Блэквуд (ЛП)

— Это не имеет значения, — проговорил он и сделал еще один шаг в сторону, затем повернулся ко мне спиной. — Я не причиню тебе вреда.
— Да пошел ты! — я хотела ударить его, толкнуть его, сделать что-нибудь, чтобы показать ему, что я не сломаюсь. — Я не назвала «черный».
Его плечи поникли.
— Я знаю, но я чувствую, что...
— Что, например? — потребовала ответа я.
— Я чувствую, что если я сделаю с тобой то, что я хочу... — он тяжело вздохнул. — Послушай, это не имеет значения. Этого просто не произойдет. Ведь всё хорошо и так, как есть. Давай оставим всё так и оставим.
Я опустила голову, и две слезинки упали на пол.
— Я пойду поработаю. А ты, ну, приготовься начать съемку или еще что-нибудь, — сказал он и направился в библиотеку.
Я отвернулась от него. Я не хотела, чтобы он видел, как я плачу. Вдруг перед глазами у меня промелькнуло что-то красное. Моё пальто висело на крючке вместе с другими куртками в прихожей.
Я сильно заморгала, чтобы отогнать слёзы. Он открыл французские двери в библиотеку, повернувшись ко мне спиной. В тот момент чисто на инстинктах я порывисто схватила красное пальто и натянула его. Он так и не обернулся.
Глубоко вздохнув, я взялась за ручку входной двери и потянула.
Тогда он повернулся и бросил на меня такой свирепый взгляд, что я чуть не споткнулась.
— Что ты делаешь, Рыжик? — спросил он. Предупреждающие нотки в его голосе только укрепили мою решимость.
Я ухмыльнулась ему и показала средний палец, прежде чем пересечь крыльцо, спуститься на лужайку и отправиться далеко в холодный, тенистый лес.
  
Глава 18
 
Я бежала быстро, но не настолько, чтобы снова повредить ногу. Во время бега по усыпанной листьями земле я чувствовала электрический заряд. Каждый шаг уносил меня прочь от Гаррета, но в то же время и прямо в его объятия. Я сделала свой выбор. Я перепрыгнула через небольшой ручей и свернула влево, бросившись вниз по пологому склону.
Мои ноги заскользили по мокрым листьям. Я слегка притормозила, чтобы не упасть. Вот тогда я и услышала шаги Гаррета. Я задрожала, вся охваченная волнением. Моё тело под воздействием эндорфинов переключилось на самую высокую скорость, и я помчалась на волне эйфории, которая подсказывала мне, что я могу обогнать его, что я могу убежать, даже если это не входило в мои планы.
Я пробежала мимо молчаливых деревьев. Они наблюдали, как я бежала, чтобы спасти свою жизнь, представляя себе убийцу, преследующего меня. Убийцу с лицом Гаррета. От страха я практически летела, как будто у меня выросли крылья, пока я бежала через поляну. Шаги Гаррета становились все громче, земля грохотала под ним, когда я прорвалась сквозь линию деревьев и метнулась вправо.
Ещё только пять шагов. Вот и всё, что у меня получилось. Гаррет повалил меня на землю, его сильные руки обхватили меня, когда мы упали. Я сильно ударилась о лесную подстилку, моё дыхание со свистом вырвалось из легких. Он хмыкнул, и я ударила его локтем в ребра, пытаясь отползти.
— Не уйдешь, Рыжик, — рыкнул он, схватил меня за плечо и дернул на спину. Прижав мои руки над головой, он посмотрел на меня сверху вниз. У него на шее билась вена, громко отсчитывая пульс, глаза дико сверкали, зрачки расширились.
Он оседлал меня, его сильные бедра прижимали мои ноги друг к другу. Перехватив мои запястья одной рукой, другой он схватил меня за футболку.
— Я не отпущу тебя. Я не могу. Не сейчас, — он дернул рубашку, и она порвалась у меня на плечах. — Назови «черный».
— Нет.
Я попыталась высвободить запястья, но его хватка была как железный обруч.
Он дернул еще раз, и рубашка разошлась. Холодный воздух обдувал мою обнаженную кожу, а тонкий бюстгальтер совсем не защищал от холодов. Он наклонился и прикусил один из моих сосков через ткань. Я выгнулась и застонала, когда он лизнул меня языком, а затем прикусил другой сосок.
Одним грубым движением он сорвал с меня лифчик, одна бретелька больно впилась в мою кожу. Он сильно укусил меня за внутреннюю часть левой груди, и я взвизгнула от резкой боли.
 
