Цена твоей Любви (СИ)

Последнее слово он буквально выплевывает, еще сильнее сжимая меня в своих беспощадных ладонях.
Я отчаянно мотаю головой, ужасаясь ярости, пронзающей меня насквозь, но Рон и не собирается останавливаться. Хрипло шепчет:
— Если в восемь вечера ты не приедешь, тогда приеду я. К вам домой. И поверь — твоя мать не сможет тебя защитить. Пусть ты и её любимица, но свою жизнь она ценит превыше всего, — горячие губы едва касаются шеи.
На мгновение он прикрывает глаза и тут же отталкивает меня в сторону. Отворачивается, идёт к спортивной машине, слишком выделяющейся на фоне стареньких домов, и насмешливо кричит, прекрасно зная, что я впитываю каждое его слово:
— До встречи, Амелия. Нас ждёт веселая ночь.
Раздается громкий рёв мотора. Я стою, как вкопанная, наблюдая за опустевшей улицей. Горькие слёзы подкатывают к горлу, и я не сдерживаюсь — захлебываюсь от крика, полного боли и страха. Хватаюсь за пакет, совершенно не представляя, что буду делать, и нисколько не сомневаясь в том, что Рон приедет.
Если я посмею ослушаться, даю руку на отсечение — он расправится со мной и заставит пожалеть о каждом слове.
Дрожу, как осиновый лист на ветру, и медленно открываю дверь. Обхватываю себя ладонями, изнемогая от жуткого предчувствия, и несколько минут просто стою на месте, тщетно пытаясь собраться с мыслями.
Что же мне делать?
Я однозначно не собираюсь ехать к нему. Не смогу побороть свой страх и добровольно переступить порог его дома.
Трель телефона привлекает моё внимание. Рефлекторно выпрямляюсь и замечаю два сообщения. Одно от мамы, а второе от Рона.
Я знаю, что лишь оттягиваю неизбежное, но мне до жути страшно и потому сперва я отвечаю маме: «Хорошо».
Она написала: «Сегодня у нас корпоратив, буду поздно. Ложись спать пораньше и не забудь выпить таблетки».
Вселенная будто ополчилась против меня. Этот монстр дал мне несколько часов на раздумья. Солнце уже клонилось к закату. Время поджимало.
И мне даже не к кому пойти. Нет места, в котором я смогу найти временное пристанище. Как вышло, что у меня нет друзей, и есть только враги?
Дрожащими пальцами открываю сообщение Рона. Судя по адресу, его дом находится в самом центре города. А это значит, что дорога до него займет больше получаса.
Нет! Я даже не буду об этом думать. Не поеду. Ни за что. Он меня не заставит.
Я резко вскакиваю с дивана, хватаю папку с документами и деньги. Выбегаю на улицу, судорожно забивая в интернете адрес ближайшего полицейского участка.
Может, он богат, и у него достаточно власти, но я хотя бы попытаюсь постоять за себя. Расскажу всё, что знаю, и попрошу помощи.
И, если мне повезет, к дому приставят патруль, а ему запретят даже приближаться ко мне.
До этого момента я всё же надеялась, что ему надоест играться со мной, и он забудет о моём существовании. Но с каждым днём его безумие только росло, не оставляя мне ни шанса.
Рефлекторно перехожу на бег, мысленно продумывая линию защиты. Сердце грозит выпрыгнуть из грудной клетки, а в боку появляется неприятная резь. Я нервно оглядываюсь по сторонам, опасаясь слежки.
Кто знает, на что он способен. Лучше перестраховаться.
На остановке никого нет. Я успокаиваюсь, выравниваю дыхание и уверенной походкой захожу в автобус. Двери плавно закрываются, отрезая меня от остального мира.
Почти все места свободные. В углу замер молодой парень, а впереди сидит женщина с двумя детьми. Я занимаю кресло возле окна и с содроганьем вспоминаю его горящие глаза.
Теперь у меня есть его адрес и имя. Надеюсь, этого будет достаточно для того, чтобы моё обращение сразу приняли.
Дыхание сбивается, стоит мне увидеть здание полицейского участка. Зайду внутрь — и пути назад не будет. Жестокий Зверь буквально дышит мне в затылок, и я даже боюсь представить, что творится в его голове.
Рон Шмидт, ты перешёл черту. Я просила тебя, умоляла отпустить меня, но ты постоянно лишь усмехался, обещая превратить мою жизнь в Ад.
Так что, надеюсь, ты готов к последствиям, потому что я буду защищаться любыми способами.
 
