Путь под лазурным небом (СИ)

Драко так же подарил книгу, которая, что удивительно, тоже касалась истории. Охватывала она ещё более ранний период, а именно Римскую Британию. К слову, именно там и описывается вторжение гоблинов на острова, с которого и начались все последующие войны и восстания, которые привели к нынешнему положению хищной расы. Когда прочту её, стоит обязательно прочитать и про период правления легендарного короля Камелота.
От Симуса пришёл четырёхлистный клевер, выполненный из метала. Он переливался всеми цветами радуги, создавая настоящее светопредставление, а стоя на стебельке как будто бы колыхался на ветру. К прилагаемой записке было только одно пожелание:"На удачу!». Может он и в самом деле принести удачу или это просто красивая безделушка, я не знаю. Но безделушка красивая, это однозначно.
С Дадли мы подарками обменялись сразу же как приехали домой. Кузен решил обязательно попробоваться в квиддичную команду Гриффиндора на втором курсе, поэтому набор по уходу за метлой оказался лучшим подарком, несмотря на то, что самой метлы то и нет. Но, это всё дело будущего. Он же подарил мне простенькие часы, которые всегда показывают точное время, где бы ты не находился. Кажется, существует заклинание по определению времени, но что проще: взглянуть на руку или наколдовать заклинание?
Грегори и Винсент отправили угощения, из-за чего две совы прилетели практически одновременно днём в Рождество. От Клэр я получил коробочку пирожных из кондитерской Оллфорда. Кажется, вкусности, которыми угощал меня директор тоже вышли из-под его руки. Тётя с дядей по достоинству оценили кондитерские изделия магической кухни и даже заинтересовались уникальными блюдами, присущими волшебной культуре. Пришли символические поздравления и от других учеников, с которыми я так или иначе контактировал в школе. Не знаю, удивляться этому или нет, но даже от некоторых Слизеринцев пришло письмо. Отношение к себе этого факультета я так и не понял, но какой-либо негатив, если он есть, сдерживало моё общение с Драко.
Ужин прошёл просто чудесно. Мы на перебой с Дадли рассказывали о школе и делились впечатлениями. Одну тему, оговорённую ещё в поезде, пришлось опустить, но в остальном мы рассказывали всё без утайки. Тема зашла и о моём отце, точнее его родственниках. Я наконец-то смог рассказать главную причину того, почему оказался именно в этом доме после смерти родителей и искренне заверил, что рад и ни о чём не жалею.
Самым лучшим подарком оказалась Лили Дурсль. Такое имя в память о своей сестре решила дать Петуния моей будущей кузине. Честно говоря, это событие не на шутку взбудоражило меня. Когда я принял себя в этом мире как Гарри Поттер, семья у меня уже была: Петуния и Вернон, Дадли и ещё куча различных родственников «магического» разлива, причём не таких уж и дальних, на самом-то деле. И тех, и других, я принял как само собой разумеющееся, как все мы принимаем, к примеру, собственных родителей. В прошлой жизни я был единственным ребёнком, а с дальними родственниками наша семья отношений не поддерживала. Именно поэтому появление, пусть и не родной, а двоюродной сестры, так взволновало меня. Кажется, за все годы жизни именно это оказалось самым большим и желанным подарком на рождество.
Вынырнув из собственных воспоминаний, я начал собираться. Хотя, скорее, просто подправлял мелкие детали, ведь выглядеть хотелось красиво и презентабельно. С директором Дамблдором мы договорились встретиться двадцать седьмого декабря, прямиком на следующий после Рождества день. До его прихода, согласованному по письму, оставалось не более пятнадцати минут. Родню я оповестил ещё по приезду, так что приход директора и моя отлучка неожиданностью не станет.
Я подошёл к клетке Брана и осмотрел молодого ворона. Тот, окинув меня недовольным взглядом, демонстративно отвернулся. Несмотря на всевозможные изысканные угощение, приготовленные специально для Брана, смотрел он на меня как на врага народа, который день и ночь без продыху эксплуатирует бедного рабочего. Но что уж теперь поделать? Подарки отправить нужно было обязательно, не будут же они лежать у меня до отъезда в школу. Я открыл клетку и погладил птицу. Бран слегка нахохлился, но всё-таки окинул меня вопросительным взглядом.
