С любовью, Я (СИ)

— Зачем вы так? — Я обессилено опустилась на диванчик, сжимая голову руками.
— Чтобы ты понимала, от чего тебя спас Тейлор. Он замял скандал, отпустил тебя с Петти и Ричардом в другой штат и даже позволил сменить имя. Ему на тебя не наплевать. Ваша помолвка дело решённое, Диана.
Нет. До чего же Фортуна злобная… вроде и подарок, а воняет так, что сбежать хочется.
— Я попрошу Тейлора её отменить.
Уже попросила, про себя добавила я. Хотя, в свете новых обстоятельств, глубоко сомневаюсь, что он пойдёт на этот шаг.
— Невозможно. Настоящий договор, заверенный, с подписями всех участвующих лиц был заключён между мной, Петти и Тейлором. Ричард не играл в этом деле никакой роли. — Фледж легко поднялся, и заложив руки за спину, прошёл к шкафу с папками. — Видишь ли, Петти не хотела тебе говорить, что выбора у тебя особого и не было никогда. Твоё рождение и одарённость стали отправной точкой. Вот и всё. — Он обернулся и удивлённо вскинул брови. — Не плачешь? Я думал, что ты рыдать будешь, узнав истинное положение вещей.
— Не дождётесь, — отрезала я, гордо вскинув голову. — Мне восемнадцать, я совершеннолетняя и могу всё отменить.
— Нет, — качнул он головой. — На договоре стоит и твоя подпись.
— Как?! — взвизгнула я, теряя остатки самообладания. — Я ничего не подписывала!
— Знаешь в чём прелесть твоего поколения? — Грегор поправил рукава пиджака и стряхнул невидимую пыль.
— В чём же? — севшим голосом спросила я.
— Вы никогда не читаете того, что подписываете. Среди документов, которые периодически подсовывала тебе Петти был и брачный договор. И подмахнула ты его после дня рождения. Почему бы тебе просто не смириться? Джоэл вон давно смирился.
— Ненавижу вас. Всех ненавижу, — роняя слёзы, прошептала я, когда поняла, что Тейлор только делал вид, что ищет информацию о моём женихе. На самом деле он давно всё знал и просто искусно играл на публику, желая отделаться от меня и моей проблемы как можно быстрее и с наименьшими потерями.
Ну правда, чего стоит притвориться перед отчаявшейся дочерью и сказать, что он ни о чём и не догадывался? Как знать, может эта самая дочь в будущем щедро отплатит “выручившему” её отцу?..
Скотское поведение биологического отца так сильно контрастировало с поведением отчима, для которого я всегда была на первом месте, что мне резко захотелось вернуться домой. Но только для того, чтобы изо всех сил прижаться к отцу и сказать спасибо.
Просто за то, что относился ко мне, как к человеку.
— Ничего. — Грегор подошёл и положил руку на мою макушку. — Это пройдёт, Диана. Сегодня вечером я организую ужин дома, ты должна быть представлена официально. Подружку свою можешь тоже взять. Я пришлю лимузин, а пока, иди умойся и работай, раз уж устроилась.
Выйдя из кабинета, я прошла мимо странно смотревшей на меня Терезы и тщетно прятавшей своё любопытство Ребекки. Нэнси ждала у выхода на лестницу. Раскрыв объятия, она привлекла меня к себе и позволила выплакаться.
  
Глава 17
 
Оскар нашёл нас посреди десятков лестничных площадок, по которым редко кто ходил. Мы прятались у запасного выхода, в углу. Нэнси гладила меня по голове и шептала, что всё устроится.
— Всё обязательно будет хорошо, надо просто жить дальше.
Всхлипнув, я растёрла кулачками слёзы:
— Не… будет. Нет. — Голос дрожал, руки тряслись, ноги не слушались, и если бы не поддержка подруги, то я бы упала. — Это конец всего, Нэнс. Мать обманом подсунула брачный договор, и я подписала, понимаешь? Подписала. Теперь ничто не спасёт меня от этой семьи.
Вздохнув, Нэнси отлепила меня от своей груди и улыбнулась:
— Ди, может, не всё так плохо? Возможно, вы с Джоэлом поладите? Он же, как и ты подневолен.
— Нет. — Я с силой прокусила губу, чувствуя на языке металлический привкус. — Тогда, на базе, он сказал, что я чудовище, что я хуже Франкенштейна… что он никогда не ляжет со мной в постель… что его стошнит от одного прикосновения ко мне. И даже это можно было бы пережить, встреться мы в другой обстановке, но сейчас… Он будет думать, что я его преследую. И ненависть очень быстро перерастёт в настоящее отвращение. А от невозможно избавиться.
 
