Ошибка выбора

С трудом, преодолевая дикую слабость, Норман добрался до стола, на котором стоял графин с водой, и дрожащими руками налил себе стакан. Нет! Так дело не пойдёт! Что за слабость? Что за спутанное сознание? У него, у взрослого мужика? Невольное прозрение посетило его голову, и он даже застыл на время. Не может быть! Она бы не решилась. Но, обдумывая пришедшее понимание, Норман всё больше убеждался в его возможности. Надо проверить, решил он. Более-менее придя в себя, Норман позвонил по магофону своему другу – начальнику департамента тайных дел.
– Стиф, извини, нет времени на долгие объяснения, но сделай для меня следующее…»
Закончив разговор, Норман вздохнул свободнее и немного успокоился. Если он неправ, никто не узнает об этой незаконной слежке. А, если прав, то у него появятся доказательства. И тогда Давине и тем, кто помогает ей, несдобровать. Что устроить ему такую гадость могла Давина, у Нормана сомнений не было. Жаль сразу не обратил внимания на эту внезапную слабость и непонятную усталость. За свою жизнь и долгую службу Норман уже сталкивался с разными способами воздействия и покушения. Можно сказать, привык к ним, а организм был адаптирован к основным ядам. Но всё же для ареста виновников надо было получить официальные доказательства и сделать это, не поднимая шума, мог старый друг.
***
Прошло больше месяца, как Эйми вступила в права наследования. За это время, благодаря помощи Росса, удалось решить вопрос с элитными виноградниками. А затем и с садами. Там соседи, узнавшие о покровительстве Эйми нового начальника, сами предложили подобный договор аренды, и Кестер посоветовал согласиться.
Тогда, месяц назад, они вернулись с переговоров и хорошенько подсчитали, сколько имеют ежемесячного дохода и что с этим можно сделать. Получилось вот что:
Приход:
– арендная плата от крестьян деревни Кардоу – 200 серебряных соло в месяц (20 золотых) со всей деревни;
– арендная плата за виноградники – 40 сереб. соло в месяц = 4 золотых;
– продажа молока, яиц, масла и сыра из усадьбы – 25 сереб. соло в месяц = 2 золотых и 5 серебрушек;
Итого: 265 сереб. соло в месяц =26 золотых соло и 5 серебряных
Расход:
– зарплата крестьянам на оставшихся виноградниках (пять человек) – 50 сереб= 5 золотых соло;
– зарплата работникам усадьбы (управляющий, экономка, повар, конюх, служанка, слуга) – 80 серебрушек – 8 золотых;
– приобретение кормов для животных и инвентаря – 20 серебрушек;
– приобретение продуктов на кухню и мелочей быта – 20 серебрушек.
Итого: 170 серебрушек = 17 золотых.
Разницу в девять золотых даже смешно было называть прибылью. Правда, позднее прибавилась аренда за сады, но это просто ещё одна капля. Для развития поместья нужно было гораздо больше.
Тогда же и произошёл разговор, который во многом перевернул представления Милы-землянки о судьбе девочки. И то, что казалось вначале правильным, оказалось ошибочным. И эти новые знания диктовали совсем другое отношение к королевской власти. Примирительное.
Сломав мозги в раздумьях о том, чем же заняться, чтобы выкрутиться, Мила догадалась спросить у управляющего:
– Кестер, а чем занимались мои родители? Как я поняла, землёй они тоже мало интересовались?
– Это так, госпожа. Ваш отец был сильным боевым магом и садами не занимался. У нас были нанятые маги флоры, которые могли выращивать любые растения, а следил за всем хозяйством я. Я тогда был ещё молодым и везде успевал.
– Да, вы и сейчас всё успеваете, Кестер, – похвалила мужчину Мила, а тот продолжил.
– Ваш отец, Эйми, был известным наёмником. У него был свой отряд, и он оказывал услуги по сопровождению людей и грузов. Часто водил караваны через ущелье в Иринию и всегда привозил с океана какие-нибудь безделушки.
