Заколдованные леса

И все-таки мне ужасно хотелось узнать, кто же он такой, мой Невидимый Должник, да и вообще пора его было накормить: ведь работать он работал, а еды не получал. Как раз к тому времени подоспел урожай, и вот я послал работников к перекрестку — объявить, что, если Должник проголодался, он может взять себе немного зерна.
Но для меня-то он был обыкновенным должником, а для Лесных Существ — Великим Владыкой. Как главный распорядитель Чащобного Мира он посылал своих подданных отрабатывать долг, и, когда я пообещал ему немного зерна, а он переобещал его своим подчиненным и каждый из них собрал свою долю, в полях не осталось ни одного колоса: Лесные Существа унесли все зерно — не только у меня, но и у моих соседей.
Тут-то я и вспомнил предсказание жены, которая говорила, что этот Некто «БУДЕТ РАБОТНИКОМ, НО СТАНЕТ РАЗБОЙНИКОМ». Наутро мои соседи отправились в поля, увидели, что весь их урожай украли, и сразу догадались, кто это сделал, — лесные, или разбойные, подданные Должника.
В этом городе все жители выращивали зерно, и вот оказалось, что обобран весь город. Горожан ограбили Лесные Существа, которые подчинялись Великому Владыке, но Великий-то Владыка был моим должником, — и поэтому жители рассердились на меня: ведь у них совсем не осталось зерна — ни на продажу, ни для пропитания детей, ни семенного. (Лесные Существа обокрали и меня, но не мог же я рассказывать об этом соседям.)
Вот увидели горожане, как их обобрали, и стали призывать друг друга в Армию — чтоб выгнать меня из города и отомстить за урон, который нанесли им Лесные Существа, подданные моего Невидимого Должника. Я спросил у жены, что теперь будет, и она ответила: «АРМИЯ РАЗБЕЖИТСЯ, А ДВА ЧЕЛОВЕКА ОСТАНУТСЯ В ГОРОДЕ», — моя жена опять заговорила предсказательно. Горожане не хотели воевать в своем городе, потому что боялись перестрелять детей, и вот мы не стали убегать в леса, или в поля сражений, а заперлись дома. Но что делать дальше, я придумать не мог, и жена напомнила мне про Давай-Бери: он был разбойником и Великим Владыкой, но пока еще оставался моим должником. Я сейчас же послал работников к перекрестку и наказал им прокричать задание Должнику — идти войной на Армию горожан, которая соберется через два дня.
ДОЛЖНИК ИДЕТ НА ГОРОЖАН ВОЙНОЙ
Но днем Должник ничего не делал — он явился на войну в два часа ночи и развязал с горожанами полуночный бой. К утру Должник и его разбойные подданные разгромили и разогнали Армию горожан, а сами удалились в леса и чащобы. Мы тоже не захотели оставаться в городе, собрали пожитки и отправились в путь. Так закончилось наше Красное Приключение. Мы снова двинулись к Городу Мертвых, в котором обитал покойный винарь, и опять нам пришлось пробираться по лесу, но он был не очень густой и дремучий, а Страшных Существ там и вовсе не встречалось.
Жена сказала, что нам нельзя останавливаться, пока мы снова не придем в то место, где впервые встретили Красную Девушку, которая отвела нас к Красному Королю, — а это получалось пятьдесят миль. И вот мы путешествовали два дня и две ночи, а когда пришли в назначенное место, то устроили привал и два дня отдыхали.
Отдохнув, мы снова пустились в путь и прошли по лесам девяносто миль, но вдруг заметили под деревом человека с большой и по виду тяжелой корзиной. И моя жена проговорила так: «ПОЛНАЯ КОРЗИНА ОБЕРНЕТСЯ ОБМАНОМ, И БУДЕТ СЕМИДНЕВНЫЙ ПРЕДСМЕРТНЫЙ ПРАЗДНИК, КОТОРЫЙ КОНЧИТСЯ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ».
Когда мы спросили у человека с корзиной, не знает ли он дорогу к Городу Мертвых, он радостно ответил, что прекрасно знает, а сейчас как раз туда и идет. Я сказал, что пусть бы мы пошли вместе с ним, а он ответил, что вообще это можно, но тогда пускай мы несем корзину. Я не знал, чем его корзина наполнена, только видел, что она наполнена доверху, а Корзинщик не позволил в нее заглянуть и потребовал, чтоб я нес ее до города на голове. И попробовать, сколько она весит, не дал. Моя жена сказала, что это кот в мешке и мы не желаем его покупать, но Корзинщик ответил, что вовсе не кот и теперь уж, хочу я того или нет, мне придется нести корзину до города, а иначе он не станет нас туда провожать.