— Ну же, Ди. — Нэнси съехала по стене на пол и ударилась затылком о крашеный бетон. — Твои проблемы не настолько велики, чтобы рыдать о них так горько. Не нравится — борись.
— Я устала. Не хочу больше бороться. — Сев рядом, я сцепила руки под согнутыми коленями и уронила голову на дружеское плечо. — Устала. За последние дни столько всего произошло, что я уже не вижу где правда и выход. Да хотя бы намёк на него! Я так мечтала избавиться от вечно контролирующей матери, что попала в тщательно расставленную ловушку. Нет. Определённо, Фортуна меня не любит.
— Знаешь, — задумчиво сказала Нэнс. — Ты всегда была для меня кем-то большим, чем просто подругой. Я много лет наблюдала за тобой. Ты всегда старалась идти только вперёд, это и мне помогало. Понимаешь? — Нэнси обвила руки вокруг коленей и сцепила пальцы в замок. — Если ты сдашься, то и я не смогу бороться.
— Нечестно. — Я потёрла нос и уронила голову на ноги.
— Жизнь никогда не была честной. Кому-то она дарит всё, что можно и нельзя. И для счастья надо только протянуть руку, а у кого-то она забирает всё, даже малейший шанс на нормальную жизнь. И приходится ползти, чтобы не стать чьей-то ступенькой. Мы можем сдаться и плыть по течению, а можем стать сильнее и заработать право на то счастье, что заслужили.
Такими нас Оскар и нашёл.
Зарёванными, истощёнными бессонной ночью и твёрдо решившими сделать всё, чтобы вырвать из рук взрослых свои жизни.
— Девочки. — Тренер остановился за несколько ступенек от нас и вздохнул. — Нельзя же так пугать. Всех на уши поставили, а сами ревёте в уголке. Я могу узнать причину крокодильих слёз?
Поднявшись, я вытерла лицо и отрезала:
— Это не ваше дело. Вы получили то, что хотели, не так ли? — Наши лица оказались на одном уровне, поэтому я с каким-то садистским удовольствием следила за сменой эмоций на его широком, лоснящемся от пота лице. — Наши тела в вашем распоряжении, тренер. Всё остальное вас не касается.
— Что случилось? — Оскар нахмурился и перевёл взгляд на Нэнси.
— Вам уже ответили. — Подруга резко поднялась и положила руку мне на плечо. — Наша личная жизнь и наши проблемы принадлежат только нам. Вы были так милы, тренер. — Нэнси расправила плечи и ядовито улыбнулась. — Вы нашли правильные слова, чтобы заставить нас делать то, что вам хочется. Настало время пожинать плоды трудов своих, не так ли? — Она склонила голову набок.
Молча одобряя её выпад, внутренне я содрогнулась. Кажется, Нэнси дошла до точки. Теперь даже я не знала, чего можно от неё ждать.
— Мы после об этом поговорим. — Оскар отвернулся и пошёл вниз.
— Боюсь, это был последний раз, когда мы разговаривали, — крикнула ему вдогонку Нэнси.
— Что, уже и наставник не нужен? — лукаво улыбнулся Оскар.
— Не нужен, — ответила она, не меняя тона. — Вы научили меня трезво смотреть на вещи, Оскар. Спасибо.
— О чём ты? — Нахмурился он, открывая дверь и придерживая её для нас.
— О том, что похоронено однажды, уже не воскресить.
Я сбилась с шага, услышав это. Нэнси изменилась. Из-за меня. Я стала причиной того, что её сердце ожесточилось. На моих глазах умерла и родилась новая Нэнси. И это ранило больнее всего. Я убила свою подругу, своими руками задушила тот вечный восторг, с которым жила Нэнси.
А всё из-за матери и Фледжа с отцом, скрипнула я зубами. Всё из-за них.
Смотря на прямую спину шагающей впереди Нэнси, я сжала руки в кулаки и прошептала:
— Я заставлю вас страдать так же сильно. Вы заплатите за это.
Час спустя
Спортзал, агентство «Дьяболи»
— Эй, ты слышала?..
— А? Чего?
— Этих двоих взяли без кастинга. Говорят, мелкая знакома с президентом.