Враг императора (СИ)
Отец Тобиас взял монтажный нож и начал наносить кажущиеся хаотичными, но очень точные и выверенные удары. Виктор уклонялся, выжидая момент, когда можно будет рвануть за игломётом.
— Ты и твой босс будете гореть в аду! — рявкнул священник, нанося очередной опасный выпад. — Будь ты…
Он наступил в набежавшую из протекающей трубы лужу, поскользнулся и упал. Голова так сильно ударилась о лавку, что проломила доску, но шея не выдержала и выгнулась под невозможным углом. Отец Тобиас умер.
— Только не говори, что ты так и запланировал, — сказал Блоха в передатчик.
— Ты никогда не сможешь доказать обратное, — Беда усмехнулся и подобрал игломёт. — Немного приберусь, чтобы выставить за несчастный случай, а потом…
— Святой отец! — кто-то распахнул дверь и охнул. — Что с вами?
Виктор выстрелил, не раздумывая. Вошедший, совсем ещё молодой парень, молча упал на пол. Игла попала прямо в глаз. Но вместо того, чтобы тут же забыть о покойном, Беда не мог оторваться. Что-то не так.
— Что с тобой, Беда? — спросил Блоха. — А, дерьмо, вижу…
Виктор не мог пошевелиться. Парнишка в рясе, помощник покойного отца Тобиаса, был как вылитый похож на Ника. Разумеется, он старше, Нику едва исполнилось семь, а этому уже лет семнадцать-восемнадцать. Но черты лица, волосы, и цвет уцелевшего глаза… похожи, как старший и младший брат.
— Беда, надо уходить.
— Да.
Вид покойника никак не уходил из головы, стоял перед глазами и снился чаще, чем остальные. После того как Виктору поставили ментальный блок, ему не снились покойники, но несколько лет назад, после убийства доктора Михельсона, начались первые кошмары. А вот после гибели священника и того парня всё стало намного хуже.
— Кажется, ваш блок что-то пробило, — сказал штатный психолог проекта. — Говорите, он похож на вашего сына? Странно, это не должно… — он почесал подбородок.
И Беда знал, что это невозможно. Если бы Балябин приказал убить собственную семью и Виктор сделал бы это, его бы не тронул вид тел когда-то родных людей. Но его сын и жена были живы, и он любил их так, как только мог. Но что если Балябин всё-таки прикажет это?
— И что же вы сразу не сказали о снах? Сначала это была трещина, которая со временем расползлась, — психолог неодобрительно качал головой. — Я наложу вам новый блок. А пока…
— Не требуется, — Беда поднялся. — Я ухожу.
— Да, мы перенесём приём, на…
— Я ухожу, — произнёс Виктор. — Навсегда.
— Что значит ты уходишь? — выкрикнул Сова, выпучивая свои круглые глаза ещё сильнее. — Ты хоть знаешь, сколько вложено в тебя и твою группу? Если ты…
— Если ты хоть посмеешь вякнуть, или что-нибудь сделаешь что-то мне и моей семье, — Виктор схватил командира за грудки. — Я выпотрошу сначала тебя, а потом отрежу башку Балябину!
Он оттолкнул Лукаша назад.
— И вы оба знаете, что я могу вас прикончить.
Сова усмехнулся.
— Ты выбрал плохое время для ухода, Беда, — сказал он. — Эта Брейлинг из Квистуры раскопала информацию о Тёмном Лесе и скоро передаст всё в Альянс. Начнётся война. И это после того, как мы прикончили для них Верховного Судью Гобитрауда.
— Тем лучше для меня.
— Ну да. Балябин мне вставил, что я не отправил тебя на её ликвидацию. Ну да ладно, хрен сними, — Сова сложил руки перед собой. — Мы всё равно победим. А что до тебя… я не буду тебе угрожать. Но я дам тебе один шанс, Беда. Всего один, когда ты сам завтра придёшь ко мне.
— Никогда.
Виктор открыл дверь, проведя пальцем по сенсорной панели. Что-то изменилось. В прихожей чемоданы. И Ник не прибежал встречать.
— У нас гости? — крикнул Беда, но ответом ему была тишина.
Он прошёл дальше. Дома только Вера, которая сидит за столом. На умной гладкой поверхности стола высвечивались какие-то снимки.
— Кто-то приехал? — спросил он.
Вера медленно покачала головой.
— А Ник где?
— У мамы, — сказала она хриплым голосом. — А потом и я… ты нас не найдёшь…
— Да что в конце концов…
— Это ты сделал?
