Маг 10 (СИ)
— Думаю, что пятьдесят золота будет приличной для такого чуда суммой. И я сам тоже посещу вас, сэр рыцарь, чтобы воспользоваться вашей силой, тоже заплачу, как все остальные.
— Я могу вас и так вылечить, милорд, — попробовал я было поспорить.
— Ни к чему эти слова, сэр рыцарь. Я с огромным удовольствием отдам вам эту пустячную сумму для меня, — отмахнулся, как видно, солидно богатый граф.
Да, вот так на самом деле, я приехал в город, чтобы заработать денег, потратив один полный запас моей личной маны. Финансовый вопрос перед сбором большого каравана телег начинает мне серьезно портить жизнь.
Найденные у барона в тайнике деньги быстро заканчиваются, мне теперь придется оплачивать содержание двух замков, то есть, всех воинов и всей прислуги в них. Денег давно уже никто из них не получал в полном размере.
Впрочем, есть идея сильно сэкономить и вскоре избавиться от лишних мне хлопот.
Прежние хозяева замков спокойно отложили бы выплаты, ссылаясь на разоренные владения и прочие проблемы. А вот мне лучше с деньгами не тянуть, народ мне лично не так предан. Только со страху перед моей силой неведомой служит, честно говоря. Может начать разбегаться по другим замкам, да и в том же городе с удовольствием лишних воинов на плату возьмут. Просто разъедутся из замка, пока меня там нет, и ничего с этим не поделать.
Тем более, лишних воинов теперь нигде не может оказаться, всем владениям требуются опытные люди с копьями и алебардами позарез.
— Нужно еще в Мельхиоре по всему замку с камнем поиска пройтись, если там ничего больше не найдется, значит, покойный смелый барон был банкротом фактически, — понимаю я про себя, — От откровенной бедности он и ринулся в самоубийственную атаку.
Вообще, денег нужно много на снабжение обоза и его поездку за сто пятьдесят километров до той самой крепости, с которой уже и пойдут богатые трофеи.
Тогда уже и настроение среди мужиков с воинами разительно поменяется, а пока нужна звонкая монета на выплату жалования.
Вот именно поэтому я и оказался в Вуруме, обратился к военному коменданту и хозяину всего города со своей просьбой. Для меня это самый простой способ подзаработать, да и лишняя реклама моим способностям не помешает.
Поэтому уже с утра в мой номер образовалась небольшая очередь. Знатные и богатые горожане, конечно, не стоят в узеньком коридорчике перед комнатой, где я их принимаю. Спокойно попивают разные напитки в трактире и поднимаются наверх, когда спускаются вошедшие перед ними.
Спускаются все с блестящими от восторга и ощущения новой здоровой жизни глазами.
Своей маны у меня не хватило, однако, еще пара процентов из Палантира восстановили ее полностью и я добросовестно принял всех, кто пришел за помощью. Деньги в таком деле, как снабжение далеко отправляющейся экспедиции — необходимый ресурс. И чем их больше — тем больше телег я смогу собрать от планируемых пока в наличии двенадцати штук.
Принял и богатых торговцев с женами, уже с диагнозами и без, и настоящих дворян с женами уже в возрасте. Даже граф, мило стесняясь, попросил помочь ему с половой функциональностью. И в туалет сходить уже проблемы имеются, и девок повалять еще охота пожилому вельможе лет сорока пяти.
Дело нужное при любом образе жизни, вот я графу и помог своей маной с избытком.
К обеду у меня приемная опустела, а в кошелях набралось под шестьсот монет золотом. Пришлось послать своего денщика, чтобы выставить на входе в зал трактира при таверне пост из вооруженных воинов. Денег уже реально много, два тяжелых мешка, а криминал здесь зримо присутствует и уже пытался с наглым видом пару раз зайти в трактир, типа, пивка попить.
— Гнать всех, а особо наглых колите беспощадно, хоть горожанам поможем. Раз у них тут такой беспредел бандитов, — говорю я своим и зову старших зайти ко мне.
— Получаем жалование за два месяца с премией. За прошедший месяц и еще вперед на один.
