Сомнений нет. Бонус (СИ)
Присев на свой удобный мягкий стул, я вытянула бедные ножки и уже не впервые нашла взглядом коридор, который вел в туалет. Хотелось мне туда уже давно – по этой причине я тоже не хотела провожать маму. Тут как раз и Надя подошла, которая все время отходила с Таликом на улицу.
Коридор заканчивался просторным, красивым помещением с большим зеркалом и диванами. По обе стороны находилась женская и мужская уборная. Я держалась за подругу до самого туалета, чтобы не упасть.
– Я сейчас, быстро!
– Ага, давай. Я здесь, – отмахнулась Надя, направившись к зеркалу и на ходу вытаскивая помаду.
Неуклюже справившись с делами, так чтобы не помять платье, я вышла в зал с зеркалом, думая о том, что облегчив мочевой пузырь, могла бы даже потанцевать. Уже представила, как обрадуется Надя, которая как никто любила отжигать на танцполе. Однако в зале подруги не оказалось. Вместо нее меня ждал Илат.
– О, а ты чего здесь? – спросила я игриво, приближаясь к мужу.
Не сразу заметила ношу в его руках, потому что меня сильно смутил его взгляд. И странное выражение лица.
– Твоя мать просила кое-что передать, – сообщил он сухо, протянув мне небольшую сумочку, которую я купила к свадебному платью и куда положила все необходимое.
Моя улыбка уже сползла, а глаза растерянно уставились на нее. Да, моя мама весь день таскалась с ней. Но что здесь такого?
– И это тоже, – добавил муж, протянув мне плоский белый футляр и разом отвечая на мой мысленный вопрос.
И сердце тревожно забилось еще до того, как я осознала, что это таблетки. Противозачаточные, которые каким-то образом выпали из внутреннего кармана сумочки!
Я вскинула растерянный взгляд, теперь понимая, почему такой холод исходил от него.
– Илат, я… Я все объясню!
– Не нужно, – ледяным тоном оборвал он меня тут же. – Я не идиот, Тая.
– О, Господи… Нет, т-ты не понимаешь! Прошу, дай мне сказать!
Я вцепилась в его руку, но он вдруг ловко перехватил мое запястье и, крепко сжав его, стальным тоном сказал:
– Мы поговорим с тобой. Но не здесь и не сейчас.
Грудную клетку стиснуло до невозможной боли. Илат отпустил меня и сразу зашагал в коридор, а я осталась растерянно стоять на месте, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
Боже, ну почему именно сегодня?! Мама, блин!..
Нет.
Она здесь не причем. Это я виновата! Я должна была поговорить с Илатом раньше!..
С этого момента праздник померк для меня. И ничто не могло отвлечь от тяжелого осадка в сердце. Мы так же сидели с мужем рядом, но между нами словно образовалась бетонная стена! Я все поглядывала на него, пытаясь уловить хоть какие-то эмоции на лице, но это было невозможно. Он всегда хорошо сдерживал их.
Мне же хотелось разреветься прямо в зале. Даже тетя и некоторые подруги заметили мое настроение. Хотелось под любым предлогом вывести любимого и все объяснить! Хотелось скорее попасть домой с ним.
Самым тяжелым оказался наш последний танец. С комом в горле, я почти все время смотрела в грудь мужа, стыдясь поднять глаза. Была как натянутая струна, а он держал меня своими сильными теплыми руками и двигался, как ни в чем не бывало. И только его мучительное молчание не давало заблуждаться. Абсолютная тишина.
Мы уехали с вечера сразу после салюта. Я почти не помню, как бросила букет. Мне хотелось только одного – уехать отсюда и остаться с ним наедине!
За рулем был незнакомый водитель, поэтому и в машине я молчала. Только в какой-то момент, протянула ладонь и накрыла руку мужа, который задумчиво смотрел в окно. Илат лишь слегка повернул голову. Но ничего не сказал и никак не отреагировал. Вернул внимание в окно, как будто только это имело значение.
Переступив порог квартиры, я замерла, наблюдая как муж проходит в сторону кухни, распуская на ходу галстук. Слезы собрались в глазах. Больше никаких сил не осталось сдерживаться.
– Илат!..
Он замедлился, обернулся и выдержанно встретил мои слезы.
