Тьма (СИ)
— Если позволите, я начну сначала. Так будет проще. — Человек осторожно присел на край кресла, вцепившись в подаренную чашку.
— Валяй. — Лис прикрыл глаза, потерев виски. — Я слушаю.
— Когда мы вернулись в Идендери, госпожа Сильвер устроила гулянку на всю улицу. Угощала всех, танцевала голая, было весело. — В голосе Дарака не слышалось ни капли радости. — Остальные разбрелись по домам. Мне некуда было идти, так что я сидел в таверне, когда это случилось.
— Что случилось? — спросила «герцогиня». Лисица вцепилась в спинку кресла, за которым стояла, и подалась вперед, навострив заостренные уши.
— Кот пришел со своей бандой. Госпожа Сильвер тогда спала, да и остальные из ее компашки были не в лучшем состоянии. Их всех повязали. Людям приказали молчать. — Дарак отвел взгляд в сторону. Тогда, скованный страхом, он не произнес ни слова. — Другим зверолюдам сказали расходиться, мол, госпожа Сильвер взяла самых лучших и отправилась на помощь герцогу, бросив балласт. Многие тогда обиделись, буйных стража сразу хватала, полная темница набилась. Остальные ушли.
— Он что, совсем свихнулся? — Лис побледнел, отросшие когти заскребли по подлокотнику.
— Потом нас собрали… Не знаю, сколько прошло. Кот объявил, что мы тоже идем на помощь к вам, но многих оставил охранять свои земли. В основном тех, кто был верен вам, а не ему.
— А ты почему не остался? — нервно усмехнулась лисица.
— Да я это… Поносил вас раньше в трактирах. Винил в своих неудачах. — Дарак чуть было не сплюнул себе под ноги. Вовремя спохватившись, он проглотил тягучую слюну. — Мол заплатили мало, дом не построили, орден не дали. На меня все, как на предателя смотрели.
— Не отвлекайся, продолжай историю. — Герцог сложил ладони замком, внимательно глядя на бывшего водоноса.
— Да я в общем почти все рассказал. Шагали на север, дошли до Антрима. Они, дураки, ворота открыли. Кот внутрь поехал вместе со свитой. Стражу перебили и ворота держали, пока подмога не пришла. Так город и захватили, замок только остался. Ну я дождался ночи, украл лошадь и поехал к вам, благо пленные рассказали, куда вы ушли.
— Удивительно. Ночью, на тракте, как тебя не поймали? — недоверчиво спросил лис.
— Я по эльфийскому лесу пошел. Оружие сразу бросил. Лошадь сбежала. Сам не знаю, как к вашему лагерю вышел. Видать, сама Фортуна привела.
Лисы переглянулись между собой. Человек никак не мог войти на территорию лесных эльфов без ведома хозяев, и тем более найти нужный путь.
— Только не говорите, что не верите мне. — Руки Дарака затряслись. — Что я все бросил зря.
— Не зря. — Грей снял с пояса приятно звякнувший кошель и положил его перед бывшим водоносом. — Мы тебе очень благодарны.
— Наверняка они схватили Базиля, — сказала лисица, позабыв о сидящем человеке. — О боги, значит в руках у Кота военный крейсер!
— Тогда им лучше заранее копать себе могилу. Как только Сефир об этом узнает...
— Я это не ради серебра или золота сделал. — Дарак громко шмыгнул носом, привлекая к себе внимание. Не растерявшись под удивленными взглядами, он продолжил: — Нам король нужен, настоящий. Пусть в земли покой вернется. Устал я бояться. Вы уж наведите порядок, а я…
Покрытый шкурами пол неожиданно бросился навстречу, выбивая из человека дух. На голову будто накинули толстое шерстяное одеяло, заглушившее все звуки. Непроглядная тьма укутала разум Дарака, погружая его в милосердное забытье.
— Не подходи! — Роза оттащила Грея от упавшего Дарака. Еще мгновение назад он пах, как обычный человек, теперь же его кожа испускала ароматы лесных трав.
— Очередная неизвестная мне магия. — Лис отошел ко входу, закрывая их воздушным и световым барьером от короны. — Нужно будет значительно расширить преподаваемые в академии курсы.