В месяц воины выслуживают пару золотых, вот я и выдаю всем по пять монет, облегчив свои сумы на целую сотню.
Пусть походят по городу, купят себе все, что захотят. У них впереди долгий путь, пусть они этого пока и не знают.
Тем более, деньги за месяц вперед взяли, да еще и с премией, поэтому никуда не денутся теперь от своих обязательств перед щедрым сэром рыцарем.
Выезжаем после обеда обратно, поток выздоровевших горожан и знати пока иссяк, пора и честь знать.
С графом де Осиек душевно попрощался и обещал еще заезжать.
Ночуем в каком-то селе, где меня сурово начали кусать блохи, пришлось огнем из ладони пройтись по моей постели и по всему полу, вызвав благоговейное отношение ночевавших рядом воинов.
Утром, уже не так рано подъезжаем к замку. Рядом стоит десяток вызванных мной подвод с вопросительно поглядывающими на мой отряд мужиками.
Однако, теперь я вижу, что внезапно случилась коварная измена моей милости, которую я, впрочем, вполне себе ожидал.
Бесчестно воспользовавшись моим отсутствием, равно и как отсутствием верных мне людей, баронесса подняла мятеж и захватила власть над замком. То есть, восстановила свои законные права.
Поэтому на меня попробовали скинуть что-то тяжелое из местной допотопной катапульты, промахнулись серьезно далеко и еще выстрелили несколько раз из арбалетов.
Купол все легко отразил, однако, даже я заинтересовался такой глупой наглостью. Это совсем последние мозги она с сыночками потеряла? Человеку с моей репутацией такие комариные укусы наносить?
Двадцать местных воинов пораженно таращятся на ее действия за моей спиной, еще десяток служит в первом замке, подводы, собравшиеся рядом — мне больше ничего и не требуется от этого замка и его хозяйки. Тем более, денег там тоже больше нет, вот и мне свои уже кровные на оставшихся воинов с обслугой тратить не придется. Да еще сидеть одной своей задницей в двух далеко находящихся друг от друга местах — ненужный для меня геморрой. И так забираю почти все, что у баронессы было, кроме ее чести фамильной и замка без денег и воинов.
Хотя, нет, и той тоже здорово досталось от меня.
Понятно, что мое стойкое нежелание вылечить ее сыновей и привело к такому восстанию, оставшиеся в замке десяток воинов с десятком раненых не осмелились противиться ее прямым приказам.
— Все, парни. Дорога в замок пока закрыта. Едем на новое место службы, — сказал я ошарашенным происходящим воинам.
И повернул лошадь, скомандовав гнать подводы с собой, сам очень довольный про себя.
Скинул большой геморрой со своих плеч, вот уже душа не лежит еще и здесь свою драгоценную энергию и время тратить.
Может, и мелькнула у местных служивых мысль пока ускакать от меня, чтобы вернуться попозже на привычную службу, только, я сразу же наглядно показал, что шутить больше ни с кем не собираюсь.
Когда в истинного спасителя от несметной орды степняков и верного союзника метают всякие тяжелые и острые предметы. Тогда настроение у меня здорово портится, а попавшие под тяжелую руку долго не заживутся на этом свете.
Восставшие затащили и одного из сыновей баронессы на самый верх надвратной башни. Видно, что подняли его, привязанным к широкой доске, ведь стоять он еще не может, зато кричит через окно, обещает всякие страшные кары моим уже воинам и мне тоже. Похоже, этот уже на пути к излечению оказался, уже не такой покалеченный.
Даже как-то по этому пути слишком далеко зашел, как мне отчетливо кажется, много я на него лишней маны потратил. Пора и остановиться.
Пришлось отъехать от замка на пару сотен метров, вытащить из чехла фузею и рассмотрев в прицел его счастливое и бледное после болезни лицо, нажать спуск анигиляционного заряда.
Он пролетел расстояние до башни за пару секунд, впитался в камни и через еще пару мгновений верхней половины башни не оказалось над воротами. Да и самих ворот тоже до какой-то части. Кто еще погиб в замке — не знаю, думаю, что немало народа полегло, однако, на войне как на войне.
Зря они по мне стреляли, честно говоря.