Приключения Фыси (СИ)
Люди вошли первыми, посветили фонарями, пошарились по углам и кликнули кошку. Заходить внутрь ей вовсе не улыбалось, но что делать, преступник сам себя не найдёт.
Внутри смердело так, что Фыся покачнулась. Даже Хлыщ подавился и закрыл лицо рукавом. В огромном тёмном помещении стояли закрытые баки, и если преступник был в одном из них, Фыся не представляла, как его найти.
— Да сюда… в противогазе… надо приходить, — закашлялся начальник. — Ты кроме этого растворителя что-нибудь чуешь?
Фыся издала звук, предшествующий рвоте, и начальник махнул ей рукой в сторону выхода. Она вылетела ласточкой. Люди ещё потоптались внутри, а потом показались из-за угла — похоже, у сарая была вторая дверь.
— Безнадёжно, — вздохнул Хлыщ, когда все трое отдышались поодаль от вонючего местечка. — Там дальше ещё два таких амбара, и во всех растворитель и краски. На них на днях жаловались, что в ветреную погоду до домов доносит.
— Замок сбит, — заметил начальник. — И с этой стороны, и с той. Похоже, преступник подготовился, чтобы кошку со следа сбить, и нарочно нас сюда привёл. Владельцев надо проверить, конечно, но не думаю, что они причастны. Только за вонь оштрафуем… — Он почесал подбородок. — А, возиться лень, натравлю на них завтра пожарных. Там наверняка нарушено всё на свете, а эта дрянь пожароопасна. Ладно, пошли к целителю, а то там на карауле Дротик и Луковка, а преступник может попробовать ещё раз.
— Дротик меткий, — заметил Хлыщ. — У него за то и прозвище такое.
— Так-то оно так, но он сегодня перебрал всё Топорово железо, а потом ещё с этим Щелкуном… Задрыхнет. Мне будет спокойнее, если там Фыся посидит.
Хлыщ нахмурился, но не ответил, а Фыся задрала поникший было хвост. Начальник на неё полагается!
Однако целитель нарушил их планы.
— Демона в дом не пущу! И вы не можете меня заставить!
— Уважаемый, — устало вздыхал начальник, — речь идёт не о вас, а о безопасности вашего пациента. На него уже совершили одно покушение. Если его добьют или он сбежит из-за того, что вы чинили препоны работе полиции, я вас лично к Ахмад-хону на суд отвезу, и штрафом вы не отделаетесь!
— Да хоть к самому Ирлик-хону! — брызнул слюной целитель. — Я и ему то же самое скажу. Мой дом. Не хочу и не пускаю! Надо — забирайте вашего подозреваемого и делайте с ним, что хотите! Только он должен находиться под целительским присмотром, а если я к нему ночью пойду проверить жизненные показатели, и ваша тварь меня примет за убийцу, мне перерезанное горло ни к чему! Так что либо он здесь, а демон — нет, либо забирайте обоих!
Начальник набрал побольше воздуха для нового витка спора, но его опередил Хлыщ.
— Шеф, я покараулю.
— Ты спал когда?
— Да ладно, на учениях и не так пахали. Справлюсь!
Начальник скривился. Тем временем у целителя что-то запищало, и он убежал в глубь дома.
— Ладно, — сдался начальник. — Оставайся ты. Фысь, ты тогда снаружи вокруг дома пригляди, мало ли что.
— Мрр! — согласилась кошка, а потом вкрадчиво добавила: — Мяу?
— Ты голодная, что ли? — вздохнул начальник. — Ладно, сейчас пойду пришлю кого-нибудь. Кошмар какой-то, всего одно дело, а все заняты круглые сутки! И это я ещё людей выпросил и Фыську припахал, а до того они тут втроём со Щелкуном как жили⁈
Он покачал головой и ушёл в ночь.
Глава 26
Устранение
Фыся сидела на крыше, молотя хвостом по черепице. На город улеглась тишайшая ночь, как овечья шкура — ни шороха, ни движения. Ну и где этот ваш преступник? Поймать бы уже и пойти отлёживать бока в норе!
Из-за угла в дальнем конце улицы выскочил какой-то маленький человек. Не такой маленький, как Булочка, но точно не взрослый. Фыся следила внимательно, ожидая, когда он подойдёт поближе. Полезет в дом? Или он по своим делам?
Оказалось, ни то, ни другое: мальчишка остановился перед домом, огляделся и поставил на землю корзинку, в которой что-то заманчиво белело.