– Иди в спальню. Я скоро поднимусь.
Глава 4
Сказав это, он продолжил путь, а я даже не взглянула на лестницу. Провожала мужа глазами до последнего, пока он не скрылся за стеной. Затем, неосторожно сбросив туфли, подошла к зеркалу и принялась нещадно срывать невидимки, удерживающие фату.
Частое дыхание срывалось с губ. Избавившись от нее, я уставилась на свое жалкое отражение и вдруг застыла. В глазах пронеслась решительность. Посмотрев в сторону кухни, я приподняла юбку, и уверенно зашагала туда.
Илата застала за барной стойкой. Устроившись на высоком стуле, он крутил в руке стакан с виски, открытая бутылка которого стояла рядом. Увидев, что я приближаюсь, муж сосредоточил на мне хмурый взгляд. Я остановилась совсем рядом, трепетно обняла его шею и прижалась к груди.
– Пожалуйста, прости меня!.. – произнесла надломленным голосом.
Он ничего не отвечал, и от этого становилось больно. Не стесняясь слёз, я отстранилась, чтобы заглянуть в серые глаза.
– Илат, я люблю тебя! – призналась горячо. – И я очень хочу от тебя ребенка…
– Что ты говоришь? – недовольно прервал он меня, перехватывая руки, которыми я потянулась прикоснуться к его лицу. – Не нужно меня успокаивать, Тая. Ты просто должна была сказать, что не готова и все! Это было бы честно.
Сердце беспощадно сжалось.
– Но дело же не в этом, пойми!..
– Тогда в чем?! – повысил тон муж. Резко глянул в сторону, поджал губы. – Хочешь, чтобы я в конец себя придурком почувствовал?!
Я прикрыла дрожащие веки, вся подобралась как перед прыжком с высоты и не выдержала.
– У меня был выкидыш…
Гробовая тишина застывшая после моего признания, обожгла нервы. Отступив от Илата, я приложила ладонь к губам и заплакала.
– Что? – выдал он потухшим голосом.
Резко встал, взял меня за плечи, заставляя посмотреть на себя.
– О чем ты говоришь?! Когда это случилось?..
– Давно… – выдавила я, задыхаясь от плача. – Я узнала, что беременна, а т-ты тогда уехал. Я хотела все сказать при встрече!.. Но… в самую последнюю ночь перед твоим приездом пошла к-кровь и я… Я потеряла его.
– Твою мать. – Пальцы, беспощадно сжимающие мои плечи, ослабли. Теперь муж только буравил меня невидящим взглядом. – Почему ты мне не сказала?
Я отчаянно замотала головой
– Я хотела, но… мне было тяжело и у тебя ведь было столько проблем!.. – пролепетала в оправдание. – П-потом я решила, что мне лучше сделать перерыв. Поэтому начала принимать эти проклятые таблетки... Но этот перерыв… С каждым месяцем мне все сложнее было его завершить!.. Страх, что повторится… он пропитал меня насквозь, понимаешь?!
Отцепив от моего лица хмурый взгляд, Илат вернулся на стул и уставился в пространство.
– Скажи хоть что-нибудь, – прошептала я, сотрясаясь всем телом.
– Никогда больше не смей, – наконец мрачно отозвался он. – Что бы в моей жизни не происходило, какие бы проблемы не случались. – Муж строго посмотрел мне в глаза. – Не смей скрывать что-то от меня, Тая. Тем более такое!
Я больно закусила губу и, опустив голову, повинно кивнула. А он подался вперед, взял меня за предплечье и притянул к себе.
– Обещай, – потребовал без снисхождения.
– Обещаю!.. – тут же ответила я, растерянно глядя в любимые серебряные глаза. – И… и я больше не буду пить никаких таблеток!
Спустя секунды напряженного молчания, Илат ласково погладил меня своей большой рукой по щеке и вдруг отрицательно качнул головой.
– Нет. Ты бросишь их только, когда действительно поймешь, что готова.
Судорожный вдох сорвался с губ. В груди собралась такая тяжесть, что я едва сдержала новый надрывный плач! Это была вина, за то, что я заставила испытать Илата. Усомниться в своем доверии к нему и в том, что хочу детей.
Прильнув к любимому, я снова сдавленно прошептала:
– Прости меня. Прости…