Серега и Город Мечты (СИ)

  
Глава 21 Дружина
 
А потом они вернулись в Москву и жизнь пошла по накатанной колее. Наш герой настолько втянулся в реалии столицы, что даже купил абонемент в фитнесс-клуб. Все покупают, тут хвалиться нечем, но Серёга еще и ходить туда начал. Поначалу было очень тяжело, но он полазил по форумам и узнал старую тренерскую фишку: оказывается, эти умники, основываясь на своём опыте, в первое же занятие забивают мышцы новичков якобы простенькими упражнениями до состояния сгустков боли, чтобы потом те и не помышляли о тренировках. А абонемент куплен на год или полгода, деньги никто не вернёт. Так и денежки собраны с лохов, и людей в клубе не дофига, и на тренеров нагрузка щадящая. Поняв технику борьбы с клиентами, Серёга начал сам вникать в советы на интернет-форумах и худо-бедно составил себе программу тренировок. Уж очень ему было жалко отданных денег.
Вот на одной из тренировок в фитнесс-клубе к нему и подошел представительный мужчина, если таким блеклым словом можно было назвать этого амбала. Шерстистый как носорог с такой же неумолимостью и ленивой грацией накатывающегося стихийного бедствия обладал неожиданно мягким и добродушным голосом. Серёга сразу подумал, мол хорошо, что громилы все такие добрые, ну кроме злых. Короче, нифига путного он не думал, просто автоматически ответил на приветствие:
— Здрав буди, боярин Сергей!
— И вам не хворать. Вы инструктор? Опять издеваться будете над новичком?
— Не, я не по этой части, сам в фитнесе не большой специалист.
— Ага, оно и видно. Небось у вас и питание такое же не специальное.
— Ты про мышцы что ли? Так они не от стероидов, Дар у меня просто такой — я оборотень. Когда в медведя перекидываюсь, то не такой уж и большой по медвежьим меркам, а в человеческом обличье явно выбиваюсь из средних размеров.
— Ага. Понял. Чего ж не понять, оборотень. Ага — Серегу слегка заклинило. Он, конечно, уже один раз встречал Истинную, знал про существование других, вроде морально был готов пересечься с собратьями. Но честно сказать, этот медведь был куда эффектнее старухи Трубниковой. — Ага. А я вот перекидываться не могу ни в кого, приходится вручную качаться, четвертое занятие уже потею, а на медведя пока не очень похож. Не очень ведь?
— Да не тушуйся ты. На самом деле твой Дар и раньше ценился как бы не повыше прочих, а уж сейчас и вообще…
— Что вообще?
— Да то! Вот возьми мой — ну да, при Иване Грозном такие бойцы на виду были, особенно, если кто на телеге второй комплект возил на звериное обличье. И страху наводил несусветного медведь в броне, и польза войску большая. А сейчас что?
— Что?
— Блин, соображай скорее. Что от обычного человека фугасный снаряд лепешку оставит, что от медведя. Разве что краски больше потребуется, чтобы плац закрашивать. Или Светку-вурдалачку возьми. Ей, чтоб восстановиться после смерти сколько кровушки выпить вражеской надо, чтоб простую дырку от меча в брюхе зарастить, а если снова фугасом накрыло? И как она эту кровь пить будет, когда зубы за триста метров улетели, а потом их танковые гусеницы в землю замяли?
— Фууу! Какие гадости вы, уважаемый, рассказываете. Кстати, не представился кое-кто из нас.
— Ой, да. Кирилл Струков, Истинный, местный, то бишь в столице проживаю. А про вас знаю уже, можете не представляться.
— От Марьи Ильинишны?
— От неё, от старой. Ну а первая нам про новенького шалого рассказала как раз Светка-вурдалачка. Это вы на неё напали в июне. В смысле не напали, а налетели.
— Да уже давай на «ты», лично я точно еще не в том возрасте, чтоб мне выкали.
— Добро! И мне тогда тоже тыкай, Сергей.
— Так значит, Кирилл, та девушка вурдалачка? Которая про меня растрезвонила.
— Ага. Раньше вполне достойный Дар считался, уважаемый. Вурдалакам, чтоб смертельную рану зарастить надо кровь пить человеческую, да вдобавок они в посмертье еще и неуязвимы почти, хотя туповаты слегка. Один только нюанс — свою группу надо найти, чтоб жизнь вернуть полноценную. Сам понимаешь, ежели какая редкая, да с отрицательным резусом — кучу народа надо перепробовать пока на свою нарвешься. Вот и кидались мертвые Истинные бояре на воинов врага, глотки рвали. А сейчас неактуальный дар.
 
