КиберLove. Секрет звездного странника (СИ)
На кухне дела тоже шли преотлично. Когда консервы подошли к концу, я уже владела азами поварского искусства: по рецептам, указанным на этикетках, требовалось добавить то овощей, то макаронных изделий, а то и злаковых. Зумком был мне в помощь. Дошло до того, что я испекла хлеб. Правда, я поторопилась и забыла, что тесто должно выстоять определенное время, поэтому мой первый багет получился резиновым, а когда он высох, им можно было убивать. Но я все равно очень гордилась собой.
Выучив на зубок свои обычные маршруты, я приучила себя обходиться без лифта и горизонтальных бегущих дорожек. Я не хотела прибыть в пункт назначения изнеженной коровой, раз уж меня ждут нелегкие испытания. Массаж и оздоровительные процедуры, что поддерживали мое тело в тонусе, и за которые отец платил баснословные деньги, в космосе оказались недосягаемы. Поэтому приходилось выдумывать нагрузки.
Те уровни, которые на плане корабля выглядели черными пятнами, намертво перекрывали мне путь и не реагировали на отпечаток руки. Иногда я из любопытства прижимала лицо к смотровому стеклу, но кромешная тьма за ним надежно скрывала секреты звездолета.
Глава 7
Подходил к концу месяц полета, а я так и не узнала, где находится командирская рубка, и выбираются ли кибернеты из нее для отдыха и подзарядки. Мне казалось, что они шляются по кораблю только из–за меня.
Ия по–прежнему представала передо мной в виде голограммы. Как и всякая женщина, она любила разнообразие в одежде и прическе. Цвет и форма волос менялись от раза к разу и практически не повторялись. Я завидовала. Вей как всегда был собранным и подтянутым. Вежливо интересовался успехами (как будто не следили за мной) и сообщал о количестве прошедших дней. Видимо, чтобы не забыла, что я здесь не навсегда.
– Здравствуйте, Дана. Сегодня двадцать шестой день полета. Как ваши дела? Есть пожелания?
Он то казался живым и чувствующим, поскольку уделял время беседе, если видел, что меня опять пришибло воспоминаниями, то был сух и безэмоционален, как настоящий робот.
Кроме занятий кухней, бассейном и прочими доступными развлечениями, я завела себе привычку читать. Когда я растерялась, не зная, как постирать выданный мне крохотный гардероб, Ия подсказала, что в каждом служебном или жилом помещении есть свои зумкомы, которые «с удовольствием поделятся с тобой информацией». Все это с ехидной улыбкой. Поскольку смены постельного белья у меня было всего две, как рубашек и штанов (из соседней каюты Главная Корабельная Кобра брать ничего не разрешила), то я раз в неделю устраивала генеральную стирку. Пока у меня в каюте ползал робот–пылесос, я сидела у стиральной машины, завернутая в покрывало (машина не принимала малую партию белья, поэтому приходилось совать все сразу), и читала. Иногда замечала, что на тех страницах, где я побывала, оставлял свой след еще кто–то. Сдвигалась закладка или меня сразу выкидывало в оглавление. То есть за мной и здесь следили. Родилось подозрение, что через зумком я могу выйти на что–то важное, что знать мне не положено, поэтому кто–то непрестанно контролировал мои шаги. Я конечно же, попыталась связаться с отцом, но все контакты с внешним миром были накрепко заблокированы.
Этот день начался как обычно. Пробежка до столовой, завтрак на скорую руку – ура, я пожарила бекон с яичницей, и получился он ничуть не хуже, чем у Вея. Как добавка – собранная в зимнем саду зеленушка (я обнаружила небольшой участок свежих витаминов, опять–таки помог всезнающий зумком), кофе и кусочек багета, который уже хорошо кусался. Дотащила на горбу собранное с кровати белье, сунула в стиральную машину вместе с полным комплектом одежды, задала программу на последующую сушку и, укутавшись в покрывало, погнала в бассейн. Купальник мне так и не выдали, поэтому продолжала плавать голышом.
На этот раз решила поэкспериментировать. Заранее притащила из кухни пятилитровую флягу с соком, нашла в прачечной моток упаковочной веревки, привязала один конец к ручке двери, второй к фляге и… нырнула вместе с ней. Утяжеление хорошо сработало – я быстро пошла на дно. Еще мгновение и моя мечта достать звезду исполнилось бы, но…
У меня всегда есть «но», я уже заметила.
