Враг императора (СИ)
День 17. Глава 3
— Я выполняю твою волю, Господь! — выкрикнул Айскадер и начал давить на кнопку. Выломанные кисти рук мешали это сделать и он орал от боли, но не бросал попыток. Турсулунцы уже бежали его остановить, но они были слишком далеко.
Что-то твёрдое упиралось в бок Кейт и она наконец вспомнила, что лежало в кармане куртки. Совсем маленький, будто дамский, пистолетик, который Верховный Судья называл Старым Гербертом. Таким будет сложно остановить человека…
Но результат оказался другим. Если бы не защитный наруч, отдача сломала бы ей руку, но всё равно суставы почувствовали боль. Пистолетик едва не вылетел назад. Айскадер рухнул на пол, дёргая ногой. Головы больше не было, её содержимое разбросало вокруг ровным тонким слоем.
Но внутри было что-то металлическое. Это не коронка и не чип. Маленькая блестящая капля, которая, оказавшись на воле, стала увеличиваться в размерах. Теперь это чёрный кубик, блестящий и дрожащий, будто живой. Иногда он ненадолго подлетал, и снова падал в кровь, но она к нему не приставала. Точно из таких же кубиков состоял Темпоральный Крест Мартиров.
— Вот же дерьмо, — пробормотал турсулунец в жёлтой повязке. — У него тоже есть чип?
— Послушай, — раздался слабый голос Брейлинг. Она зажимала ножевую рану на животе. — Этот человек… — квистор показала на тело Айскадера. — Он связан с Балябиным… называет его Богом.
— Тогда используем его, — турсулунец взял со стола горсть маленьких штучек, похожих на ос, и швырнул их на пол. Металлические осы начали разделяться на такие мелкие части, будто совсем исчезли. — Наноботы! Принести мне чип. Хм, он даже не пострадал. Но что нам делать, если отец проиграет? Он до сих пор не победил.
* * *Виктор уже не мог отступать дальше, не хватало сил. Верховный Судья тоже не торопился. Может, и сам устал, может, хочет поиздеваться.
— В этот раз я победил, — сказал Романов.
Беда перехватил пустую винтовку за ствол, будто собирался драться прикладом. Турсулунец усмехнулся.
— Твоя решимость не стоит ничего. Ты проиграл, человек. Балябин тоже. Один из его сообщников должен был отключить мою броню к этому моменту, но не получилось. Ты труп.
— Я давно умер, — сказал Беда и кинулся вперёд.
Романов побежал навстречу. Попытаться столкнуться с Большой Черепахой в лоб — это всё равно, что обнять несущийся навстречу поезд. Это не было в намерениях Виктора. Он поднял винтовку, оторвал защитный кожух и нажал на кнопку AF-2, над которой заметными буквами было написано «Не нажимать». Про неё и писали в руководстве.
Казалось, что ничего не произошло, но Судья упал и несколько метров проехал по инерции, подняв в воздух кучу земли. Шлем попытался проанализировать случившееся, но ровные строки состояния на визоре превратились в нечитабельную простыню, а потом исчезли, будто это простое стекло, а не информационная панель. Броня стала жёсткой и неподатливой, каждое движение теперь надо было делать с усилием. А горящий свет на уцелевших столбах потух. Только глазной имплантат продолжал работать, в нём не было электросхем и электромагнитный импульс не мог их сжечь. Импульс намного более мощный, чем от мины.
Судья пытался встать, но не мог. Если бы Виктор использовал ЭМИ в начале боя, то Романов смог бы продолжить драться, а Беда сам бы остался без оружия. Пришлось ждать до последнего. Но турсулунец — старик, он очень устал и больше не может держать на себе несколько тонн веса. Он даже едва может ходить.
— Ты сдохнешь, — хрипел Романов. — Я не проиграю ещё раз.
Виктор выбросил бесполезную уже винтовку и достал игломёт. Не тот, с которым он ходил на большинство своих ликвидаций, тот остался где-то в руинах Квистуры. Он медленно пошёл к своей цели, хромая из-за разболевшегося колена.
— Что тебе снится, Верховный Судья Тиберий Романов?