– То-то я вижу в гостиной много раковин и засушенных моллюсков! – воскликнула девушка – А не догадалась спросить: откуда они здесь, вдали от моря!
– Да, хозяин любил удивить соседей разными гадами, – рассмеялся управляющий, видимо вспомнив смешной случай. – Ребята из его отряда жили у нас во флигеле, тренировались на площадке за домом. Попасть в отряд к Грегори было большой удачей. У нас ведь и до войны особо нечем было заняться. Князь не думал о людях, и работа была только в Альве, тогдашней столице княжества…
 
Мда, куда-то не туда свернул разговор. Вспоминать войну не хотелось, но она сама вспомнилась. Перед глазами Эйми опять встало зарево пожара, послышались крики боли и отчаяния, звон оружия и сполохи фаеров.
– Не смогу забыть! – тихо сказала она. – Король поступил с нами несправедливо, а его командир – жестоко! 
– Король? – удивлённо воскликнул Кестер. – Вы ошибаетесь, дорогая Эйми. Король пытался нас защитить, но не успел.
– Защитить?! Но я же помню их отряд, их командира, который отправил меня в приют! И в приюте наши учителя и воспитатели говорили, что Балерно захватило наши земли.
– О-о! Вон что! Однако, монашки слишком много на себя взяли. А ведь их приют получил от короля и землю, и деньги на содержание детей-сирот, на обучение их грамоте и магии. А они вон что…, – осуждающе покачал головой Кестер. – Всё было не так, госпожа. Но вы правы, всё равно страшно.
– А, что же тогда произошло, Кестер? – спросила Мила, понимая, что ей нужно знать правду или, по крайней мере, обе точки зрения, чтобы самой сделать вывод.
– Тогда у нас шла гражданская война, – вздохнул управляющий. – Наш князь распустил совет теров и решил править единолично. Это не понравилось многим терам, они организовали переворот. Князь со своим отрядом начал отход к ущелью, хотел скрыться в Иринии. Но здесь в Кардоу столкнулся с отрядом вашего отца Грегори Керра. Это люди князи сожгли тогда наши поля в отместку. Мы хотели сами задержать князя и сдать нашему новому совету теров. Но нашей неразберихой воспользовался король. Здесь у него тоже было много сторонников. Многие хотели жить также свободно и удобно, как живут люди в Балерно. И теры из нового совета позвали короля Рэнульфа с его армией себе на помощь. Они готовы были войти в королевство на правах провинции с сохранением наших традиций лишь бы избавиться от княжеской династии. Отсюда до границы с Балерно совсем недалеко, и войска короля успели вовремя. Князь и его семья были схвачены. Бой шёл прямо на территории нашей усадьбы, и ваша матушка крикнула Иннис, чтобы она спасла вас. В этот момент в усадьбу въехал Норман Грант, командир королевского отряда. Он и заблокировал вам память и магию, чтобы вы не мучились воспоминаниями, потому что ваши родители погибли почти на ваших глазах. А в приют вас отправили, потому что король приказал теру Гранту обеспечить сохранность жизни всем пострадавшим детям и помочь в этом всем приютам. Только, видимо, никто не проверял, чему вас там учат монашки. А жаль, – закончил управляющий.
– Я не помню этого, Кестер. Но тогда, получается, не Балерно виновато в наших бедах? 
– Не Балерно, – подтвердил Кестер. – Сами справились, – саркастично добавил он. – А король сумел воспользоваться ситуацией и присоединить наши земли. Но, кажется, наши теры не были против такого решения. Никто не возмущается и не горит местью. Жизнь всё расставила по местам. Только нам особо не повезло. Но в таких бучах всегда кто-то страдает больше других, госпожа, – философски закончил Кестер. 
– Зато теперь я поняла, почему Росс так пытался нам помочь, – дошло до Эйми. – Он просто извинялся за последствия.
– Может, и так. А, может, просто честно выполнял долг, – ответил управляющий. – Кстати, мы будем брать королевскую помощь в банке или нет?
– Будем, с паршивой овцы хоть шерсти клок, – не торопясь прощать короля и королевство, решила Мила.