На кровавых волнах (СИ)
* * *Несколько часов спустя
Поредевшая эскадра следовала за отступившими кораблями. Из-за незапланированной стычки с американцами, ещё более незапланированного линкора и последовавшей неразберихи диверсантам удалось уйти, но теперь разведчики смогли их обнаружить, и корабли Императорского флота снова вцепились в добычу.
Как только линкор обозначил себя, а дальномерщики смогли определить его размеры, Китано решил, что гораздо благоразумнее будет выйти из боя. Это решение себя оправдало: эскадра потеряла в общей сложности два эсминца, последний «Тринадцатый» и четверть авиагруппы. Американцы попытались пойти в атаку и в итоге отступили, потеряв два эсминца и едва не лишившись крейсера и авианосца. Экипаж линкора действовал довольно грамотно и первым делом попытался избавиться от самых опасных врагов. Даже капраз неохотно признал, что если бы не торопливый отход, то его авианосец в лучшем случае стал бы пригоден только к плаванию до ближайшего утилизационного завода.
Теперь двое офицеров стояли на носу и всматривались вдаль. Корабли противника уже виднелись на горизонте, а прямо по их курсу стоял непроглядный туман. Несмотря на своё успешное выступление, противник явно не желал продолжать в бой и был готов рискнуть. По крайней мере, Китано не видел иных причин лезть в непроглядное марево, где легко можно напороться на риф или мину, а то и на подлодку.
— Вы знаете, что это за корабль? — спросил капитан первого ранга.
— Похож на тип «Ямато». Силуэт и размеры совпадают, — произнёс полковник. — Но ни «Ямато», ни «Мусаши» не могли здесь оказаться. И есть только один способ узнать, что это такое.
Командир авианосца вздохнул.
— В этом и проблема. Несколько минут назад пришла срочная шифрограмма, — он заложил руки за спину. — Американцы усиливают натиск на Гуадалканал. Вчера вечером они потопили «Хиэй».
— Я всё равно не собирался везти туда корабли диверсантов. Мы уже убедились, что там небезопасно, — пожал плечами Китано. — Ещё что-нибудь?
— Так точно, — кивнул капраз. — Эскадре приказано прекратить преследование и вернуться на Филиппины. Адмиралу Ямамото нужен каждый корабль.
Вот эта новость была куда хуже. План атаки, почти сформировавшийся в голове полковника, тут же рассыпался. Проклятые девки были почти у него в руках. Он уже представлял, как будет выбивать, выскребать из командира «Хареказэ» информацию, и так не вовремя пришёл этот приказ.
— Меня в приказе упоминали? — спросил Китано, цепляясь за последнюю надежду.
— Ни вы, ни ваши люди, ни Токкэйтай в целом никак не упомянуты, — произнёс капитан. — Вы собираетесь продолжить преследование?
— Преследование? Нет, — полковник покачал головой. — В этот раз я захвачу корабли и возьму в плен диверсантов. Они расскажут всё…
Он сжал кулаки. До цели было буквально рукой подать. Последний рывок — и враги будут под его пятой. А потом… нет, он не будет тянуть до возвращения на базу. Просто отдаст нижние чины своим солдатам и заставит офицеров смотреть. Сначала нужно будет сломить их волю, продемонстрировать, что каждая диверсантка в его, полковника Китано, власти, потом уже можно будет перейти к более тонким методам допроса.
— Я вас понял. Удачи с операцией, — капраз протянул ему ладонь. — И ещё… Кораблю понадобится время, чтобы развернуться. Так что я отправлю авиагруппу, чтобы отработали по кораблям, пока вы будете приближаться. Это всё, что я могу предложить полковник.
— Это больше, чем я ожидал, — Китано пожал протянутую руку. — Подготовьте своих людей, а я займусь своими.
* * *«Хареказэ» и «Мусаши» вошли в туман. Акено, Моэка и Мафую позволили себе немного расслабиться: судя по всему, в этом чужеродном прошлом ещё не додумались до радиолокационного наведения, а значит, можно было не бояться обстрела. Впрочем, Акено гораздо больше боялась самолётов, так что на крыше ходовой рубки дежурила Мачико, вглядывавшаяся в туман поверх очков и время от времени с тоской смотревшая на сломанную мачту, в которую под самый конец боя врезался американский самолёт.
