Блэквуд (ЛП)

Он сказал это так, как будто эти два слова все объясняли.
— Подожди секунду, — ухмыльнулась я. — Ты обнимаешь меня. Это обнимашки.
Он пожал плечами, отчего небольшая волна перехлестнула через край ванны и шлепнулась на кафельный пол.
— Ты заставляешь меня делать вещи, которые я раньше считал абсолютно бессмысленными.
Я провела кончиками пальцев по штанге в его темном соске.
— Например, какие?
— Например, готовить, играть в доктора без каких-либо извращенных преимуществ, обниматься, не пользоваться презервативом или принимать ванну с ангелом на руках.
Если бы я ещё не растаяла, его слова окончательно добили бы меня.
— Приятно слышать.
Он засмеялся, и вода задрожала:
— В том-то и дело, что я не такой. Ты сделала это со мной.
— Мне это нравится.
— Конечно, тебе нравится, — ответил он и покачал головой, а его борода прошелестела по моим волосам. — Давай приведем тебя в порядок. Я хочу, чтобы ты была в тепле и в постели со мной.
— Обнимашки? — поинтересовалась я у него с улыбкой.
Он ухмыльнулся в ответ и провел рукой у меня между ног.
— Что-то типа того.
  
Глава 19
 
— Вот тут в этом слове ошибка, — сказала я, заглянув через плечо Гаррета в книгу, над которой он работал. Текст был написан резким косым почерком, каждая буква, казалось, наклонялась, опираясь на следующую для поддержки.
— Это рукопись семнадцатого века, которая когда-то украшала полки самого крупнейшего из сохранившихся монастырей Британии, — ответил он, опустил перо в чернильницу, развернулся на стуле и усадил меня к себе на колени. — Думаю, они знали, что делали.
Он прижался губами к моей шее, когда снаружи прогремел гром. Выходные выдались холодными и дождливыми. С тех пор, как мы были вместе в лесу накануне, мы с Гарретом не могли оторваться друг от друга. Я не сомневалась, что заботы, связанные с моим отцом, ждали меня на пороге, готовые наброситься, как только я покину уютный кокон объятий Гаррета. Поэтому я отложила их и планировала возобновить исследование и вернуться к этим вопросам в понедельник утром.
— Куда ты собралась? — он пристально посмотрел мне в глаза и убрал несколько прядей волос с моего лба.
— Никуда, — улыбнулась я и поцеловала его. — Я же здесь, с тобой.
Он скользнул рукой мне под рубашку и вверх по спине. Поцеловав меня в шею, он провел зубами по моей коже, и по моим рукам побежали мурашки.
— Это твоя «чернильная» рука? — спросила я, извиваясь, пытаясь ускользнуть от руки у себя за спиной.
— Угу, — ответил он, оставляя засос у моей яремной вены.
Я попыталась высвободиться из его объятий, но он сжал только крепче. После времени, проведенного нами в лесу, я поняла, что самый быстрый способ сблизиться с ним — это оттолкнуть его.
Другой рукой он стянул с меня майку. Его горячий рот прижался к моему соску, и у меня перехватило дыхание, когда он провел кончиком языка по твердой вершинке.
— Гаррет, — я провела руками по его волосам и схватила пряди, когда он отклонил меня назад, удерживая на весу в своих руках. Он всосал и прикусил мой обнаженный сосок, прежде чем перейти к тому, который все ещё был скрыт под тканью моего топа.
Поцеловав меня в ответ, он пробормотал:
— Ты такая сладкая, что хочется съесть.
Он завладел моим ртом с грубостью, на которую отзывалось что-то у меня внутри. То, что я никогда не рассматривала, а тем более не исследовала. Я опустила руку ему под рубашку и погладила его твердый член через джинсы.
Он застонал мне в рот и схватил меня за волосы, а я захныкала от укуса. Боль подсказала мне, что игра начинается, и мне не терпелось поиграть.
— На колени, — велел он и толкнул меня на пол, мои колени ударились о его ковер, в то время как он крепче сжал в кулаке мои волосы. — Ты хочешь мой член?
Я облизнула губы и посмотрела в его штормовые глаза.
— Пожалуйста.
— Фак! — выдохнул он, притянул меня ближе, пока моё лицо не оказалось над пряжкой его ремня. — Достань его.
 