 
— Лети давай, рожа недовольная, — сказал я, открывая окно.
Издав громкое «кар», ворон выбрался из клетки и вылетел на улицу. Несмотря на всю хитроумную магическую селекцию и обучение ради выведения почтовой птицы, Бран всё ещё остался свободолюбивой птицей, как и его дикие собратья. В отличие от сов, держать его долгое время в клетке не получится, иначе он просто зачахнет и как минимум перестанет выполнять основную функцию, для которой создавался. Такого исхода я точно не хотел.
Накинув тёплую зимнюю мантию, я осмотрел себя и остался доволен. Белая свеженакрахмаленная рубашка с синим галстуком в шотландскую клетку, любезно предоставленному мне дядей Верноном. Сверху тёмно-синяя твидовая, как и отглаженные брюки, жилетка. Образ завершал чёрный ремень с декоративной пряжкой, на которой был изображён лев. Символично, учитывая мой факультет. Будь я на лет так пять старше, да ещё пару аксессуаров добавить, то выглядел бы очень даже солидно. По моему же собственному скромному мнению, конечно. Так я лишь прилично одетый одиннадцатилетний мальчик.
Я взглянул на часы и последний раз поправил воротник. Пора.
— Уже уходишь?
Услышав, что я спускаюсь, с кухни вышла Петуния. Поправив мой многострадальный воротник и разгладив складки на мантии, она улыбнулась.
— Красавец. Будь я лет так на десять моложе, обязательно влюбилась бы, — засмеялась тётя.
— Ну тётя, — смутился я. — Мне до этого ещё года три минимум.
— Ладно-Ладно. Дамблдор не зайдёт?
— Нет, мы отправляемся сразу, — отодвинув рукав, я снова взглянул на часы. Удобно. В прошлом мире я их не носил. — Он прибудет с минуты на минуты.
— Ну хорошо. Будь осторожен, Гарри.
Она обняла меня на прощание, а затем снова начала расправлять складки на мантии, появившиеся после объятий. На лицо сама собой вылезла улыбка.
Дамблдор прибыл ровно в назначенное время, стоило только секундной стрелке остановиться на двенадцати. Одет он был, как и всегда, достаточно экстравагантно: привычная ещё по Хогвартсу блестящая лиловая мантия была усыпана звездами, сверкающими как настоящие сверкают на ночном небе. На голове лежал того же цвета колпак с помпоном, наклонившимся в бок под собственным весом. Вплетённую в бороду колокольчики звонко звякнули, когда он обернулся в мою сторону. Единственным элементом одежды, который можно было назвать обычным, оказались чёрные лакированные полуботинки, показавшиеся из-под мантии когда он сделал шаг в мою сторону.
— Добрый день, Гарри, — директор добродушно улыбнулся, подойдя ко мне.
— И вам, директор Дамблдор. Можно вопрос?
В его глазах мелькнул интерес и он кивнул.
— Почему вы так одеваетесь?
Задавая вопрос, я продолжал осматривать мантию, подмечая мелкие детали во внешности волшебника. Например, вязь неизвестных символов на окантовке рукавов. Мантия явно не так простая.
— Хо-хо, интересный вопрос, мальчик мой, — он провёл рукой по длинной бороде, отчего колокольчики зазвенели. — Понимаешь ли, в моём положении я могу позволить себе носить всё что угодно. Ты даже не представляешь, как весело наблюдать за людьми, когда я предстаю перед ними в более экстравагантных костюмах.
— Есть ещё более?..
— Поверь мне, Гарри, есть. Помнится, когда я пришёл к уважаемому министру Фаджу в мантии, больше похожей на ночнушку, с кучей ведьмочек на мётлах, у него ещё долго не переставал дёргаться глаз. Хотя, мадам Боунс оценила. Понимающая она женщина, скажу тебе. Ей по должности положено.
Понять, насколько должна быть понимающей женщиной глава Департамента Магического Правопорядка я не смог, но представив в голове общую картину, рассмеялся.
— Думаю, теперь я понимаю, директор. Скажу вам, это сильно.
— Спасибо за оценку, Гарри, — он хохотнул и поправил слегка съехавший колпак. — Отправляемся?