Путь: мастер. Том I (СИ)

Постоялый двор находился в конце центральной улице, рядом с ломбардом. По пути сюда они видели различные лавки и магазины, не говоря уже о центральной площади, на которой даже вечером было не протолкнуться. Джон подозревал, что Ниса в этом городе была достаточно глубока для судоходства, отсюда и густонаселенность с купцами. Значит, за миссии гильдии здесь должны хорошо платить.
Жилье оказалось и вправду дешевым. Девушки до самого вечера принимали водные процедуры, скорее всего, пытаясь избавиться от въедливого гоблинского духа, а Джон обошелся десятью минутами бани в компании подвыпивших мужиков. Затем он занимался чисткой снаряжения, замаранного грязью и кровью с водорослями. Забавно, что ему самому было совершенно плевать на вид и комфортность своих доспехов, но, если броню не чистить, в ней наверняка кто-нибудь заведется и начнет вонять. А этого девушки уж никак не потерпят. В отличие от него, сестры ухаживали за своим снаряжением гораздо ловчее, а наряды Каскад так и вовсе были почти в идеальном состоянии. Вроде бы, они с ней оба призыватели, но чистой всегда оставалась только она…
Когда девушки наконец покончили со всеми делами, то по какой-то причине не захотели остаться в номере, хотя должны были устать, учитывая, что второй день не спали.
— Вы уверены? — недоумевал Джон, когда его тянули за руку к выходу, — завтра в гильдию, не забыли?
— Еще и девяти нет! — мурлыкала Тиринэс, — покушаем, прогуляемся и в кроватку.
Изрядную долю времени они потратили по пути в приглянувшуюся сестрам забегаловку, потому что путь их лежал через торговую улицу, на которой находилась и кузнецкая мастерская. Точно так же, как земные девушки могли часами пялиться на одежду, Син с Тиринэс могли пялиться на оружие, вызывая даже у мертвого Джона чувство невыносимой скуки. К счастью, была еще Каскад, разделявшая джоновы чувства, и потому они не остались у кузнеца на ночь.
Харчевня находилась почти на самом краю деревни. Внутри пахло табаком и вареным картофелем. Не самый мерзкий запах, надо отдать чутью сестер должное. Только атмосфера внутри была какая-то угрюмая. Здесь сидело не так много народу, и в основном старики. Тощая девушка подошла к их столу. Вид у нее был понурый.
— Что-то тут тухло, — сказала Каскад, когда девушка удалилась, — мы точно выбрались из той гоблиньей пещеры?
— Не понимаю, — говорила Тиринэс, — в деревне народ простой: днем работа, вечером отдых, а в таких вот харчевнях на отшибе можно кутить и горлопанить до самого утра, что в основном может позволить себе только молодежь. Но здесь почти никого нет.
— Видимо, все они в более веселых местах, — сказала Каскад, покачиваясь на стуле.
— Это все-таки не город, здесь не должно быть много харчевен.
Что касалось Джона, то ему так было даже лучше. Не любил он шумных и пьяных. Своих спутниц, понятное дело, под градусом ему было видеть приятно — но только их, а все остальные лишь являлись источниками опасности, за которыми нужен глаз да глаз, а они, вроде как, собирались отдохнуть.
Когда официантка принесла еду, дверь открылась, и в зал вошла группа вооруженных мужчин. Они прошли мимо всех столов, весело смеясь, и уселись перед стойкой хозяина. Один из них громко крикнул, и девушка, вздрогнув, побежала к ним.
— А вот и деревенские пожаловали, — улыбнулась Каскад, — что-то я не вижу на твоем лице радости, Тир.
— Вряд ли это местные, — сказала ассасин, — в доспехах, но не полных, слишком легких… у парочки вижу луки… авантюристы? Редко их встретишь такой компанией.
— Хватит дрожать! — гаркнул мужчина на девушку и влепил ей пощечину, — скажи, я хоть раз тебе всерьез что-то делал? Хотя бы раз, а?
Старики у стола возле выхода поспешили ретироваться.
— П-пожалуйста… — едва сдерживала слезы девушка, — вы… вы…
— Вы, вы! — ехидно передразнил мужчина, и остальные рассмеялись, — договаривай уже давай!
Пожилой усатый мужчина, стоявший за стойкой, хлопнул по столешнице.
— Вика, а-ну марш на кухню! Нечего гостей доставать!
— Дело говоришь, батя! — поднял кружку с пивом мужчина, — распоясалась девка!
 
Смахнув слезу со щеки, девушка убежала.