Если бы я только знала, что захожу в сущее логово Дьявола и своим сопротивлением намеренно провоцирую мужчину, я бы сто раз подумала, прежде чем с такой радостью забегать в участок.
  
Глава 8. Амелия в ловушке
 
— Вы абсолютно уверены в том, что не ошиблись? Именно Роналд Шмидт стоит за вашим похищением, о котором мы, кстати, ничего не знаем, а также он угрожает вам и постоянно преследует? — губы мужчины изогнулись в недоверчивой улыбке.
Я уже больше часа сижу в полицейском участке, и вместо ожидаемой помощи получаю одни упреки. Мне и правда стоило сразу же написать заявление и рассказать о похищении и о том жутком доме, в котором Рон держал меня против моей воли, но я была слишком напугана и наивно посчитала, что он быстро обо мне забудет.
Глупая Амелия! Могла бы и догадаться, что его одержимое желание навредить с каждым днём будет лишь набирать обороты.
— Да, я полностью уверена в своих словах. Послушайте, вы же понимаете, насколько сложно девушкам говорить о подобном. Почему вы мне не верите?! — неосознанно повышаю голос, пронзая яростным взглядом сотрудника полиции.
Этот мужчина не вызывает ни капли доверия, но у меня нет другого выбора. Он задумчиво теребит бороду и устало вздыхает:
— Не кричите. Вы путаетесь в показаниях и не можете предоставить ни одну улику, которая бы доказала вину Шмидта. Мой вам совет — возвращайтесь домой и отдохните. Выпейте успокоительное, сходите к врачу и проверьте своё психическое состояние.
— Вы смеетесь надо мной? Я даже показала вам сообщения, но вы продолжаете разговаривать со мной, как с сумасшедшей.
— Сообщения отправлены с незнакомого номера, это ни о чем не говорит. Роналд Шмидт — довольно известный человек. В узких кругах, конечно. У вас может быть мотив. Вдруг вы специально пытаетесь его подставить?
— Да зачем мне это? Почему вы просто не пробьётё его номер и сами не убедитесь в моей правоте?
— А давайте вы не будете учить меня, как работать? — надменно скалится и замолкает.
Несколько минут он листает какие-то бумаги, а затем резко поднимает голову и потрясенно спрашивает:
— Подождите…вы…кхм, напомните мне еще раз вашу фамилию, — нервно стучит пальцами по столу и тревожно разглядывает моё лицо.
— Конте. Я же показывала вам паспорт.
— Точно. Тогда всё понятно, — растерянно протягивает.
— Что вам понятно? Может, потрудитесь мне объяснить?
Мужчина уже собрался что-то сказать, но нас прервали. Он извинился и вышел, оставив меня в полном недоумении.
Сердце сжалось от вымораживающего душу предчувствия. Если мне не помогут, я всё равно ни за что не вернусь домой — поеду в отель и переночую там.
Даже холодные улицы кажутся более безопасными, чем родной дом, в котором он запросто сможет до меня добраться.
Резкий хлопок двери привлекает моё внимание. Я поворачиваюсь и вижу молодого парня. Его волосы растрепаны, щеки раскраснелись. Он явно нервничает и судорожно теребит воротник. Смотрит куда-то в сторону и крайне тщательно избегает моего пристального взгляда.
— Пройдите со мной. Мы отвезем вас в безопасное место.
— А где мужчина, с которым я говорила?
— У него…появились срочные дела. Ни о чем не беспокойтесь, мы проследим, чтобы с вами ничего не случилось.
С каждым его словом мои подозрения лишь усиливаются, но я списываю это на паранойю. Покорно встаю, убираю документы в папку и спрашиваю:
— А как же заявление? Мы ведь не всё обсудили. Я даже не расписалась.
— Время уже позднее, этим мы займемся завтра. Давайте поспешим, в машине нас уже ждут, — пропускает меня вперед и идёт следом, очень коротко и сухо отвечая на мои вопросы.
Такие резкие перемены вызывают опасения, однако я быстро избавляюсь от них, наивно полагая, что сотрудники полиции — последние люди, которых стоит бояться.