Вера пальцами раздвинула изображение, и Виктор увидел, что там. Ночной клуб «Олимп» изнутри. Несколько опрокинутых столов. Возле них лежат тела в лужах крови.
— Это ты сделал? — повторила она потухшим голосом. — Это ты их убил?
Она листала снимки. Трупы, их много, в основном молодёжь. Те, кого задел игломёт Виктора или те, кто поймал положенные ему пули, пока сам Беда прятался от автоматического огня. Операция по уничтожению оружейного барона, которая превратилась в бойню.
— Так вот чем ты занимаешься? — Вера закрыла лицо руками. — Ты… ты убийца.
— Послушай, — сказал Виктор, хотя понятия не имел, что говорить дальше. Отрицать? Это бесполезно и бессмысленно, да и он никогда не врал Вере… просто не договаривал некоторые вещи. — Это всё было давно и сейчас…
— Ты просто всех убиваешь… этим ты занимаешься? Зачем ты это делаешь, ты…
— Послушай, я с этим завязал. Мы уедем и…
— Они же совсем молодые.
По красивому лицу Веры потекла слеза. На очередном снимке изрешечённый пулями парень, который прослужил Виктору живым щитом.
— Зачем? Как ты мог?
— Зачем? — Виктор почувствовал раздражение. — Зачем? Так я это делал ради вас с Ником! Чтобы у вас всё это было! Чтобы мы жили не в грязном сарае у твоей мамаши, а в хорошем доме! Чтобы Ник учился не с детьми алкашей и наркоманов, а с нормальными ребятами! Чтобы у вас было всё.
Вера зарыдала.
— Ты чудовище, — сказала она. — Как ты… а если бы кто-то сделал такое с Ником, если бы…
Она не смогла продолжить.
— Откуда это у тебя? — спросил Виктор. — Кто прислал тебе эти снимки?
Вера не ответила, только слёзы капали на поверхность уже пустого стола. Снимки ушли.
— А если… — наконец прошептала Вера. — А если тебе скажут убить нас…
— Никогда, я…
— Ты мне врёшь. Мы уезжаем.
Она встала и вышла в коридор, затем хлопнула дверь. Виктор выглянул в окно и увидел, как Вера садится в машину. А если тебе скажут убить нас, гудело в голове.
— Уже вернулся, — спросил Сова с гнусной ухмылкой, но она тут же пропала. Лукаш откинулся в своё кресло, из разбитого крючковатого носа текла кровь. — Удар у тебя, что надо.
— Это же ты выслал ей снимки? — спросил Беда и ударил ещё раз.
— А даже если бы и я, то какая разница? — Лукаш усмехнулся. — Они тебя боятся, ведь ты знаешь, что если тебе будет приказано, ты не сможешь остановиться.
— Я их не трону.
— Уверен? — раздался голос позади. Максим Балябин прошёл в кабинет и сел во главе стола. За эти годы он не изменился ни на йоту, всё то же молодое лицо и тот же тяжёлый взгляд. — Я вот нет.
При виде руководства Сова встал и вытер кровь с лица.
— Твой случай я взял под личный контроль, Виктор Воронов, — продолжил Балябин. — У меня мало времени, но несколько минут я нашёл. Если я скажу тебе убить их, ты сделаешь это незамедлительно.
— Сначала я оторву тебе голову, — прохрипел Виктор.
Балябин поднял руку.
— Думаешь, что блок тебя поставили, чтобы ты не чувствовал угрызений совести? По твоему мне есть дело до того, что ты чувствуешь? Истинная суть блока в другом. Хочешь демонстрации? Твоя цель — Виктор Воронов.
Беда достал игломёт и приставил к виску.
— Отмена цели, — сказал Балябин. — Новые цели — Вера Воронова и Ник Воронов, твои жена и сын.
Вера говорила, что уехала к матери, там он и сможет найти их двоих. Осталось только…
— Отмена цели!
Виктор пришёл в себя, стоящим у двери. А в голове только что мелькала мысль не о том, что он собрался убить жену и сына, а как сделать это намного эффективнее. Он выронил игломёт.
— Новая цель, Виктор — забыть свою семью. Господин Сикора, думаю, мы обсудили все насущные вопросы. Завтра нас ждут ещё цели.
Балябин ушёл. А Беда сел за стол. То, что произошло только что, казалось давно забытым сном, или увиденным много лет назад фильмом. Всё прошло. Но неужели он и правда бы их убил?