— Нашел о чем думать! — Лисица повернулась к Патрэлю, вставшему с другой стороны шатра. — Срочно найди Ноэми!
— И Стеллу, — добавил герцог. Заметив колебание тысячника, он с раздражением крикнул: — Выполняй!
Глава 4, часть 3
По улицам вольного города Мейо ползли тревожные слухи. Из выросшего вокруг стен осадного лагеря дул сильный ветер, разбрасывая тысячи листовок со всего одной строчкой на всеобщем языке:
«Сдавайтесь или умрите. Мы не тронем тех, кто покинет город».
Не сказать, что послание Грея вызвало большую панику в Мейо, но на площадях, рынках и у ворот начали скапливаться люди. Самые боязливые требовали выпустить их, понадеявшись на милость иноземного герцога, за что были биты и отправлены в темницу. Те что посмелее, снимали со стен дедовские щиты с копьями и записывались в ополчение. У трактиров собирались недовольные тем, что им посмели угрожать. Они набирались пивом и бросали недобрые взгляды в сторону эльфийского квартала. Наиболее разумные скупали все содержимое бакалей, делая упор на соль и крупы.
Другое дело — трущобы снаружи. Беженцы какое-то время стучались в закрытые ворота, пока их не отогнали арбалеты. Пришлось сдаваться на милость захватчиков. Ко всеобщему изумлению горные эльфы спокойно пропустили людей через свои укрепления и накормили всех желающих. Находясь под впечатлением, большинство людей записалось в ополчение. Кто раньше в страже служил или наемничал получили копья, щиты и арбалеты для охраны обоза. Остальным выдали дубины и кнуты, чтобы присматривали за пленными, для которых уже сооружали загоны.
Все остроухие обитатели и гости Мейо закрылись на своей территории, выставив у границы наблюдателей. За ними следила отдельная сотня городской стражи с мастером гильдии огня, готовые арестовать нелюдей при любом намеке на неуважение или строительство баррикад.
Никто не заметил, как по наружной стене угловой башни забралась фигура с мешком за плечами. Она распласталась на пустующей крыше и несколько минут наблюдала за улицами, прежде чем бесстрашно спрыгнуть вниз. Зацепившись пальцами за край ближайшего к стене дома, Безымянная совершенно не изящно сползла на истоптанную землю. Надев спрятанные в мешке крестьянские башками и набросив платок на волосы, морф быстрым шагом пошла прочь.
Через несколько кварталов она украла с чьего-то двора накрытую полотенцем корзину и вышла на одну из главных улиц, слившись с толпой идущих на обед рабочих. Наряд у лазутчицы был под стать — простая, но чистая серая рубашка и коричневая юбка с широким черным поясом, не дать не взять трактирная служанка. Дешевый свадебный браслет и обсыпанное оспинами угловатое лицо человеческой женщины последними штрихами дополнили образ, надежно ограждающий ее от ненужного внимания.
Безымянная не крутила головой, потупив взгляд и смотря себе под ноги. Она не нуждалась в глазах, чтобы понимать обстановку вокруг. Незримые щупальца раскинулись на несколько кварталов, передавая хозяйке информацию. Каждый человек был для нее разноцветным факелом эмоций: страх, растерянность, гнев, надежда, любовь. Близкая опасность обнажала истинные желания мелочных людишек.
Не поднимая головы, Безымянная скользнула на задний двор какого-то трактира. Она стала медленно снимать с веревки развешанные после стирки тряпки, прислушиваясь к разговорам внутри. Нескольких минут хватило, чтобы тихо прошипеть и уйти за мгновение до появления настоящей служанки. Полный ярости крик из-за разбросанных в грязи тряпок слегка улучшил настроение лазутчицы.
Еще несколько трактиров около воздушных доков, овощной рынок, пивная, площадь глашатаев — Безымянной категорически не везло. За это время она успела расстаться с корзинкой, переодеться в присущее гувернанткам строгое платье, и найти несколько слабых мест в стене, но нужная цель никак не хотела попадаться в силки. Изначально Грей давал ей время на подготовку к заданию, но после разговора с каким-то солдатом герцог сильно обеспокоился, приказал идти при свете дня и закончить как можно скорее.
«Сама ведь хотела графиней стать, отрабатывай теперь».