Поскольку я ни разу не достигала такой глубины, то не могла знать, что «колба» бассейна переходит еще и на нижний уровень. Потянувшись за звездой, я боковым зрением заметила, что из–за стекла на меня кто–то пристально смотрит. Встреча взглядами была настолько неожиданной, что я дернулась и… хлебнула соленой воды. Мне бы рвануть наверх, чтобы отдышаться у края бассейна, но веревка, которая оказалась слишком длинной, а потому свободно болталась в толще воды, надежно затянулась на моей ноге. Паника и тяжесть пятилитровой канистры не позволили мне всплыть. Я начала тонуть. Свет искусственного солнца превратился в монетку. Пока вовсе не померк.
Бесславная смерть была отменена прыжком кого–то большого в воду. Это он перекрыл солнце, а вовсе не мое меркнущее сознание. Веревка была перерезана, а мое тело доставлено наверх и без всяких нежностей выброшено на песочек. Пока Вей – а это был он, не вылез из воды, орала сирена и красным полыхал крест, запрещающий нырять в бассейн в одежде. Капитан нарушил собственные правила, но его оправдывало благородное дело: спасение дурной девы. Он положил меня на свое колено так, чтобы вода, которой я нахлебалась, покинула мои легкие и желудок.
– Думала, вы предпочтете искусственное дыхание, – просипела я, понимая, насколько унизительную позицию занимаю. Можно сказать, я висела на колене вполне себе мужчины попой вверх.
– У кибернетов нет возможности спасать утопающих способом «рот в рот». Мы не вдыхаем кислород, а, следовательно, у нас не вырабатывается углекислый газ.
Проклятая сирена, наконец, перестала выть.
Отдышавшись, я сползла с колена кибернета и опустилась у его ног. Волосы, которые только что лежали на песке, тут же прилипли к лицу. Я представляла собой плачевное зрелище, но все–таки поднялась и, пошатываясь, направилась к шезлонгу, на котором оставила покрывало. Я видела, КАК на меня посмотрел Вей, когда я встала перед ним в полный рост. И это не было равнодушное созерцание женского тела роботом.
– Признавайтесь, вы не кибернет, – произнесла я, укутываясь в плотную ткань.
Как могла, убрала волосы назад. Сплюнула налипший на губы песок, но тот все равно скрипел на зубах.
– Почему вы так решили? – Вей тоже поднялся. С его комбинезона стекала вода. Мокрые пряди короткой стрижки топорщились.
– Я заметила там, внизу, в ваших руках чашку кофе. Когда мы встретились с вами глазами, вы только оторвали ее от губ. Это и заставило меня нахлебаться воды.
Я подошла ближе. Пришлось задрать голову, поскольку Вей был намного выше меня. Он с интересом наблюдал, как я вглядываюсь в его лицо, ища там признаки реальной жизни.
– Иногда я повторяю привычки людей, – изволил объясниться он. – Мне нравится. Однажды вы уже видели меня с чашкой кофе.
– Даже наедине с самим собой вы поступаете как человек?
– Я кибернет класса люкс, наиболее приближенная к живому организму версия, – Вей оставался совершенно серьезен, но я не верила. Я обхватила его за шею и заставила наклониться. Встав на цыпочки, прильнула к его губам в поцелуе. Сначала легком, потом глубоком. Наши языки встретились.
– Вы живой, – вынесла я свой вердикт. – Ваш рот хранит вкус кофе. И вы реагируете на меня.
Медленно проведя ладонью по груди мужчины, я задержала пальцы на затвердевших сосках. Тонкая и плотно обтягивающая тело ткань не могла скрыть изменений, происходящих с ним. Вниз я смотреть боялась.
– Я кибернет, – упорствовал Вей, убирая мою руку со своего тела.
Вжикнула молния комбинезона и оголила вполне себе накаченный мужской торс. Я не отступилась, подначивая мужчину взглядом. Вей усмехнулся и, высвободив руки из рукавов одежды, одним движением, будто снимает обыкновенный свитер, стянул с себя кожу. Я вскрикнула от неожиданности, растерянно глядя на обнажившийся металлический каркас с литыми пластинами мышц и с сияющим источником питания. Кибернет легко вытащил из груди мерцающий шар. Тот, зависнув над ладонью, принялся вращаться.