 
Принялись мы думать, как же нам быть, и тут мне вспомнилось, что я вооружен: старинной саблей и боевой винтовкой. Я решил попытаться поднять корзину, и если она окажется слишком тяжелой, а Корзинщик попробует помешать мне ее сбросить, то корзину я все равно — что бы в ней ни лежало — швырну на землю, а Корзинщика пристрелю.
И вот я попросил хозяина корзины помочь мне поднять ее, но он отказался и сказал, что руки двух разных мужчин не должны прикасаться к корзинному грузу. Я спросил Корзинщика, какой это груз, а он ответил, что как раз такой, о котором двое знать не должны. Тогда я положился на свое оружие: решил считать винтовку безотказной, а саблю надежной, — я поднял корзину и осторожно умостил ее у себя на голове.
Вот, значит, поставил я корзину поудобней, а груз оказался очень тяжелым: он весил, как тело упокойного человека, но я-то нес его без всякого труда. Хозяин корзины пошел вперед, а мы с женой отправились за ним.
Когда мы одолели 36 миль, показался город, но не Город Мертвых: мы не знали, что Корзинщик сказал нам неправду, говоря, куда он держит свой путь, и корзинный груз был вовсе не груз, а мертвое тело упокойного принца — Корзинщик случайно убил его на ферме и решил разыскать кого-нибудь в лесу, чтоб убийцами считались люди из леса.
«УБИЙЦА, МУДРЫЙ КОРОЛЬ И МЫ»
Корзинщик, убивший принца на ферме, знал, что если Король догадается, кто убил его сына (принца), то прикажет отомстительно казнить убийцу, а Корзинщик не хотел подвергать себя казни, и, когда мы вошли в город (не Город Мертвых), он обманно сказал, что ему придется ненадолго отлучиться, а сам поскорей побежал во дворец и объявил Королю, что принца убили и убийцы доставлены из леса в город. Король призвал тридцать прислужников и приказал им привести нас к нему во дворец. Едва мы вступили в королевские покои, Король сразу заглянул в корзину и, как только увидел убитого принца, приказал запереть нас в Тюремную Комнату.
На рассвете Король приказал своим слугам вымыть и одеть нас в лучшие одежды, посадить на лошадь и возить по городу — пусть мы семь дней понаслаждаемся жизнью, а потом он казнит нас как убийц его сына. Но никто не узнал этих мыслей Короля — ни мы, ни слуги, ни Обманный Корзинщик.
Слуги все исполнили по королевскому приказу: вымыли и одели нас в дорогие одежды, а лошадь украсили в дорогие убранства, и вот мы принялись разъезжать по городу, а слуги запели и забили в барабаны — и так продолжалось шесть дней подряд.
Утром седьмого (последнего) дня мы выехали в город, добрались до центра, и там нас увидел Обманный Корзинщик. Корзинщик мигом спихнул нас с лошади, залез на нее сам и объявил слугам, что он-то и есть настоящий убийца, который убил принца на ферме. Он сказал, что боялся отомстительной казни и поэтому привел подставных убийц, но раз уж Король обрадовался убийству, и одел убийц в дорогие одежды, и украсил их лошадь в дорогие убранства, и приказал возить по городу с песнями, то пусть это будет взаправдашний убийца. (Корзинщик думал, что Король обрадовался.)
Слуги услышали слова Корзинщика, повели его во дворец и предъявили Королю. Король спросил его, кто он такой, Корзинщик повторил всю историю сначала: сказал, что он — настоящий убийца, который убил принца на ферме, но не хотел подвергаться отомстительной казни и показал на нас как на лесных убийц. Тогда Король повелел своим слугам одеть Корзинщика в лучшие одежды и с барабанным боем возить по улицам — до пяти часов вечернего времени. Слуги принесли дорогие одежды — Корзинщик оделся, вскочил на лошадь, и, пока он гарцевал на лошади по улицам, он смеялся и от радости подпрыгивал в седле. Но в пять часов по вечернему времени его отвезли в специальный лес, предназначенный для королевских отомстительных казней, и убили, а труп пожертвовали богам.