Турсулунец рукой дотянулся до рычага и части экзоскелета развалились на модули. Бронеэлементы падали на землю, открывая жутко старый панцирь, пробитый во множестве мест бронебойными зарядами. Из дыр сочилась кровь. Но это помогло ему встать на ноги. Оказывается, под бронёй у него хвост, толстый и мощный, он помогает ему не упасть.
— Что тебя снится, Большая Черепаха? — спросил Виктор.
— Я скажу, что мне снится, — голосовой синтезатор турсулунца хрипел, но продолжал работать. — Ты узнаешь…
* * *— Отец проигрывает, — доложил турсулунец, когда погасла последняя камера. — Эми импульс, резервная схема должна была перегореть.
— Если Судья проиграет, от чипа не будет толку, — хрипела Брейлинг, пытаясь встать. — Балябин победит.
Среди турсулунцев нашёлся один, кто понимал в человеческой физиологии, и он оказывал ей помощь, силой удерживая неугомонного квистора. Стрельба всполошила остальных турсулунцев, но, к счастью, среди них нашёл доктор, понимающий в людях.
— Начнётся война, — продолжала Петра. — Кланы обрушат на нас свою мощь, а потом… Империя применят Тёмный Лес или произойдёт что-то ещё. Но всё это будет согласно плана Балябина. Вы должны наплевать на приказ, — она посмотрела на турсулунцев. — Вы должны защитить Судью!
— Это невозможно, — сказал ей турсулунец-психолог. — Мы не имеем права вмешиваться.
— Тогда нужно сказать императору… — Петра откинулась на принесённую для неё подушку. — Я же сама ему говорила, что нельзя вмешиваться, или Судья будет вынужден сам начать войну. Сейчас Воронов победит и всё будет кончено.
Турсулунец-психолог, очень аккуратно, помогал доктору менять повязку на ране. Кейт подобрала свой Палач, проверила заряд и бережно положила на стол. Оружие не понадобится. Рядом лежал отработавший своё Старый Герберт, маленький пистолет чудовищной убойной силы.
Кейт хорошо помнила, что вчера говорил психолог. У Воронова промыты мозги и он всегда будет охотиться за своей целью, но однажды его психологическая установка сломалась. При сильном потрясении это может повториться. Когда Адалет спросила, что именно должно случиться, психолог не знал, но высказал догадку, что уничтожение объекта мести может помочь. Вы не понимаете друг друга, сказал ей вчера Верховный Судья, и не хотите понять. Но, кажется, Кейт поняла, кто находится в городе. Не только убийца, но и тот, кто давно не пользовался оружием и не собирался, но вновь достал его для мести. Если она свершится… может, эти сны наконец уйдут?
Гравилёт Хадена Айскадера всё ещё стоял во дворе, а пилот, не зная, что и делать в таких случаях, просто сидел у особняка, держась за голову. Но Кейт и сама умела управлять таким транспортом.
— Кейт, ты куда? — выкрикнула Брейлинг. — Нельзя вмешиваться, или…
— Я без оружия! — Кейт села в кабину.
Она посмотрела в сторону города. Виктор Воронов вновь начал убивать, когда смерть единственного дорогого ему человека потрясла его. Но если он закончит дело…
— Кейт, остановись? — Петра порывалась броситься следом. — Он тебя убьёт.
— Я знаю, — ответила Адалет и включила двигатель.
Она хотела сказать, что должна это сделать, что давала присягу защищать подданных императора даже ценой своей жизни, но передумала. Глупый пафос не только ей не поможет, но и может подточить её решимость. Никто не относился к словам присяги серьёзно, но Кейт всё же их нарушила несколько раз. Не пора ли её выполнить и искупить то, что было совершено?
Гравилёт поднялся в воздух и полетел в город.
* * *— Я скажу, что мне снится, — Романов поднял голову. — Мне снишься ты!
Он рванул в атаку, но упал. Виктор едва успел отпрыгнуть. У Судьи больше не было скорости и силы, но он по-прежнему был опасен. Толстый хвост сбил уже бесполезный шлем, а Романов сделал ещё одну попытку подняться.
— Я не проиграю! Мне нельзя проигрывать!
Он встал на ноги. Виктор держал его на прицеле игломёта, но шкура Судьи слишком толстая, чтобы её можно было пробить иглой. Только в упор, прямо в пасть.