Препатч (СИ)
В тоже время из общей толпы отделился широкоплечий детина и направился к Анколу. Он увидел ювелира еще с корабля, потому шел не к дому, а к самому парню. И выглядел этот мужик действительно достаточно колоритно. Если говорить проще, когда вы представляете кого-то, кто у вас ассоциируется со словом «пират», то представляете этого товарища. Здоровый, небритый, бородатый и одетый в специальную униформу. Его «рабочая роба» представляла из себя непременно поношенный и просоленный водами всех морей камзол. Под ним виднелась бывшая, в прошлом тысячелетии, белой рубаха. Свободные штаны представляли из себя аппликацию из латок и кожаных накладок. И в завершении сапоги. Эти скороходы оскалом подошвы с торчащими из нее гвоздями могли соревноваться с пастью белой акулы. Остаточный образ дополняло оружие. Однозарядный пистолет, подвешенный на одну сторону широкого пояса. Ничего примечательного, разве что калибр, что стрелял, видимо, бильярдными шарами и возможно просто был пушкой, что в детстве болела. Ах да… и сабля. Напитанная кровью тысяч жертв… ага как же. Старю-ю-ю-ючая, пусть и не ржавая, но покрытая такой сетью заусенцев и царапин, что выглядела скорее музейным экспонатом. Казалось, еще чуть-чуть и многострадальное оружие само себя зарежет, только бы прервать бессмысленное существование в агонии беспричинного бытия.
В общем, как я и говорил ранее, к Анколу направлялся настоящий, «породистый» пират, со всеми медалями, документами и прививками. Даже нос и тот был мокрым… от рома.
— Анкол, якорь мне в грызло! Какого кракена ты стоишь тут, а не готовишь мне мой скарб? Клянусь мамашей нашего кока, я буду недоволен, если опять придется ждать. Из-за каких-то сухопутных крыс я, итак, задержался в порту, каракатицу им в панталоны.
Речь красочная. Сочная. Сопровождаемая периодическими плевками в разные стороны. В том числе и на прохожих. Проще говоря, уважаемый пират был явным любителем тонкой лингвистики.
— О! Капитан — неожиданная радость на лице парня была такой наигранной, что даже начинала казаться правдоподобной — А я уже все глаза проглядел. Где мой уважаемый капитан, думаю. Где? Нима-а-а!!! Опечалился, испугался, растерялся и в состоянии аффекта продал весь свой груз. История печальная, сочувствовать не надо, я держусь.
От такой тирады даже друид посмотрел на Анкола с долей уважения. А вот пират ненадолго завис. А потом ме-е-е-едленно повернулся в сторону Чихо и Вереска. Так же медленно взглянул на ящик у их ног. Узнал его. Если сразу моряк ничего не понял, то теперь ка-а-а-ак понял:
— Что за тухлая креветка мне попалась? Да вы у меня с доски в гальюн нырять будете. Морской черт мне в подштанники!
Пока моряк разглагольствовал, друид молча взял ящик с товаром и развернулся. Он сделал всего пару шагов, когда прервавший тираду пират его окликнул:
— А ну стой ты, морской бычок! Я отсюда без товара не уйду, клянусь стеклянным глазом моего боцмана — он медленно погладил висевшую на поясе саблю.
— Ну тогда у тебя только один вариант — друид на угрозу не среагировал. Оскал Вереска был сейчас похож на волчий — покорить своей харизмой мое ранимое сердечко. Видит Бог, я впечатлительный малый. Глядишь и дрогнет бастион, и я отдам все… по сходной цене.
Мужик смотрел на него долго. Очень долго. И при этом был подозрительно спокоен и молчалив.
— Значит хочешь торговаться, да? Рачья икра! А ты не из пугливых, сопли мидий мне за шиворот. Неплохо! Я Роджер Фир! Капитан этого могучего левиафана.
Улыбка на маске друида стала только кровожадней:
— Извините, не расслышал. Розовый Зефир с фофана?
— Роджер Фир, с левиафана!!! — нервно и громко повторил капитан.
— Мистер Розовый Зефир?
— Я КАПИТАН, Роджер Фир! — казалось крик мужика достигал даже противоположного берега моря.
— Капитан Розовый Зефир?
— Да! Капитан Розовый Зефир, тьфу ты, да чтоб тебя русалки драли!!! Роджер Фир!!!
— Так что уже не капитан? Ничего, бывает. Не переживайте.
— АААА!!!!! — моряк схватил пистолет и направил его на друида.
