Враг императора (СИ)

— Если что, я возьму на себя Брейлинг, — сказал Айскадер. — Ей нельзя верить, она работает на Врага.
Последнее слово Хаден выделил какой-то особой интонацией. Кейт отвернулась. Турсулунцы хлопотали у воткнутых в землю кабелей, и не обращали внимание на то, что происходит у пульта. Там стояла только одна Петра Брейлинг с кружкой чая. Кажется, нажать на ту кнопку будет очень просто… действительно ли нужно выполнить и этот приказ? Кейт не знала. Прошлые приказы до добра не доводили. На Гиесе было проще.
Виктор
Как и ожидалось, засыпанные минами и ловушками туннели канализации, ведущие к цели, не срабатывали при приближении Виктора. Тут дело или в продвинутом бронекостюме, или тот, кто их ставил, как-то саботировал установку мин. Последнее не удивительно, учитывая влияние Балябина, который даже будучи официально мёртвым по-прежнему вмешивался везде, где только мог, а также количество тех, кто считал его богом.
Визор шлема не только не перекрывал обзор, но даже дополнял его, работая в паре с глазным имплантатом. Броня не сковывала движения, более того, перестала болеть спина и колени, будто что-то их подлечивало. Наверняка умная система со встроенным искусственным интеллектом снимает боль и немного заживляет раны. Пригодится во время боя с огромным сукиным сыном, боли будет много.
Виктор сверился с картой, вызывая её перед глазами. Идти ещё дальше. В углу визора светилось назойливое уведомление. Беда посмотрел, что это. Письмо и досье на цель. Стандартное досье проекта Элизиум, каких Виктор повидал немало.
 
Совершенно секретно
 
Коммерческая тайна, красный уровень доступа
 
Операция — «Ревность»
 
Цель: Тиберий Романов — Верховный Судья Турсулунских Кланов
 
Исполнитель: Руководитель проекта «Элизиум» Виктор Воронов
 
Комментарий аналитика:
 
Экстремально критический уровень опасности. Соблюдать повышенную осторожность, использовать выданные для операции спецсредства. Императорской Армии и спецслужбам запрещено вмешиваться. Свита Верховного Судьи также будет стоять в стороне, так что нет надобности их зачищать. Цель знает о прибытии, так что скрытая операция невозможна. Объект 101.
 
Резолюция: Цель должна умереть любой ценой. Объект 101
 
— Придурок, — Виктор хмыкнул про себя. — Сраный педант.
Он добрался до отмеченного на карте места. Здесь можно выбраться на поверхность в стороне от академии, рядом с городом. Балябин утверждал, что цель ждёт Виктора на городской площади у ратуши, и явно не для того, чтобы попить пивка и посмотреть Турсулунские Игры. Над головой был люк, Беда забрался по лестнице и легко, спасибо моторизованным суставам в броне, отбросил тяжёлую крышку в сторону.
— Цветы не изломай! — раздался резкий окрик механическим голосом.
Люк находился посреди клумбы с цветами, рядом с которой стояли два турсулунца. Один поймал крышку и держал её в руке. Обе рептилии без оружия и брони, что было странным, но менее опасным их это не делало.
— Это кадапулы! — негодовал один из них. — А там растут мидлемисты! Не потопчи их, теплокровный.
— Не буду, — сказал Беда.
Он вылез и начал осторожно пробираться мимо цветов. Оба турсулунца внимательно на него смотрели, будто ждали, что хоть один стебелёк отломится и можно будет обрушить на человека свою месть, но Виктор был осторожен.
— Ищешь отца? — спросил турсулунец. — Он ждёт тебя вон там, — он показал лапой на улицу. — Двигай туда, пока не дойдёшь до площади. Он разобьёт твою голову, но если ты растопчешь хоть один цветок, я тебе её сам оторву.
Беда осторожно выбрался из клумбы, не задев ни одного цветка, и поправил винтовку.
— Если нападёшь на меня со спины…
— Да иди ты в жопу! — огрызнулась рептилия. — Нужен ты мне. Вот лучше скажи — зачем они высадили кадапулы, если не собирались за ними ухаживать? Идиоты!
Виктор пошёл дальше, не вступая в диспут. Турсулунцы проводили его подозрительными взглядами, будто опасались, что он вернётся и начнёт топтать грядку, потом склонились над клумбой и продолжили прерванную прополку.
 
