Новая эпоха (СИ)

Ассура пробил холодный ток. Он ясно увидел перед собой чёрную безликую маску с красными ручейками светодорожек, и надвигавшуюся на него крылатую фигуру. «Я — это ты, — произнёс тот, протягивая ему руку, — а ты — это я. И тебе не уйти от своей судьбы». Консилиум в нерешительности замолчал, не зная, что ответить на эти слова. Все ноты понимали, что бурый беот прав. Они сами были свидетелями того, как изменился их создатель, и видели в какое чудовище тот превратился.
— Это необходимость и вопрос выживания, Урси, — произнёс Прайм, поворачиваясь к нему. Мальчишеское лицо выражало озабоченность, он рассеяно опустил руки, — у нас нет времени на изобретение более действенной защиты.
— Я понимаю, — холодно ответил тот, спокойно посмотрев на остальных. Консента поджала губы, Риабилл лишь невесело улыбнулся, а Беллиус мрачно опустил голову. Омилум фыркнул, но тоже промолчал, обеспокоенно взглянув на оцепеневшего Ассура, — я лишь хочу напомнить и предупредить всех вас, что на тот путь, по которому шёл Эксплар, сойти очень легко. Стерегитесь собственного могущества, друзья мои.
— Есть и другой путь, — медленно произнёс Ассур, поднимая взгляд.
Все удивлённо посмотрели на него. Ноосенс тяжело вздохнул, словно не желая говорить, но всё же собрался с мыслями. «Того требует долг, — сказал он сам себе, — мой долг перед моим народом. Как анимагена и как нота». На душе стало невыносимо тоскливо и горько от осознания, что он собирается сделать. Воодушевление от влюблённости исчезло, уступив место тянущей боли. Планы и надежды рухнули. Будущее исчезло. Он не знал, что его ждёт. Столько лет он бежал от этого. Столько лет обманывал сам себя, не верил, что это действительно может произойти с ним. Но сейчас перед ним встал роковой выбор: принять свою судьбу или вновь попытаться противиться ей, пожертвовав другими.
— Необязательно нам искажать ноосферу, — слова давались ему с трудом, и он судорожно убрал руки в карманы, — я могу подчинить волю слабейших псиоников, накрыв их флот Конвентумом. Однако, это возможно лишь в случае подавляющего превосходства в силе. Иначе говоря…
— Создать собственный «Хор»? — уголки губ Ирши поползли вверх. — Как Истоки, мы можем передать тебе знания о том, как это сделать. Но кроме тебя, Сафиры и Омилума тут больше нет ноосенсов, способных разделить с тобой это бремя.
— Он должен будет создать его самостоятельно, без нас, — глухо возразил Баастар, коротко покивав, — мы не знаем, освободились ли мы окончательно от влияния Дейриера и Эксплара. Если нет, то я не могу рисковать новой Песнью и Хором, что будет воспевать её.
— Это… безумие! — Альвен, казалось, потерял дар речи, но вскоре его лицо озарилось улыбкой. — Но это может сработать! Пусть наш новый Хор и будет невелик и состоять из обычных телепатов и телекинетиков, но это однозначно весомое преимущество перед раздробленной армией «Тёмных Голосов», чьи хозяева остались далеко на востоке. Если у тебя получится, Ассур, мы не только сможем защитить Аполотон, но и получим в своё распоряжение Белую Армаду!
Тот мрачно кивнул. «Они не понимают, — ноосенс перевёл взгляд на Урси. Беот единственный кто промолчал, внимательно глядя на него, — кроме тебя, Первый Неизвестный. Ты знаешь, кто первый создавал подобное на Кайлити. И что с ним случилось после того, как ему отдали в руки власть другие новусы».
— Помни про наш уговор, Урси, — негромко, чтобы слышал только он, произнёс Ассур, — наши семьи, наши друзья и наш народ — вот всё, что сейчас имеет смысл. Я поступаю так, потому что должен.
— Я — это ты, — медведь благосклонно улыбнулся, ободряюще подняв большой палец, — ты — это я. Я верю в тебя, Ассур. Поступай так, как считаешь нужным.
«Те же слова говорили друзья Рерара, когда тот впервые поведал им об Экспларе, — он мрачно усмехнулся, — что ж… вы были правы, Создательница Лоту. От судьбы не уйдёшь. Но я готов пройти этот путь. Ваш путь, что вы начали и желали, чтобы его закончил я. Даже если это будет стоить мне жизни».