— Что за мразь, — выдохнула Тиринэс.
Мужчина тем временем пригубил свое пиво и окинул зал взглядом. Взор его неизбежно уткнулся аккурат в их столик, потому наверняка, что только за ним сидели представительницы женского пола. Улыбнувшись, мужчина направился к ним.
— Сюда идет, — безразлично оповестила Каскад.
— О да, — улыбнулась Тиринэс.
Мужчина подошел к девушке со спины и положил на ее плечо руку.
— Привет, молодежь! А вы не местные, да? Впервые вас здесь вижу.
— Не местные, — ответила Тиринэс.
Джон удивлялся, почему она до сих пор не стряхнула с себя лапу этого быдла.
— А я так и думал, — продолжил мужчина, — по лицам вашим понял. Радиш, конечно, большой, но здесь, в деревне, все мужики и бабы на одно лицо. Но вы — совсем другое дело. Молодые, красивые… парень, а не много ли тебе сразу трех красоток обхаживать? Справляешься? Может, поделишься? — тон мужчины говорил о том, что, даже если с ним не поделиться, он заберет свое силой.
— Справляюсь, справляюсь, — улыбнулся Джон, — но за предложение спасибо.
— Спасибо за предложение? — рассмеялся мужчина, — спасибо за предложение? Парни, вы слышали? Девчонки, нахера вам этот евнух? Любой другой на его месте уже бы морду полез бить, а он тут любезничает, — рука с плеча Тиринэс скользнула на ее шею, а затем перебралась и на щеку — может, лучше попробуете настоящих мужчин? — его толстый лоснящийся палец коснулся губ девушки. Тиринэс приоткрыла рот, и палец скользнул внутрь. Бесцеремонно и грубо незнакомец затолкал свой большой палец полностью Тиринэс в рот. По глазам девушки Джон уже знал, что произойдет. Челюсти ее резко сомкнулись.
— Бля-я-ядь! — взревел мужчина, рефлекторно отдергивая руку. У него это вышло без всяких проблем — Тиринэс выплюнула кровавый обрубок на пол.
— Ой, ты тут обронил.
— Ах ты стерва! — визжал мужчина, зажимая кровоточащий обрубок, стремительно заливавший пол под его ногами.
Остальная компания уже встала и медленно приближалась к ним.
— Да ладно, что ты плачешь, как маленький, — Тиринэс прополоскала рот вином и сплюнула, — подумаешь, пальчик оттяпали. Или ты теперь не сможешь дрочить? Какая жалость.
— Большой! На правой! Сука! — чуть ли не плакал мастер подкатов, — как я теперь меч держать буду!
— А на кой тебе меч? Ты ж только девочек бить и можешь, разве нет? Таким меч не положен, — продолжала Тиринэс, улыбаясь.
— Прощайся с жизнью, шлюха, — сказал один из мужчин и вскинул лук. Просвистела стрела, но Тиринэс отбила ее непонятно откуда взявшимся кинжалом. Лучник вытаращил глаза. Через мгновение кинжал уже торчал у него чуть повыше переносицы.
Быстро оценив разницу сил, быдло ретировалось к выходу, захватив и беспалого.
— Тебе конец, шмара! — кричал он, исчезая за дверью, — тебе и всей вашей шайке!
Джон улыбался смелости этого героя, пятки которого через секунду после угрозы уже сверкали в сумраке за окном.
— Сильна! — подняла бокал Каскад, — но надо было их всех здесь и приговорить.
— Я великодушна, — сказала Тиринэс.
Из-за стойки выбрался хозяин харчевни. Он с ужасом осмотрел бездыханное тело лучника и обреченно снял с себя потрепанный фартук. Вышла и официантка.
— Что теперь будет? — всхлипывая, спросила девушка.
— Не знаю, — всплеснул руками старик, — я… я не знаю. Прошу вас, покиньте мое заведение! Пожалуйста!
— Что? — выгнула бровь Каскад, — но мы ведь ничего не сделали!
— Вы убили одного из их банды. Сейчас сюда придет сотня человек и все тут разнесет. Это в ваших же интересах… Жалко харчевню. Столько лет продержал…
— Банды? — снова сплюнула вино Тиринэс. Маневр с пальцем дался ей нелегко, но, по мнению Джона, оно того стоило. Да и не самым это было ужасным, что можно взять в рот.
— Банда Вигалицы. Так их главаря зовут. Обирают окрестные деревни, и вот повадились в последнее время ко мне захаживать. Днем народ еще ходит, а ближе к вечеру почти никого. Боятся, что бандиты придут.