— И чего ей было язык за зубами не подержать. Теперь в оборот возьмете?
— Странный ты, Сергей. Во-первых, не она одна тебя в городе приметила.
— Ах да, еще ж и Трубникова.
— Трубникову я послал походить присмотреться. А тебя еще и видак один усмотрел, уж очень он забавно рассказывал, как ты тележку пер по улице.
— Ой, смешно как! Кирилл, я вашей бабушке говорил уже, за весь товар уплатил, чеки все были, сейчас, правда, уже их выкинул.
— Ильинишна не моя бабушка. Просто она у нашей Дружине вроде как кадровиком числится. Вот и присматривалась к тебе, наблюдала. А как ты хотел? Мы ж кого попало не берем в свои ряды, да и слухи дурацкие про как-бы паранормальные явления в городе никому не в радость.
— О как. Так я может в ваши ряды и сам не рвусь. Мне в моём ряду вполне комфортно. Я тут и справа первый, и слева не последний, могу колонной идти, могу шеренгой, а еще на пятки никто не наступает.
— Не ершись, Сергей. Силком тебя никто не тянет, и строем ходить не заставляет. Ты пока в силу входишь, вот и не знаешь раскладов. Кстати, по-умному ведешь себя, нигде не засветился, никому не показался — молодец. А вот как перейдешь дорогу кому, как начнут спрашивать сильные мира сего про Серегу-невидимку, так и окажется как в пословице «попала нога в колесо, кричи, а беги».
— В смысле?
— В смысле, что придется тебе или чью-то сторону принимать, или прятаться всю жизнь. А Истинная Дружина как раз для того и существует, чтоб своих прикрывать от прочих.
— Типа, в общак заносить, доходами делиться, а вы поможете, если что? Или не поможете…
— Это ты нас с бандитами спутал. Нет у нас взносов. Там, где можно деньгами порешать, там нет нужды силу Дружины применять. Небось, сам уже финансами оброс малёхо? А прикинь, какие ресурсы у тех, кто несколько десятилетий потихоньку-помаленьку живет и копеечку копит.
— Это у вас прямо секта целая получается? Своих поддерживаете, не высовываетесь, вопросы небось решаете всякие…
— Ну, где-то так и есть. Говорят, Дружину еще чуть не при Иване Третьем создали Истинные бояре великому князю в помощь, да потом она в немилость попала и в подполье ушла по причине известных событий. Опричнину еще пережили Истинные, а при Петре Первом все и сгинули окончательно, по официальной версии. Так что теперь мы клуб по интересам. 
— Понял, Кирилл. Всё понял, кроме одного. Чем обязан такому откровенному разговору? — Серёга уже понял, к чему тут всё идет, но решил еще немного потянуть ситуацию. Опять же, помнил московскую реалию — кто просит, тот и платит.
— Считай мой рассказ тебе приглашением в Дружину. Сильные да умные среди нас всегда на вес золота.
— Ага. То есть от меня ничего не требуется, кроме согласия на зачисления в пионерский отряд имени Александра Невского? — не удержался наш герой от шпильки.
— А ты думал, мы кровь твою будем на алтарь лить и клятву брать на Алатырь-камне? Так не угадал, взрослые современные люди сотрудничают не потому, что присягали, а по причине взаимной выгоды. Кстати, на тебя из Питера жалоба пришла от дикого Истинного.
— С этого момента помедленнее, Кирилл. Какого дикого? Какая жалоба? Почему на меня?
— Ха! Значит, точно на тебя! Дикими мы называем одиночек, которые не в Дружине. Из Петербурга написал один типус, мол взял заказ на слежку, а какой-то ваш Истинный ему всю малину обос…, короче испортил дело. Пишет, не иначе москвичи из Дружины в культурной столице как у себя дома работают. Угадал?
— Не-а. На момент исполнения моего заказа я в Дружине не состоял.
— Четко излагаешь. А сейчас состоишь?
— Где расписаться надо?
— Харкни на ладонь да пожмакаем руки. Э-э! Я пошутил, нахрен мне твои слюни не упирались! Во народ пошел, шуток не понимают.