Плохая компания (СИ)
И сейчас этот человек стоял в доме Карима и недвусмысленным взглядом ощупывал его Настю с ног до головы.
— Ну привет, красавица, — поздоровался он с девушкой со скользкой ухмылкой на губах. — Ставь чайник, доставай пироги, гости к вам пришли.
— З..здравствуйте, — испуганно ответила она, попятившись назад, и резко обернулась на Сашу, впиваясь вопросительным взглядом в его лицо.
— Настя, там тебя такси заждалось уже, наверное, — напряженно произнес Карим, бросив короткий злой взгляд на друга, только сейчас заметив, как надрывно тот дышит, и держится рукой за правый бок. — У меня не получится тебя проводить. Напиши, как доедешь.
Настя все поняла сразу, и, к счастью, не стала спорить. Быстро схватила с тумбочки свой телефон и бросилась к выходу, но уйти ей не дали. Шум перехватил ее за запястье и дернул на себя.
— Тиш, тиш, куда собралась? А как же чай?
— Слышь, руки от нее убрал! — зарычал Карим, и бросился к нему, готовый порвать на куски. Но один из амбалов Шума загородил парню путь, коротким, но отлично поставленным ударом врезав ему под дых. Саша согнулся пополам и едва не задохнулся от боли.
Настя закричала, а ублюдок Шум развернул ее и прижал спиной к своей груди, зажав огромной пятерней рот.
— Я сказал, убери от нее руки, — снова зарычал Карим, усилием воли заставив себя разогнуться после удара, игнорируя боль. Ему было плевать на нее, как и на то, что силы неравны — если понадобится, он готов драться не на жизнь, а на смерть за Настю.
— Девушка твоя, что ли? — нагло усмехнулся ублюдок, и, наклонившись к её уху, вкрадчиво добавил. — Красивая… Не ори только, лады? Я отпущу.
Настя отчаянно закивала, хлопая перепуганными глазами, и Шум сдержал обещание. Убрал от нее свои лапы, и, окинув пахабным взглядом, слегка подтолкнул в спину:
— Иди, присядь пока вон туда, на табуреточку. Подождет твое такси, никуда не денется. Мы, я надеюсь, к вам ненадолго.
Настя послушно опустилась на указанное ей место и застыла на нем тише воды ниже травы. Рядом с ней за стол уселся один из амбалов Шума, тот самый, что врезал Саше под дых. А второй так и остался стоять возле вжавшегося в стену Ефима, который выглядел совсем паршиво, хоть никаких внешних повреждений на нем не было видно.
Шумилов сунул руки в карманы модных брюк и брезгливым взглядом оглядел тесную кухню, в которой от количества и габаритов «гостей» теперь, казалось, и вовсе не развернуться.
— Я так понимаю, это ты Карим? Кореш этого чмошника? — небрежно поинтересовался он, переведя взгляд на Сашу.
— Ну я, — сквозь зубы ответил парень, мечтая раскроить ему рожу и сатанея от своей беспомощности.
— Он сказал, что у тебя бабки его. Правда это? — Шумилов лениво повел головой в сторону Степы.
Саша ошалело уставился на друга, не веря, что тот мог такое сказать. Но реакция Степы была неутешительной. Поймав его взгляд, парень одними губами произнес «Прости» и виновато опустил голову вниз.
— Ты только хорошо подумай, прежде чем отвечать, — вкрадчиво добавил Шум, медленной вальяжной походкой, будто невзначай, приближаясь к Насте, которая испуганно следила за каждым его движением широко распахнутыми глазами. — Если обманул он, мы все дружно отсюда уйдем, как будто нас тут и не было. Но это трепло ты больше в жизни своей никогда не увидишь.
— У меня есть деньги, — мрачно отозвался Карим после небольшой паузы. — Сейчас достану.
Благодаря всех богов за то, что сделал тайник на кухне, и ему не придется оставлять Настю наедине с этими ублюдками даже на время, Карим подставил стул к стене и снял крышку вентилялицонного отверстия. Нащупал рукой толстую пачку купюр, завернутых в пакет, спустился, и бросил её на стол.
Шумилов кивнул амбалу, что сидел рядом с Настей, тот проворно развернул пакет и принялся пересчитывать купюры.
— Тут меньше половины, — сообщил он, закончив считать, и перетягивая пачку резинкой, как было.
— А где же остальные? — лениво поинтересовался Шум, с прищуром взглянув на Сашу.