— Назови «черный», — прорычал он и провел рукой по моим джинсам.
— Иди на хрен! — крикнула я, извиваясь, корень дерева уперся мне в правую лопатку.
Гаррет так сильно дернул меня за джинсы, что мои бедра оторвались от земли. Пуговица оторвалась, и молния порвалась. Когда его пальцы скользнули ко мне в трусики и спустились к клитору, я откинула голову на твердую землю.
— Господи, твои трусики промокли.
Он потер мой клитор, затем погрузил в меня два пальца.
Я взвизгнула от внезапного вторжения. В ответ он укусил меня за другую грудь так сильно, что чуть не прокусил кожу.
— Гаррет!
Я боролась, выгибая спину и пытаясь вырваться. Хотела ли я освободиться? Похоть захватывала все мои мысли, когда он так грубо обращался со мной.
— Скажи этот гребаный «черный»!
Он откинулся назад и отпустил мои руки только для того, чтобы схватить штанину моих джинсов и сорвать их вместе с трусиками с моих бедер.
Я инстинктивно перевернулась на колени и попыталась отползти. Его большая ладонь хлопнула меня по верхней части спины и вдавила меня в холодную землю. Я вцепилась ногтями в грязь и листья, но ничего не добилась, когда он полностью стянул с меня джинсы, а вместе с ними и кроссовки. Одежды на мне не осталось, если не считать красного пальто.
Его рука с силой опустилась на мою задницу, и я взвизгнула. Острая боль прорезала туман у меня в голове, хотя я старалась не поддаваться ему. Он бил меня снова и снова, каждый удар был таким же беспощадным, как и предыдущий. Холод усиливал боль, делая её почти невыносимой. Моя задница горела, и слёзы потекли из глаз, когда он избивал меня. Когда шлепки прекратились, я тяжело вздохнула, но затем он укусил меня за задницу, вырвав у меня еще один крик.
— Бл*ть! — зарычал он и снова укусил меня, а затем перевернул на спину.
Его волосы растрепались и свисали в беспорядке, он выглядел таким же диким, как лес вокруг нас. Опасность и желание смешались.
— Назови этот гребаный «черный».
Он обшаривал моё тело голодным взглядом, от которого у меня между ног образовалась лужица влаги.
— Ни за что.
— Ответ неверный, Рыжик.
Раздвинув мне ноги, он нырнул в мою киску, его горячий рот стал лизать и сосать. Он резко до боли раздвинул мои бедра своими ладонями. Я запустила свои грязные руки в его волосы и дернула. Он зарычал, подув мне на кожу и укусил мои половые губы. Я вскрикнула, и он погрузил свой язык внутрь, трахая меня, а его верхняя губа прижалась к моему клитору. Он впился пальцами в мои бедра, когда я прижалась бедрами к его лицу. Моё тело было напряжено, готовое к выстрелу, как стрела. Каждое прикосновение его языка, каждое грубое прикосновение его рук только заставляло меня гореть ярче.
Он вернулся к моему клитору, лаская его языком, пока я выгибалась и стонала на грязной земле. Как раз в тот момент, когда мои бедра начали сжиматься, он остановился и поднялся на колени.
— Не двигайся, бл*ть, — повелел он и расстегнул ремень.
Я уставилась на выпуклость на его джинсах, затем в его темные глаза. Да ну его на хрен! Ему придется побороться за это. Я отползла назад и попытался встать на колени. Он оказался на мне прежде, чем я успела обдумать свой следующий шаг. Своим весом он давил на меня сверху, прижимая к земле, а его член казался железным прутом рядом с моей киской.
Он схватил меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.
— Ты моя, Рыжик. Куда, на хрен, ты собралась, думала, что сможешь сбежать? — он прижался ко мне бедрами, и я застонала. — Ты сама напросилась на это. На мой член. И я собираюсь дать его тебе. Твоя мокрая пи**а принадлежит мне.
Я пыталась дать ему пощечину, ударить его, сделать все, что в моих силах, чтобы получить ещё один шанс сбежать. Я хотела, чтобы он был злым, голодным и полностью потерял контроль. И я хотела, чтобы меня поймали.