился на руке Ревика, обвившейся вокруг меня, затем поднялся к моему лицу и тому, что он увидел в моём выражении.
К сожалению, заметив этот взгляд оленя, застывшего в фарах, я узнала и остальное выражение, помимо очевидного шока из-за того, что он увидел, когда мы с Ревиком впали в тот транс. Я должна была узнать это ранее; мы прожили вместе почти шесть лет. Я не раз видела его возбуждённым. Я видела, когда это возбуждение было вызвано мной или другими людьми. Я видела, когда оно вызывалось порно и (далеко не один раз) взглядами на Касс.
Хотя все время от времени посматривали на Касс.
Ревик на неё смотрел.
Выбросив эту мысль из головы, я начала отстраняться от него, в этот раз подсознательно, но он крепче стиснул объятия, прижимая меня к себе. Я позволила ему, желая, чтобы эта боль отступила, развеялась вокруг меня, когда эхо тех мыслей померкло.
В какой-то момент я вновь сосредоточилась на Джейдене.
Ощутив сексуальное желание, исходившее из его света, я осознала, что неделями замечала его в Джейдене, но игнорировала. Оно присутствовало там, пока я оставалась с Сасквочем, Фрэнки, Джейденом и Анжелиной. Я это знала; просто отказывалась признавать это, особенно в присутствии Ревика.
Я вообще не позволяла себе смотреть на Джорага.
Или на Даледжема. Или на Джона.
Тут до меня дошло… мои родители присутствовали в комнате.
Осмотревшись по сторонам почти в панике, я осознала, что больше не могу их ощущать. Мои глаза нашли их места рядом с Балидором и Тарси. Оба стула пустовали. Я уставилась на свободные места и ощутила колоссальное облегчение.
Ревик обнял меня крепче. «Твой отец ушёл. Кали последовала за ним».
В его мыслях звучало облегчение. И вместе с тем нервозность.
В те несколько секунд до меня дошло, что он боялся моего отца — в смысле, моего биологического отца, Уйе.
При других обстоятельствах эта мысль могла показаться забавной, но после всего случившегося это лишь вновь пробудило мою злость. Я помнила, как мы все сидели на пляже. Я помнила, как настороженно вёл себя Уйе в присутствии Ревика. Это желание защитить было направлено явно не на меня, а на его жену… и мне вовсе не казалось, что мой отец не доверяет Кали. Нет, не ей.
При этом я ощутила импульс жара от Ревика, но лишь оттолкнула этот посыл.
«Это уже неправда, — всё равно послал Ревик, игнорируя мои попытки отпихнуть его. — Возможно, когда-то это было правдой, но не сейчас. Сейчас он беспокоится о тебе, Элли».
Я не ответила.
Мой взгляд скользнул к месту, где сидел Даледжем, и я обнаружила, что он тоже ушёл. Я не знала, что именно чувствовала в связи с этим… в связи с тем, что все эти люди вышли потому, что им ненавистна идея о том, что Ревик ко мне прикасается.
«Элли, — мягко послал Ревик, окутывая меня жаром. — Элли, я люблю тебя. Я обожаю тебя, жена. Ничто из этого не имеет для меня значения. Ничто. Я волнуюсь из-за твоего отца только потому, что подозреваю — тебе самой будет небезразлично, когда ты справишься со своей злостью на них».
 
Заставив себя выдохнуть, я кивнула.
Я ощутила там проблеск правды — как минимум в отношении Уйе.
Я также ощутила эту правдивость в отношении Кали и остановилась, опустошив своё сознание.
«Да, — послал Ревик со вздохом. — Я знаю, что на самом деле ты злишься на неё».
Я не ответила. Мой взгляд не отрывался от группы передо мной, всматриваясь в лица. Враждебность до сих пор шепотком прокатывалась по моему свету; я видела, как многие отводят от меня глаза.
Я ничего не ощущала от Врега.