— Сегодня, я объявляю о возрождении Круга Анима, — провозгласил он, вновь приковав к себе внимание, — то, что было сожжено, ныне возвращается из пепла, закалённое пламенем нового мира!
 
— Хм, — Альвен загадочно улыбнулся, — тогда, я думаю, пришло время открыть тебе маленькую тайну нашего Шпиля.
***
Белые вспышки в небе, засвечивающие голубое сияние щита, заставляли шестерых друзей невольно вздрагивать и неотрывно следить за новыми приближающимися энергоракетами. В ответ на обстрел с океана, артиллерийские установки легионов открыли массированный огонь с недосягаемых для кораблей позиций. Горные вершины и кряжи служили естественными укрытиями для развернувшихся установок, раз за разом посылающих в небо белые энергоснаряды по указкам высотных турболётов-наводчиков. И очень скоро на горизонте разгорелся пожар — выдержать урон от взрыва протонного заряда способен далеко не каждый корабль. Мелкие корветы и эсминцы буквально разрывало в клочья, окрашивая тёмные воды кровью аколитов и новусов. Крупные корабли более стойко держали удары, пытаясь дотянуться хотя бы до одной из огневых точек, но тщетно — без поддержки авиации, подобраться к ним было невозможно из-за маскировки и гор.
Не бездействовали и остальные войска. Стражи и легионеры оперативно разгружали трафик на дорогах города, направляя основной поток машин в сторону района Механиков. Оттуда, в подземных тоннелях, население ждали электропоезда, ведущие к «Сиянию». Улицы быстро пустели. Те энергомобили, чьи хозяева сейчас были заняты на производстве, турболёты-эвакуаторы переносили на стоянки при помощи тросов, дабы расчистить путь движению. Информационная башня, сверкающая над суетящимся Аполотоном, беспрерывно транслировала репортажи с первых рубежей, отмечая, что противник зря тратит энергию. Щит не раз пытались пробить и во времена Войны Ненависти, потому жители Аполотона не столь сильно волновались о результате обстрела. Следуя плану эвакуации, который заучил каждый гражданин города Технократии, они, словно единый механизм, быстро и без паники следовали до точки отправления. И всё же, некая тревожность, чувство беды и серьёзной опасности, витали в воздухе.
Портовый район освободили ещё до включения щита, и сейчас тут остались только вооружённые силы. Военные инженеры возводили укрепления на улицах и крышах зданий, устанавливали минные поля и засады дронов-самоубийц, и даже готовили новейшие антигравитационные ловушки — устройства, способные поднять в воздух даже танк и удерживать его так, пока не иссякнет заряд. Длилось это не более минуты, но энергии батареи вполне хватало, чтобы беспомощную жертву расстреляли из плазмеров ближайшие легионеры.
С гулким топотом шагали взводы «Регентов», чьи операторы, подключённые к машинам нейроинтерфейсами, могли контролировать каждый сустав этих шагоходов, будто бы это было их собственное тело. Тяжёлые танки, умеющие трансформироваться в укреплённые огневые точки, перекрывали целые улицы своими бронированными телами и щитами. Где-то загудел мобильный генератор щита. На верхних этажах зданий занимали позиции снайперы и танкобои. Со свистом пролетело звено «Ястребов». Их скорость и проворство сейчас как нельзя кстати подходили для городского боя.
— Вот и «Светлячок» будет таким же! — уверяла Кири остальных, заворожено глядя как «Регенты» занимают позиции для обороны. — Даже ещё больше! А ещё у него будет в руках огроменный молот! И он…
— Не понимаю, зачем тут линии фронта, — Луно хмуро провёл рукой по подбородку, — они же не собираются отключать щит?
— Возможно, они думают, что Армада начнёт штурм, — предположил Хиру, — помнишь, нам рассказывали, что их корабли могут выходить на берег, как шагоходы?
— Ну да, как старые «Испепелители» «Хранителей». Но тут им не развернуться. Едва они зайдут в бухту, как их тут же расстреляет артиллерия в горах. Нет… что-то тут ещё… — когда Луно был увлечён интересующей его темой, он полностью преображался. От нескладного и стеснительного юноши не оставалось и следа, он становился проницательным и талантливым стратегом, трезво и чётко определяющим ситуацию.