Узы вечности (СИ)

— А где ты деньги взял?
— Я кое-что продал, — уклончиво ответил он.
— Кое-что это что? — насторожилась я. Насколько я знала друга, под этим «кое-что» могло быть с одинаковой вероятностью и «почка», и «аквариумные рыбки».
— Да некоторые лишние детали от компьютера Олега, — сообщил Юрка как ни в чем не бывало, — ну там материнку, оперативку, винты… В общем, системник целиком. Плюс монитор и все прибамбасы.
— Юра, ты это серьезно? — обомлела я.
Он кивнул.
— А Олегу ты как это объяснишь?
— Да его опять где-то нет, — отмахнулся Юрец, — а пока он появится, я уже закончу курсы, стану великим экстрасенсом и заработаю кучу денег. Да я ему десять таких компьютеров куплю!
— Тебе очень повезло, что твой брат такой терпеливый и милосердный, — я покачала головой, — я бы на месте Олега уже давно тебя придушила.
Суперская контора, как выражался Юрец, находилась в центре города в одном из новых офисных зданий.
Брутальный охранник в фойе отфутболил нас к лифту, который лениво пополз вместе с нами на четвертый этаж, целиком и полностью принадлежащий исследовательскому центру.
Первым делом мы оказались в просторной и светлой приемной, я подобные видела по телевизору, когда про навороченные коммерческие клиники показывали.
Здесь из мебели было два кожаных дивана и несколько кресел. За ресепшен сидела миловидная миниатюрная блондинка, которая при виде нас приветливо защебетала:
— Рада приветствовать вас в нашем центре!
— Мы тоже жутко вам рады! — просто расцвел Юрка. — А мы вот обучаться пришли!
Я тут же достала из сумки и показала визитку.
Девушка что-то сверила на экране монитора и с лучезарной улыбкой выдала:
— Пойдемте, пожалуйста, я вас провожу.
И мы пошли за ней по обшитому деревянными панелями коридору. Миновали множество абсолютно одинаковых дверей, но наша провожатая как-то определила нужную и, прощебетав «Сюда, пожалуйста», оставила нас и упорхала.
— Вот видишь, какие все экстрасенсы счастливые, — проводил ее взглядом Юрка, — постоянно улыбаются.
— Им за это деньги платят, — не разделила его восторгов мрачная я. Честно говоря, мне здесь было очень не по себе. Казалось, я в самом центре паучьего логова. Надо держать ухо востро.
Даже не постучав, воспитанный мальчик Юра толкнул дверь.
Комната оказалась довольно просторной, в светло-голубых тонах. Несколько стульев вдоль стен составляли весь интерьер.
— А кроме нас никого не будет, что ли? — расстроился Юрец, проходя в комнату.
— А ты как думал? — я усмехнулась. — Мы с тобой сядем сейчас друг напротив друга и начнем самообучаться.
— Ты это сейчас серьезно или издеваешься? — жалостливо спросил Юрка, глядя на меня глазами обиженного ребенка.
— Надеюсь, что не серьезно, — я засмеялась. — Юр, да мы с тобой просто, наверное, раньше всех пришли.
— Ну тогда ладно, — мгновенно успокоился он и уселся на ближайший стул.
Я же задумчиво вышагивала по комнате, наверное, уже с минуту, когда дверь отворилась. И мы с Юрцом увидели будущих экстрасенсов, как он выразился, в сопровождении того самого типа, который в свое время и визитку выронил. Похоже, как раз он и являлся неведомым Дамиром.
— О, вы уже здесь, — наш будущий просветитель улыбнулся нам и обратился к толпящимся у него за спиной, — давайте, ребята, проходите.
Будущие экстрасенсы оказались все как один мужского пола и студенческого возраста, так что мы с Юрцом там были самые мелкие. Дамир сказал поставить стулья полукругом, и в процессе передвигания Юрка обиженно мне прошептал:
— А почему девушек-то нет?
— А я тебе кто? — насупилась я.
— Ты друг, ты не считаешься.