— Это все, что у меня есть.
Шумилов посмотрел на парня со скучающим выражением лица, и задумчиво покивал, после чего перевел взгляд на Степу и зачем-то принялся медленно закатывать рукава своего пиджака.
— Ты, сука, зря мое время потратил, понимаешь это? Чмо сраное, — проникновенно произнес он с обманчиво ласковой интонацией. — Как можно быть таким тупым, я не понимаю?
— Шум, у меня завтра будут бабки, я тебе клянусь, — тихо прохрипел Степа. — Прошу, дай еще один день…
В ответ на это Шумилов только усмехнулся, и со всей дури зарядил ему кулаком в живот. Раздался отвратительный глухой звук, и Степа согнулся пополам, но ублюдку этого показалось мало. Он начал методично избивать его. Бил сильно, по ребрам, по печени, в солнечное сплетение. Степа терпел, не орал, и даже не пытался сопротивляться.
Настя закрыла лицо ладошками и склонила голову к коленям, буквально сжавшись в комок. Саша не представлял, как будет потом объяснять ей все это, да и ему было не до того сейчас. Потому что ублюдок никак не останавливался. Все долбил и долбил бедного пацана, словно собирался прямо здесь забить его насмерть.
— Шум, пожалуйста, дай ему еще время, — в конце концов, не выдержал он, когда Степа ничком завалился на пол, а Шумилов стал пинать его ногами. — Хотя бы пару дней. Забери вот, мой телефон. Ноут еще у меня есть, телевизор. Я сам найду бабки, и сам верну тебе все, отвечаю!
Удивительно, но это сработало. Шумилов перестал избивать полуживого Степу, и повернулся к Кариму, растянув губы в хищной ухмылке.
— На себя его долг возьмешь? — прищурившись, поинтересовался он со сбившимся дыханием.
— Возьму. Только не трогай его больше.
— Что ж, все слышали, да? — с напускным весельем отозвался ублюдок, окинув взглядом всех присутствующих. — За язык тебя никто не тянул. Теперь его долг — твой. Даю тебе сутки. Привезешь бабки ко мне в офис. Кент твой ненаглядный знает, где это.
— Дай хотя бы два дня, — сухо отозвался Карим, не представляя, как будет выкручиваться из этой ситуации.
— Сутки, — с нажимом повторил Шумилов, хищно облизнув губы и перведя взгляд на Настю, которая так и сидела, согнувшись пополам и зажав ладошками глаза. — А чтобы тебе легче было бабки найти, подружка твоя со мной поедет. Да, Настенька?
Настя оторвала руки от лица и вскинула на него взгляд, полный самого настоящего ужаса.
— Нет! — заорал Карим и бросился к ней, но амбал, что сидел рядом, подскочил и загородил собой путь.
— Она никуда не поедет, я сказал! — с ненавистью процедил он, посмотрев на Шумилова. — А иначе ты вообще никаких бабок не увидишь!
— Ты мне еще условия будешь ставить, сучонок? — брезгливо поморщился тот. — Если через двенадцать часов бабок не будет, она и закроет долг твоего дружка-чмошника, уяснил? Все, Кеша, бери девчонку, и уходим.
Не помня себя от ярости, Карим бросился на того, кого Шумилов назвал Кешей, и повалил его на стол, нанося беспорядочные удары кулаками куда придется. Настя, взвизгув, подскочила с места и забилась в угол между стеной и столом.
— Настя, бегом на балкон, зови на помощь, звони в полицию! — крикнул он ей, но девушка не двинулась с места. Лишь еще громче завизжала, а в следующее мгновение парень почувствовал сильный удар по затылку, и перед глазами в один миг все потемнело.
***Когда Саша очнулся, в комнате уже никого не было. Если не считать его «дружка-чмошника». Ефим сидел на полу, опираясь спиной на стену, и глухо постанывал.
— Где Настя?!
Карим рывком поднялся на ноги и бросился к нему, но голова резко закружилась, и парень едва не снес стол, в итоге повалившись обратно на пол.
— Прости меня, бро, — прохрипел Ефим, заходясь сухим кашлем. — Этой ночью у меня были бы бабки. Я чуть-чуть не успел. Но еще не поздно. Шум сказал, двенадцать часов ее трогать не будет. Он всегда держит слово. Еще можно успеть. Только вот я сдвинуться с места не могу…