Пророк (ЛП)

Это также заставляло меня остро ощущать беглые, но всё равно интимные прикосновения его света, которые, само собой, лишь сильнее притягивали внимание других видящих. В данный момент мне казалось, что все в комнате наблюдают за нами, замечают, как я двигаюсь, как хожу… пялятся на следы пальцы и ладони Ревика на моей заднице сквозь толстые армейские штаны.
Джораг пялился хуже всех и слишком близко подбирался ко мне своим светом.
По какой-то причине он много месяцев вёл себя как настоящий говнюк. Я никак не могла знать, чем это вызвано — то ли созерцанием нас с Ревиком после явного соития, то ли конкретными знаниями о том, что мы делали, то ли просто перевозбуждённостью. Какова бы ни была причина, в этом видящем я ощущала больше боли и не могла справиться с этим изящно.
Всё было настолько плохо, что я в итоге откровенно предостерегла его, многозначительно показав в сторону Ревика, и жестами рук потребовала завязывать с этим.
Джораг прочёл мои жесты и покраснел.
Он также чертовски быстро отвёл взгляд, как только Ревик покосился в нашу сторону.
Однако теперь, когда передо мной стоял Балидор, я видела, что Джораг опять украдкой поглядывает на меня. Его взгляд дольше всего задерживался на моём заду, отчего я опять задавалась вопросом, вдруг они знали о произошедшем между мной и Ревиком в капитанской каюте больше, чем мне хотелось себе представлять.
И не только на меня пялились.
Я замечала, что Даледжем смотрит на Ревика явно чаще необходимого, и некоторые женщины-видящие тоже пялились на него. Но в отличие от Джорага Даледжему хватало чувства такта (или, возможно, здравомыслия) держаться от нас подальше.
Кали и Уйе вообще ушли, пока нас не было.
Я не спрашивала, почему. Если честно, я не хотела знать.
Тот факт, что, пожалуй, лучший разведчик из ныне живущих стоял передо мной и деликатно осматривал мой свет, отнюдь не помогал смущённому румянцу, который предательски расползался по моей коже.
Я ощущала в Балидоре неохоту, когда он прочистил горло, отводя взгляд.
Я не улавливала конкретных деталей относительно того, что ему нужно, но обращаться ко мне с каким-то вопросом для лидера Адипана было обычным делом, как бы он ни смущался. Дожидаясь, пока он заговорит, я во второй раз покосилась на Ревика, ощущая, как при виде его профиля боль в моём свете усиливается.
Бл*дь. Да что со мной не так?
Что не так с нами обоими?
— …Это можно считать положительным ответом? — уточнил Балидор с неизменной вежливостью. — Элисон?
Я окинула взглядом комнату и увидела, что Даледжем опять пялится, в этот раз на меня, а не на Ревика. Я покраснела, взглянув на него, затем посмотрела на Балидора.
— Конечно, — ответила я ему. — Что тебе нужно?
Ревик стоял в нескольких метрах от нас, разговаривая с Викрамом и Юми, но я чувствовала, что больше половины внимания его света было сосредоточено на мне, вплеталось в те мои части, которые сложно игнорировать, несмотря на задумчивый кивок, которым он ответил на слова Викрама. Он бегло покосился на меня, его взгляд скользнул по Балидору, затем его тонкие губы слегка поджались.
Я почувствовала, как в его свете поднялся более оборонительный щит, который окружил мой свет своим. Его поза изменилась в те же несколько секунд — руки скрестились на груди, ноги расставились шире.
Это его непоколебимая поза, заметила я с лёгкой ноткой веселья.
Или, может, его поза «ну давай, испытай меня».
Посмотрев на меня в этот раз, он послал мне шепоток жара. Может, он понимал, что мне нравилось, когда он включал самца, даже если в этом совершенно не было необходимости. А может, он просто понимал, что в данный момент мне сложно игнорировать что-либо в нём.
— Конечно, — повторила я. — Что такое, ‘Дор?
Я оторвала взгляд от Ревика и обнаружила, что лидер Адипана уставился на нас обоих, и в его глазах проступила та острая пытливость.
Я сделала свой тон ровным, деловым.
— Это опять по поводу изначальной высадки? Потому что я тебе сказала, что я туда поеду. И значит, Ревик тоже поедет. Это не обсуждается.
 