Вереск спокойно посмотрел на огро-о-о-омную пушку и тихонько, почти на ушко прошептал:
— Компенсируешь размером пистолета?
Интересно, существовали ли в истории пираты, умершие от сердечного приступа или скачка давления? По крайней мере, судя по нереально покрасневшему в один миг лицу, давление этого бравого парня сделало бодрую «свечку». Но в тот же момент он удивительно быстро успокоился. Мало того, мужик широко улыбнулся и подал Вереску руку.
— А ты хорош, бродяга. Давно мне не приходилось так тяжело отыгрывать роль. Хоро-о-ош. Сработаемся.
В ответ друид пожал протянутую ладонь и спокойно показал на ящик:
— Отдам не за дорого. Ну так что, торговаться будем?
— Ах ты ж хитрый морской пипидастр…
— Морских пипидастров не бывает — спокойно ответил друид.
— Ты будешь первым — не остался в должниках капитан — Хорошо. Я тебя слушаю. Только не думай, что взял меня за жабры. Я еще тот угорь, выкручусь и в шею вгрызусь. Сожру полностью.
— Говорят в поедании сыромятки главное глистов не заиметь. Ну так, о чем это я, цена, да? Хм… — Вереск открыл ящик, показывая, что он доверху наполнен кольцами — Звенят-то как. Это не товар, это ТО-ВА-РИ-ЩЕ!!!
— Хватит набивать цену. Чего пену по волнам пускаешь?!
— Четыре золотых и он твой — друид закрыл крышку и сел сверху на ящик.
— Чего?! Якорь мне в румпель! Ты мне что золотые украшения императорской семьи продать хочешь, жрать мне морскую капусту без соли?! Где ты такие цены видел?! Ах ты матиас, не познавший селедьей любви.
— Как-то становится неинтересно. Скучно. Ой, боюсь, не уплыть бы одному бравому капитану отсюда порожняком… «Плыли мы по морю, ветер мачту рва-а-ал…» — пропел друид, но его тут же остановил капитан.
— Ладно. Креветка ты зеленая. Давай торговаться. Три золотых!
— Пойдет, но не пойдет — тут же ответил Вереск.
— Что?! В смысле пойдет и не пойдет?! Так не торгуются! Как это вообще понимать?! — бедный моряк даже ногами затопал от переполняющих его эмоций.
— Шеф, выходишь из роли. Не теряй самообладание. Суть в том, что я готов продать тебе за нужную сумму. Особо заметь, как героически я отказался от последующего за первым предложением торга. Прямо вот сразу и согласился. Да, вот такая я открытая душа — друид широко развел руки, словно пытался обнять пирата — Просто будет еще ма-а-аленькое условие.
— Да я уже понял, какая ты душа. Кракен ты, а не герой. Говори, что хочешь еще? — игрок стал куда меньше внимания уделять отыгрышу роли, углубившись в торг.
— Все просто. Подкинь меня с моей коллегой к острову Нэпо и торгуй на здоровье — Вереск демонстративно приоткрыл ящик, показывая товар.
— А вот и не захочу — упер руки в бока пират — и хрен вам, а не билет к Нэпо.
Друид от этих слов воздел очи к небу и издал страдальческий стон:
— Шо?! Наша песня хороша? Ладно, тогда удачи тебе в твоих свершениях. Плыви порожняком… Порожнячком… Пустеньким… Холостым… Без прибыли… Зеро… Просто по морю не ходил, а плавал…
— Ах ты ж крабья какаха. Думаешь на крючок меня взял?! Черт морской, ладно, таки взял. Хорошо. Три монеты и поплыли. Держи деньги — капитан достал три золотых из старенького кожаного кошелька.
— Э нет. Это игровые условности. А значит мы сейчас сделаем два небольших контрактика. Один на продажу, но перед ним подпишем на доставку пассажиров. Мне не нужна обычная сделка, где ты заберешь товар и отдашь деньги, оставив нас тут — друид материализовал из игрового меню две небольшие бумаги. Стандартные аукционные формуляры игры.
— Ля-я-я ты трюмная крыса — капитан пыхтел, ругался, но бумажки подписал. После чего отдал деньги и нагнулся уже за ящиком, но его остановил Вереск.
— Не переживайте. Доставка за счет заведения. Ведите кэп, я помогу донести ваш чудесный груз прямёхонько в трюм.
Друид так бодро перехватил ящик и попер вперед, что обогнал самого капитана. Тот остановился, задумчиво глядя на Вереска, а потом развернулся в сторону неспешно идущей за ним Чихо: