Узы вечности (СИ)

Я хотела сказать, что мне страшно. Просто так страшно. Вообще не понятно почему! И дело вовсе не в том, что все для меня впервые, и уж тем более не в том, что чувства к Руслану осознала уж слишком неожиданно. Нет, этот странный страх шел из глубины души, словно из самой моей сути, но не человека, а Создательницы, неся с собой неотвратимую уверенность: потом будет плохо. Не просто плохо, а ужасающе в своей катастрофичности! Я хотела сказать все это, и пусть бы Руслан меня переубедил, заверил, что бояться нечего. И страх бы тут же отступил, и все было бы хорошо, но…
— Руслан, — выдохнула я, — подожди…
Он понял все по-своему. Видимо, настолько красноречиво сейчас отражался ужас в моих глазах. И на Руслана это подействовало не менее отрезвляюще.
— Ты боишься меня? — чуть хрипло прошептал он, не сводя с меня внимательного и даже изумленного взгляда, и словно бы сам резко очнулся от наваждения. Явно титанически усилием воли отстранился от меня, сел на кровати.
И пусть в его глазах все еще открыто читалась зашкаливающая страсть, он пытался ее сдерживать. Даже взгляд отвел, чтобы на меня не смотреть.
— Тебе кажется, что все происходит слишком быстро, да? Карин, прости, я ни в коем случае не хотел тебя напугать, — он шумно вздохнул. — Хоть ты и всегда для меня соблазнительнейшее искушение, но я стараюсь это контролировать. А сейчас просто враз голову потерял… Видимо, магия Света Жизни так сказалась, хотя и ума не могу приложить почему.
Ко мне более-менее вернулась способность трезво мыслить, я закуталась в покрывало, запоздало смутившись. А Руслан вообще к окну отошел.
— Как Салеф нам сказал? — словно просто размышлял вслух. — Что Свет дарует право выбора?
— Почему-то все ужасно любят говорить загадками, — пробормотала я, чтобы ответить хоть что-то.
Смотрела на силуэт Руслана на фоне окна и терзалась мыслью, что если бы не вспышка страха, то сегодня он бы стал моим первым мужчиной. И не просто первым, а единственным, в этом я ни мгновения не сомневалась. Теперь же в один коктейль мешались смущение, и все та же паника и сожаление. Сожаление, что я все испортила.
Руслан обернулся ко мне. Тихо произнес:
— Карин, я ни в коем случае не хочу, чтобы ты меня боялась. Я понимаю, из-за предательства Деккера тебе сейчас очень сложно кому-либо снова довериться. Но обещаю, я сделаю все, чтобы ты забыла о прошлых разочарованиях. Все будет так, словно до меня у тебя никогда никого не было.
— Можно сказать, что никого и не было, — нерешительно ответила я, потупив взгляд. — Я никогда и ни к кому не чувствовала того, что чувствую к тебе.
— Поверь, Карин, я тоже, — тихо, но очень серьезно произнес Руслан. — Надеюсь то, что я напугал тебя сегодня своей напористостью, это единственная ошибка и других не будет. Мы больше не станем торопиться. Не бойся меня, прошу…
Как же мне хотелось порывисто признаться: «Руслан, пожалуйста, не слушай меня, это все страх, мне одной с ним не справиться!», но ужас даже горло сдавливал, мешая говорить. Обуреваемая эмоциями, я спешно встала и, подойдя к Руслану, уткнулась в его плечо. Даже плакать хотелось, но я сдерживалась. Он хоть и обнял меня, но лишь слегка. Тихо произнес:
— Но лучше нам сегодня наедине не оставаться, моей выдержки надолго не хватит. Я себя сейчас едва контролирую. Если хочешь, я телепортирую тебя домой, — мрачно усмехнулся, — от меня подальше. Или можем вернуться на праздник, если, конечно, рискнешь.
— Я останусь, — твердо ответила я.
Ну никак я не могла себя заставить разлучиться сейчас с Русланом. Мне казалось, чем дольше мы рядом, тем сильнее будет пламя в душе, тем быстрее пройдет этот непонятный ужас. Знать бы еще, чем он вообще вызван… Раз это побуждение сущности Создательницы, то, значит, и вопрос глобальный. Может, дело в талисмане? Вдруг соединение половин вызовет какую-нибудь катастрофу? Выплеск стихии чудовищной силы? Надо обязательно расспросить Прядущего об этом, когда он объявится.
Руслан надел рубашку и вышел из комнаты, сказав, что подождет меня за дверью. Я снова облачилась в платье и на миг замерла, едва подняв черные ленты. Как сказала почтенная Адижи? Мой страх? Но почему я не могла от него избавиться? Пусть осознание чувств стало таким быстрым и внезапным, но я ни мгновения не сомневалась в их силе и искренности. Так что же так упорно отталкивало меня от Руслана? Само собой в мыслях мелькнуло как видение: одиночная золотистая нить рвется, разлетаясь угасающими сполохами. Вот только понятней от этого не стало.
 
Мы вернулись на праздник. До самого рассвета гремела музыка и веселился народ. Танцы, угощения, диковинная магия Света Жизни, расцвечивающая небо лучше любого фейерверка… Мы с Русланом ни на шаг не отходили друг от друга, и даже мой инстинктивный страх стал понемногу отступать. Это были чудеснейшие несколько часов. Для полного счастья оставалось лишь уснуть в объятиях любимого, но Руслан эту идею сразу отверг:
— Карина, не проверяй мою выдержку на прочность. Завтра это состояние должно уже пройти, и я прекрасно буду себя контролировать. Но пока лучше не рисковать. У меня до сих пор перед глазами, с каким паническим ужасом ты на меня смотрела. И я не допущу, чтобы подобное повторилось.
Я, конечно, спорить не стала. Вообще не сомневалась, что и мой страх вот-вот пройдет окончательно. Уже когда начало светать, праздник закончился. И хотя мы с Русланом разошлись в разные спальни, но немного подождав, я потом прокралась к нему. Он уже крепко спал, так что я сняла платье, надела его рубашку вместо пижамы, и устроилась рядышком на кровати. И теперь уже совершено счастливая моментально уснула.
Но несмотря на всю идиллию, приснился мне жуткий кошмар. Огромные черные змеи — само воплощение страха захлестывали меня, пытаясь затащить в бездонную пропасть. Я в отчаянии цеплялась за острые камни, кричала, но даже собственного голоса не слышала. Зато слышала чужие — где-то в высоте надо мной монотонно повторяли:
— Ты должна его бояться, не смей противиться страху. Он отравит ваше пламя своим ядом, растопчет его. Никогда, запомни, никогда мы не позволим вам быть вместе, — и так раз за разом, все громче и громче, пока голоса не стали походить на оглушительный невыносимый грохот.
Мои пальцы соскользнули, черные змеи, злорадно шипя, рванули меня вниз…
— Прочь! — голос Руслана буквально сотряс окружающий мрак.
Тут же меня подхватили сильные руки, мгновение и я оказалась в объятиях любимого. А небо над нами растрескалось в яростном гневе, и загрохотал хор голосов:
— Ваша стихия здесь бессильна! Вы обречены!
— Стихия бессильна, — глаза Руслана заволокло темнотой, — но не я.
И во все стороны от него хлынула сама смерть — чудовищная мощь, ставшая осязаемой. Она уничтожала все на своем пути, даже тех высших над нами. А Руслан прижимал меня к себе и горячо шептал:
— Я уничтожу весь мир, всю вселенную… Но прошу, не бойся меня… Поклянись, что больше никогда не будешь меня бояться…
  
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ, 
 
В КОТОРОЙ МОЙ ПАПА ВТОРОЙ РАЗ В ЖИЗНИ ПЬЕТ ВАЛЕРЬЯНКУ 
— Безобразие, — чуть взлохмаченный ото сна Руслан деланно нахмурился. — Пробралась ко мне в комнату, хотя я строго-настрого запретил это делать. Непослушная рыженькая вредина.
— Я не виновата, это опять талисман меня телепортировал, пока я спала, — хитро улыбаясь, я сладко потянулась в объятиях Руслана.
— Кошмар, вдобавок и обманщица. Врет мне и даже не краснеет.
— Да, — радостно подтвердила я.
— И снова стащила у меня рубашку, — продолжал ужасаться он.
— Да, — я уже едва сдерживала смех.
— И никаких угрызений совести, еще и хитро улыбается. — демонстративно схватившись за сердце, Руслан откинулся на подушки. — Ужас, с кем я связался…
— А тебе ведь сильно поплохело, да? — я села на постели и с невиннейшим видом захлопала ресницами. — Тогда пойду-ка я беспрепятственно устрою тут государственный переворот, объявлю себя королевой и конфискую в свою казну все твои рубашки.