Казалось, он меня почти не слышал. Глядя то на меня, то на Ревика, он открыто сканировал нас, и в его серых глазах проступило жёсткое выражение.
На сей раз он отбросил вежливость.
— Что это? — сказал он, показывая на нас двоих. — Что происходит, Элисон?
Я на мгновение помедлила перед ответом, ощутив, как мой свет вспыхнул в ответ на агрессию в его голосе одновременно с такой же вспышкой от Ревика.
— …Вот это, — выразительно подчеркнул Балидор. — Вот только что, — он опять резким жестом показал на нас обоих. — Это что такое?
Я уже собиралась ответить, но поймала себя на том, что поглядываю на Ревика. Теперь он открыто наблюдал за нами, глаза смотрели настороженно, свет заметно наэлектризовался.
Я вздохнула, скрещивая руки на груди и едва замечая, что практически скопировала позу Ревика с широко расставленными ногами.
— В чём проблема, брат Балидор? — я прикусила губу. — Дело в сексе? Потому что мы не первая парочка, которая улизнула с работы, чтобы позволить себе кое-что. Вообще-то я слышала, что ты с Ярли…
— Дело не в этом, — перебил Балидор, показывая отрицательный жест и награждая меня предостерегающим взглядом. Он покосился на Ревика, и его лицо ожесточилось. — Между вами что-то происходит. Не притворяйся, будто ты не знаешь, о чём я говорю… или будто у меня нет права задавать этот вопрос. Ты прекрасно знаешь, что он только недавно отсоединился от конструкции Менлима, и пока что мы никак не можем подтвердить, удалось ли добиться полного разъединения. Ты не можешь позволить себе хранить в секрете какие-то изменения его света, Элисон. И ты не можешь скрывать столь значительные изменения в вас обоих. А теперь скажи мне. Что происходит?
Ревик уставился на нас.
Встретившись со мной взглядом, он вошёл в мой свет.
«Чего он хочет?»
Я закатила глазами. «Он хочет знать, что с нами происходит. Ты что думаешь?»
Его челюсти сжались. «Мне не нравится его тон. Скажи ему сдать назад. Он стоит слишком близко».
— …Элисон? — резче позвал Балидор.
Осознав, что я пропустила первую часть его фразы, сосредоточившись на Ревике, я заново скрестила руки на груди и машинально сделала полшага назад, даже не задумываясь о причине. Я постаралась сосредоточиться на мужчине передо мной, на том, что мы обсуждали.
При этом какая-то часть моего мозга признавала важность вопроса Балидора, а также моё нежелание развивать эту тему.
Свет Ревика продолжал окутывать меня, привлекать моё внимание, требовать его…
Балидор схватил меня за руку.
— Элисон!
Я подпрыгнула, опешив.
Хватка лидера Адипана сумела вернуть моё внимание к нему и к комнате. Осознав, как быстро я отвлеклась, я даже заволновалась. Но не успела я заговорить или собраться с мыслями, как Ревик очутился возле меня.
Ну, даже немного передо мной.
Он так быстро вклинился между мной и Балидором, что я едва осознала, как он вынудил другого видящего отпустить меня.
— Какого хера тебе надо? — потребовал Ревик. — Что это?
Маскулинность теперь уже зашкаливала, и пусть это влияло на меня, я осознавала, что взгляды всех в комнате официально прикованы к нам.
Надо отдать должное Балидору, он даже не дрогнул.
Вместо этого он посмотрел мимо Ревика на меня, и в его глазах проступило нескрываемое раздражение. Он не посылал мне непосредственных слов, но по его неопределённому жесту руки в сторону Ревика, многозначительному хмурому выражению и наклону головы я поняла его и без слов.
 
С таким же успехом он мог сказать: «Видишь? Ну ты же видишь это, верно?»
Я вздохнула, обхватив Ревика за талию.
Почти не осознавая своего намерения, я не просто оттащила его назад — я обхватила его руками, потянув и своим светом, и телом. Я почувствовала, как его aleimi вплетается в меня, тело сливается с моим, пока тот оборонительный настрой продолжал полыхать в его свете. Последнее вынудило его мышцы напрягаться и расслабляться, заставляя меня остро осознавать его ладони, длинные мышцы бёдер, руки.