Группа насчитывала порядка двадцати человек. Мы все расселись, причем мы с Юрцом как-то оказались в центре полукруга и прямо напротив Дамира, который поставил свой стул так, чтобы всех хорошо видеть. Мысленно отметила, что он безупречно выглядит. Впервые встречала такого человека, у которого настолько четко прослеживался в образе стиль. Ритка называла подобных парней метросексуалами и Андрея в том числе за его пристрастие к брендовым вещам. И если Андрей чисто внешне был красивее, одень он хоть заячий тулуп, шапку-ушанку и валенки с заплатками, то Дамира в таком виде я представить не могла. Это казалось противоестественным. И вот даже сейчас вроде ничего такого примечательного в его внешнем виде не было. Обычные классический костюм, обычные мужские туфли. Но на манжетах витиеватые запонки, переплетенный жгутами ремень и опять же длинные волосы, которые очень ему шли. И на скрытого злодея он вроде бы не походил. Хотя, кто знает.
 
Увлеченная собственными размышлениями, я чуть не прослушала начало.
— Есть несколько правил, — спокойно и дружелюбно говорил Дамир, — первое и самое главное — это право на ошибку. Как вы имеете право ошибаться, так и ваши товарищи. Правило второе. Не опаздывать. Если уж вы все-таки опоздали, то придется исполнять для остальных какой-нибудь танец или петь песню. И всем приятно и опоздавшему полезно. Правило третье. Следовать моим указаниям. Но только, если вы, действительно, хотите чему-то здесь научиться. В противном же случае хлопайте ушами, грызите спинку стула — все, что угодно, только другим не мешайте. И правило четвертое и последнее. Обращаемся друг к другу по имени и на «ты». Все правила касаются меня точно так же, как и вас. Так что мы здесь на равных. Различие только в том, что я знаю чуть больше вас и готов этими знаниями поделиться. Есть вопросы? — он оглядел присутствующих, вопросов не было, и продолжил:
— Тогда начнем. Сегодня у нас с вами первое вводное занятие. Предлагаю прежде всего друг с другом познакомиться, — он встал и подошел к белой доске за своей спиной, достал из кармана синий маркер, но пока ничего не писал.
— Я, конечно, могу сказать следующим образом. Меня зовут Дамир, мне двадцать шесть лет, провожу тренинги по энергетическим взаимодействиям в принадлежащем мне обучающем исследовательском центре развития паранормальных способностей. Но обо мне, как о личности, это вам ничего не скажет. Так же как и мне ваше «меня зовут Вася, двадцать три, студент-заочник». Поэтому я предлагаю знакомиться следующим образом, — он написал маркером в столбик большими буквами свое имя:
— Итак, мое имя Дамир. «Д» значит «Довольно трудно быть таким красивым и умным одновременно, но я справляюсь», — так он напротив буквы «д» под наш смех и написал и продолжил: — «А» значит «Анджелина Джоли — моя тайная любовь, но это военная тайна и я ее никому не скажу». «М» значит «Мою гениальность не измеришь в попугаях». «И» означает «И если бы даже можно было измерить, то попугаев бы не хватило». И, наконец, «Р» значит «Разве я не прав?», — под дружный смех он развел руками.
— Надеюсь, алгоритм понятен, — Дамир стер с доски, передал маркер сидящему с краю долговязому парню в очках и приглашающе улыбнулся: — Прошу.
Парень написал в столбик «Артем» и, комментируя свои слова, напротив каждой буквы писал:
— «А» значит «атлет», «Р» — «решительный», «Т» — «талантливый», «Е» — «Еще и» и «М» — «мужественный».
Маркер передавался от соседа к соседу и дошел до Савина. Причем, следует заметить, что вместо того, чтобы лихорадочно сочинять трактовку своего имени, все слушали других. Потому, когда выходили к доске, у всех было одинаково задумчиво-растерянное выражение лица. Юрка оказался не лучше. Я бы даже сказала хуже. Он почесал затылок, глянул на меня и с досадой выдал:
— Блин, забыл, как мое имя полностью…
Я едва сдержала смешок. Юрка же совершенно невозмутимо продолжал чесать затылок маркером, потом его, видимо, озарило, и он нацарапал на доске «Юджин». Видимо, он уже настолько привык, что Олег с самого детства его так называет, что всерьез полагал, будто это полная версия его имени. Я потом спросила у него, как насчет того, что в паспорте-то он «Юрий». Мой друг невозмутимо ответил, что это средняя степень. Мол, Юра-Юрий-Юджин.