На мостике сейчас было прохладно и сыро: сказывались разбитые окна. И что-то подсказывало Мисаки, что не будь тут установлено современное бронестекло, десятком осколочных ран и сквозняком ни она, ни остальные бы не отделались.
Учитывая, что на «Хареказэ» уцелела лишь одна зенитка, Акено положилась на «Мусаши», отправив туда Шиму и сестёр Кинесаки, которым приходилось совмещать свои обязанности на камбузе с обслуживанием бомбомёта и зениток. У них уже был опыт борьбы с воздушной угрозой, а для оставшейся «Девяносто шестой» на эсминце была Мэй.
— Мы скоро вернёмся домой, да? — спросила Рин. — Командир, чем займёшься?
— Буду писать рапорт. Боюсь, это надолго, — сказала Акено, глядя в пелену тумана. — А ты?
Рулевая ненадолго задумалась.
— Позвоню домой. Поговорю с родными. А потом… наверное, наемся сладостей, — она кивнула сама себе. — Но если нужна будет моя помощь — обращайся. А ты, Носа-сан?
Коко отвлеклась от планшета.
— Я хотела посмотреть один сериал… — неуверенно сказала она. — Если, конечно, у меня не появилась волынофобия. Но сначала помогу командиру с рапортом.
Ей уже было лучше. Со строгим наказом не перетруждаться Минами выпустила-таки Коко из лазарета. И то, ей сперва пришлось убедить командира, что она не будет делать никаких глупостей без самой крайней необходимости.
— Спасибо, Коко, — улыбнулась Акено.
На самом деле рапорт сам по себе почти не пугал её. Да, это долго и муторно, но куда хуже было то, что придётся заново пережить всё случившееся, чтобы пересказать так, как оно было. Мисаки уже предчувствовала, что будет непросто. Впрочем, Мафую обмолвилась, что с экипажем должны будут поработать лучшие специалисты. Сама Мунетани впервые была настолько серьёзна: даже на занятиях по стрелковой противоабордажной подготовке она выглядела такой же весёлой сорвиголовой, как при первой встрече. Сейчас же это всё заменялось каким-то сочувственным уважением.
На мостике был ещё один человек. Это была подчинённая Мафую, которая стояла, прислонившись к стене и прикрыв глаза. Она не участвовала в разговоре и как будто не замечала людей вокруг. Лишь пару раз удалось услышать голос этой женщины, когда она перебрасывалась короткими фразами по рации. Присутствие увешанной оружием, патронами и гранатами «Русалки» успокаивало как саму Акено, так и остальной командный состав. Помня о сержанте Каваде, Мисаки полагалась на незнакомку, но всё же побаивалась за неё. Если и когда их будут брать на абордаж, именно на Мафую и её двух подчинённых придётся главный удар. Они старше, сильнее, опытнее и лучше вооружены, да и их задача заключалась как раз в защите курсантов любой ценой. А значит, они и рисковали больше всех.
— Эм… «Хареказэ», это «Мусаши», — ожила связь. — У нас на радаре воздушные контакты.
Голос Моэки звучал взволнованно. Её беспокойство можно было понять: она уже увидела, насколько опасными врагами были самолёты. А уж в тумане их было невозможно увидеть до последнего момента. Впрочем, это было взаимно. Скорее всего.
— Мока, подготовь зенитки к бою и следи за морем, — ответила Акено. — В прошлый раз самолёты отвлекли нас и прикрыли катера. И убери всех с палубы, — она переключилась на внутреннюю связь. — Боевая тревога! К нам приближаются самолёты. Расчёту правого зенитного орудия занять боевой пост, остальным не подниматься на палубу без приказа. И… экипаж, в ружьё.
Радар «Хареказэ» вышел из строя вскоре после сонара и отремонтировать его в море было невозможно, поэтому вся надежда была на линкор, чей локатор и был единственными глазами обоих кораблей. На борту эсминца же началось движение: курсанты хватали оружие, занимали посты и готовили растяжки в заранее выбранных местах. План был согласован с Мафую Мунетани: отбиваться от самолётов и одновременно готовить оборонительные позиции. Хоть главную роль в грядущем бою и должны будут сыграть «Синие русалки», вдвоём они много не навоюют, а значит, курсантам придётся их прикрывать и поддерживать в силу своих навыков.