— Фыся-хон! — шёпотом позвал он. — Батя еды прислал, как велел дознаватель!
Фыся осторожно подобралась к краю крыши, принюхалась. И правда, запах мальчишки был похож на Булочкин. Наверное, брат. Кажется, это так называется, если мальчик. Она тихо уркнула. Булочкин брат подскочил, задрал голову, постоял немного с раскрытым ртом, а потом поклонился и почесал прочь быстрее дрофы-бегуна. Фыся бы догнала, конечно, но зачем? В корзинке лежали индюки!
Затащив их на крышу, Фыся с упоением вгрызлась в мясо, но быстро поняла, что если так громко жрать, преступника она может не услышать. Подумав, она приняла человеческую форму, оставив только один длинный и острый коготь, настригла мяса с костей и стала ходить по крыше туда-сюда, не спуская глаз ни с одного входа в дом, потихоньку аккуратно уминая завтрак маленькими кусочками.
И очень правильно она так сделала, потому что на третьем индюке задняя дверь распахнулась, и из неё выбежал человек. Фыся превратилась обратно прямо в полёте с крыши, но этот бегал быстрее мальчишки и успел улизнуть в узкий лаз между заборов. Фыся метнулась следом, и тут же получила по морде оттянутой веткой какого-то куста. Встряхнув головой, она ринулась дальше и почти нагнала беглеца — она чуяла Мангустом проклятый растворитель и слышала пыхтение совсем близко, но этот гад повалил ей под ноги какие-то палки с железными наконечниками, которые стояли у забора целой вязанкой. Фыся взвыла, ушибив лапу, но продолжила бежать.
Хозяева леса вообще бегают очень быстро, быстрее людей. Однако не очень долго. Зачем? Если добыча попалась слишком резвая, лучше затаиться и подождать другую. Но только не когда это преступник, которого обязательно надо поймать. Поэтому Фыся выжимала из себя усилие за усилием. Лапы от такого обращения перестали слушаться, и Фыся то и дело в них путалась, а разок чуть не свернула вообще не туда. Индюки тяжело ухали в набитом животе. В итоге, как она ни старалась, преступник оторвался от неё на пару кварталов. Вот сейчас сядет в унгуц — и поминай как звали…
Город кончился. Ведомая мерзким запахом, Фыся чесала к реке. Она узнала это место — вот тут на мелководье плавает бревно, с которого нельзя прыгать! Фыся пробежала аккуратно, чуть притормозив, чтобы переступить на маленькое брёвнышко, а с него на другой берег заводи. Впереди раздался всплеск. Уходит, клещ! Фыся рванула с места, маленькое брёвнышко отлетело в сторону, и кошка ляпнулась в болотистую воду. Ей удалось прыгнуть на пару шагов, потом ещё, а потом лапы сказали: всё, хватит.
С трудом передвигая их в толще ила, Фыся выбрела к текущей воде. Река пахла свежестью, землёй и подземной солью. Течение уносило с Фысиного меха ил и подгнившие растения. Переплыть она, наверное, могла, хотя раньше никогда не пробовала, а река была немаленькая. Но вот найти, где именно на том берегу клещ вылез? Фыся печально засвистела носом.
Сзади раздались тяжёлые шлепки.
— Поймала? — послышался голос Хлыща.
Фыся зарычала и обернулась. Хлыщ шёл, пошатываясь и тяжело дыша, одной рукой держался за голову.
— Стукнул меня сзади, гад, — пояснил он. — Я еле встал. Заключённый — покойник. Этот гад там сидел, — он перевёл дух, — с самого начала. Шакалий призрак!
Фыся заметила, что Хлыщ ступил на опасное бревно. «Только не прыгай!» — хотела предупредить она, но кошачьим ртом вышло только «мяу-мрряу», и Хлыщ, оттолкнувшись, с воплем досады ушёл под воду.
Глава 27
Звери
Брошенную одежду с запахом растворителя Дротик и Луковка нашли к обеду следующего дня — в воде у берега, придавленную камнем. Запах человека с неё к тому времени вымылся. Полиция Сирия, оповещённая о беглом убийце, выставила кордоны на всех дорогах, а унгуцы заставляла спускаться для досмотра, но пока что не нашла не то что преступника, а даже и контрабандных бутылок. Хуже того, откуда брались бутылки, тоже выяснить не удавалось. Сколько Дротик ни искал, ни на одном рынке мира таких не было!