Я быстро справилась с его ремнем и ширинкой на пуговицах. Когда я стянула с него боксеры, его член устремился мне в лицо.
— Соси его.
Он притянул меня вперед и схватил сзади за шею свободной рукой.
Я широко открыла рот и заглотнула его так глубоко, как только смогла. Для него этого было недостаточно, потому что он дернул меня на свой член, кончик которого уперся мне в горло. Я подавилась и зашипела, брызгая слюной. Он вытащил и толкнулся снова. Я впилась ногтями в его бёдра и попыталась отстраниться от него. Но, как и во всем остальном, если я пыталась сбежать, это только заставляло его крепче сжимать меня.
Он вонзил головку своего члена мне в горло и удерживал меня на месте, пока у меня текли слезы, а я била его по бедрам.
— Черт возьми, возьми его, Рыжик.
Мне нужен был воздух. Но единственный способ вдохнуть — уступить ему. Я перестала сопротивляться. Он откинул мою голову назад и дал мне перевести дух.
Я снова взялась за дело, посасывая его головку и глубоко принимая его член. Он хрипло выдохнул, издав мужественный и сексуальный стон. Мои трусики прилипли к телу, но больше всего на свете я хотела доставить ему удовольствие. Я поднялась выше на колени и прижала локти к его бедрам, покачиваясь на его члене. Он направлял мои движения, удерживая мою голову на месте, пока я терла языком его член.
Влажные звуки эхом разнеслись по библиотеке, когда он начал толкаться, трахая мой рот.
— Я сейчас кончу тебе в горло.
Я никогда раньше не брала у мужчины в горло, но не собиралась останавливаться. Гаррет стонал и хрипло мычал, часто дыша, каждый толчок был сильнее предыдущего. Я сделала глубокий вдох носом, не выпуская изо рта его член, но не перестала сосать и лизать.
Он напрягся и снова насадил меня на свой член. Я не могла дышать, но он удержал меня на месте, когда толкнулся еще раз. Я закрыла глаза и сосредоточилась на нем. Его руки, его член, его запах. Я хотела этого, всего этого.
Он застонал, когда его член стал тоще у меня во рту, а его сперма залила моё горло. Я прижала язык к нижней части его ствола и сглотнула.
— Фак, — не сдержался он, оттолкнул меня от своего члена, а затем толкнул на пол.
Я ахнула, когда он стянул с меня джинсы и трусики. Прежде чем я успела восстановить дыхание, его рот накрыл мою киску, и я выгнула спину.
Он схватил меня за попку и поднял к своему лицу, как будто наслаждаясь роскошной едой. Я застонала, когда он присосался ко мне там. Он стал лизать; каждый поцелуй, движение его языка, каждый укус был подобен искре рядом с фитилем, каждый напоминал игру с огнем
Я взвизгнула, когда он впился зубами в мой холмик и языком погладил мой клитор грубыми безжалостными движениями. Мои бёдра отвечали, подстраиваясь под его ритм. Он переместил одну руку к моей киске, затем провел по моей попе дорожку, оставляя влажный след до ануса.
Я впилась ногтями в ковер, когда он дразнил меня, пальцем ласкал изгибы. Он увеличил давление, и посыпались искры. Когда он ввел кончик пальца внутрь, фитиль загорелся, и я взорвалась, меня накрыло оргазмом. Его имя разорвало мои легкие, когда ногами я обняла его голову. Каждая волна удовольствия сотрясала меня, и я стонала, пока мои легкие не загорелись. Когда я, наконец, спустилась с высоты, на которую он меня поднял, он опустил мои бедра на пол и поцеловал места, где его укусы оставили следы.
— Святое дерьмо, — проговорила я; моё сердце бешено колотилось в груди, и я прикрыла глаза рукой, потому что все казалось слишком ярким.
Я лежала полностью разомлевшая, пока он покрывал нежными поцелуями мои бёдра, а его нежные руки массировали попку. Он пополз вверх по моему телу и отвел в сторону мою руку, чтобы поцеловать меня, давая мне почувствовать свой собственный вкус. Я обвила руками его шею, когда он еще раз поцеловал меня в губы, а затем прижался лбом к моему.