— А ты знаешь, иногда среди сорняков попадаются съедобные растения, — один из них вырвал несколько травинок.
— Не надо жрать сорняки! — рявкнул второй.
— Да я просто сказал!
Беда шёл по улице, рассматривая всё через визор шлема. Никакой угрозы не определялось. Турсулунцы были достаточно безумные, чтобы действительно принять бой один на один. Судья и не рискует, нет такого оружия, что может убить его мгновенно, кроме термоядерной бомбы. Предстоит долгий бой на истощение, пока гигантская рептилия просто не падёт от усталости и ран. Жаль, что нет возможности подобраться к рептилии, но никуда не деться.
— Я иду за тобой, Тиберий Романов, — шепнул Виктор про себя.
Встроенный в шлем искусственный интеллект анализировал окна зданий и проходы, но не видел никаких следов присутствия и засады. Здесь действительно нет императорской армии и ликторов. На дороге хорошо заметны вдавленные камни брусчатки и треснувший асфальт в тех местах, где прошёл Верховный Судья. Он — это последняя цель, после которой остаётся только убить эту Кейт Адалет, ту женщину-дигерина, что убила его сына. Заодно и прикончить Хадена Айскадера, но не потому, что он причастен к гибели Ника, а потому что Натан и Айзек пошли с Виктором на то дело. Нужно его тоже закончить.
На этом всё и прекратится, а Виктор получит обещанную награду. Зная Балябина, награда — это смерть. Ну и пусть. Лучше смерть, чем видеть во снах всех тех, кого Беда убивал снова и снова, каждую ночь, все его цели, и те, кто погиб вместе с ними. Больше нет ничего. Когда-то у него была семья и друзья, но они больше не кажутся важными людьми. Будто полузабытый фильм или книга, в которых были интересные персонажи, но фильм или книга закончились, а персонажи исчезли навсегда.
Не осталось ничего, кроме боли, её-то у Виктора предостаточно. Это единственное, что реально… кроме тоски по чему-то забытому.
Шлем засёк движение, но цель не двинулась навстречу. На экране визора пополз анализ, но и так понятно, что это турсулунец, на всей планете не было ни единого столько большого и тяжёлого существа, кроме тех, что живут в океане.
Верховный Судья Тиберий Романов сидел у фонтана, опираясь на толстый посох. Он будто медитировал или о чём-то размышлял. В свободной руке он держит цветок. Турсулунцы растут всю жизнь, но редкий из них доживает до пятиста-шестиста лет. Тиберию Романову была минимум тысяча лет и он был больше любого другой рептилии, а закреплённый на спине антигравитационный двигатель и блоки с ракетами на его плечах делали его огромным. Настоящая гора смерти, способная сразиться с целой армией и победить. Воплощение войны, в десятки раз более опасное, чем турсулунцы, которые охраняли банкира Ренцо. Романов сидел спокойно и не подавал вида, что заметил Виктора, но Беда не сомневался, что приборы рептилии давно показали приближение врага. Романову незачем торопиться, всё и так закончится сегодня.
Виктор остановился. В лучшей мобильной броне, закрывающей его с головы до пяток, и вооружённый винтовкой-прототипом, он был самым совершенным оружием Корпорации. Вот только против него сейчас будет сражаться самый сильный воин галактики.
Тиберий Романов поднял голову и посмотрел на Беду. Утреннее солнце отражалось красным в глазах. Красным засветился и визор прицел. Блоки с ракетами и закреплённые прямо на панцире пушки пришли в движение. На многоствольный пулемёт подалась энергия и он закрутился. Антигравитационный двигатель выпустил пар и начал светиться синим. Верховный Судья с хрустом сжевал цветок и встал на ноги.
 
— В этот раз я не проиграю! — сказал он громким механическим голосом.
  
День 17. Глава 2
 
Верховный Судья выпустил густое облако маскировочного дыма, которое скрыло не только его, но и всю городскую площадь. Шлем Виктора определял гигантский силуэт, готовившийся к бою. Огромный летающий танк с мозгом древней рептилии, сражающийся целое тысячелетие. Разве может быть что-то более опасное.