Джон, похоже, смутился до глубины души и жалел, что не ушёл вместе с другими.
Даже свет Варлана обладал зарядом, которого я никогда прежде не видела. Эта напряжённость просачивалась через его обычно непроницаемый щит, который сам по себе был нечто. Как и в случае с несколькими видящими-женщинами, большая часть этого заряда казалась нацеленной на Ревика. Подавив лёгкий укол ревности от наблюдения, как старший видящий пялится на моего мужа, я увидела, как внимание Варлана мельком переключилось на Рэдди, который сидел по другую сторону стола из полированной стали.
Хотя Рэдди был довольно привлекательным.
Ощутив вспышку злости от Ревика, я подняла взгляд, невольно улыбнувшись. Не почувствовав ответного веселья, я посильнее слилась с ним своим светом, закрыла глаза и ощутила, как напряглась его рука и тело, когда наша боль от этого ухудшилась.
«Ты же не можешь всерьёз беспокоиться», — пожурила я его.
Он вжался отнюдь-не-деликатной эрекцией в мою поясницу.
«Ты действительно хочешь сейчас пялиться на другого мужчину, жена? — его слова послали боль сквозь мой свет. Он крепче обнял меня, и его свет хлынул в мой. — Прямо на моих глазах? Это кажется тебе хорошей идеей? Серьёзно?»
Я мысленно щёлкнула языком. «Не думаю, что у тебя есть основания для беспокойства, муж. Я едва могу находиться в одной комнате с тобой в данный момент».
Его боль вновь усилилась. Другая его рука крепче обвила мою талию, а ладонь погладила бок, пока он продолжал бормотать в моем свете.
«Ты пялилась на Джейдена», — тихо обвинил он меня.
Я фыркнула, нахмурившись. «Ну ты же не серьёзно. Ведь не серьёзно же, да?»
«Я серьёзно говорю, что ты напрашиваешься на ещё одну порку, бл*дь, — послал он ещё тише. — Может, в этот раз более жёсткую. Может, уже не только моей рукой».
Моя боль резко усилилась.
И я была не единственной видящей в комнате, испытавшей такую реакцию.
Сразу после того, как Ревик послал последнюю часть фразы, выражения лиц сидевших перед нами видящих изменились.
Я видела, как напряглось лицо Балидора, и он отвёл взгляд, покраснев до самой шеи. На губах Варлана заиграла лёгкая улыбка. Локи приобрёл ещё более тёмный оттенок красного в сравнении с предыдущим. Затем я ощутила, как видящий с Ближнего Востока думает о Джине, причём думает о ней громко и с визуальными образами. Я предположила, что её наверняка ждёт шок, когда она увидится с ним позднее сегодня днём.
Я покрепче затянула щит вокруг меня и Ревика.
Даже из-за смущения мой самоконтроль не особенно улучшился. Я теснее прильнула к его телу, подавляя прилив боли, которая вплеталась в наши света. Его ладонь крепче стиснула моё плечо. Я чувствовала, что Ревик думает о своих словах и пытается скрыть это в своём свете. Ему это не очень удавалось.
«Ты всё ещё хочешь посмотреть, как я отсасываю одному из них, жена? — спросил он едва слышным мысленным бормотанием. — Потому что мне кажется, что если ты спросишь сейчас, мы можем получить сразу несколько добровольцев».
 
Моё лицо залило жаром, и я избегала внезапно гораздо более заинтересованного взгляда Рэдди и куда менее деликатного взгляда Джорага.
Впервые я покосилась на Тарси, смутившись ещё сильнее, потому что вспомнила, что она до сих пор сидит здесь, наблюдает и слушает это всё. Будучи единственной живой родственницей Ревика и наставницей по способностям видящих для меня, Тарси всегда воспринималась мною как некий образ родной или двоюродной бабушки. Почему-то её вид напомнил мне о Джоне, который теперь сделался таким же ярко красным, как Локи.