Рэни Карвус (СИ)
— А потом я случайно услышал разговор этих… — Харона затрясло от ярости, и в его глазах полыхнула молния. — Они были в сговоре с кланом Воздуха. Именно из-за них у нас столько лет была засуха. Я побежал к отцу, чтобы рассказать, но он меня не слушал! Он говорил, что они наши друзья и что нам надо их слушаться во всем. Его словно подменили!
— Святоши владеют ментальной магией. Твой отец был под их контролем. Мне очень жаль, Харон.
— Как? Ментальная магия запрещена! Надо сообщить Совету Орханта!
— Боюсь, что Совет тоже под их контролем, — негромко сказал Мариус.
— И что же делать? Это нельзя так оставлять! Я собрал людей и рассказал им о том, что слышал. Мы потребовали объяснений. Но нас уже ждали. Наемники, которые появились в нашем замке пару дней назад якобы для защиты, расстреляли нас из арбалетов. Меня ранили. А потом перерезали горло моей сестре! И я ничего не мог сделать! Меня как будто парализовало!
— Это все ментальная магия. Не вини себя. Ты не мог с этим справиться.
— Я был должен! Этот… брат Веранис! Он смотрел, как убивают мою сестру, и улыбался! Я потерял сознание, и меня сочли мертвым. Потом я очнулся и смог открыть потайной ход в стене. Я хотел добраться до кого-нибудь, кто сможет сообщить главам кланов о предательстве. Ненавижу! — Харона трясло от горя и ярости.
— Как ты сказал? Веранис? — Я переглянулся с Кари. — Жирный ублюдок со сладким голоском?
— Да, ты его знаешь?
— Доводилось. Ничего, думаю, у тебя будет возможность поквитаться. Святоши уже ничего не боятся, если начали открыто убивать. И это наводит на размышления.
— Думаешь, они как-то связаны с прорывом Тьмы? — прищурился Мариус, как всегда, быстро разгадав ход моих мыслей.
— Или связаны, или пытаются воспользоваться ситуацией. Нам надо к отцу. Переговорники работают?
— Нет, мертвые. Надеюсь, хотя бы порталы еще действуют.
— Тогда вперед, времени нет. Лем, поднимай детей. Идти будем быстро.
Шли в темноте. Ночь была безлунной, небо затянули тяжелые тучи, так что дорогу освещал только мой светляк, подвешенный в воздухе метрах в пяти над дорогой. Решили идти не скрываясь. Я периодически сканировал пространство вокруг, но ни одной живой, да и мертвой, души, вернее ауры, видно не было. Харон шел молча, погрузившись в свои мысли. Я не стал лезть к парню с расспросами. По себе знаю, что лучше всего от тяжких дум помогает хорошая драка. Тогда просто нет времени для рефлексии и самокопания, только успевай отмахиваться. А уж драку Форге я точно обещаю. Со святошами придется разбираться, причем быстро. Эти ублюдки просто не понимают, что они делают. Или, наоборот, прекрасно понимают, а это уже хуже. Разбираться с прорывами неупокоенных, одновременно опасаясь, что тебя могут ударить в спину, не очень-то приятно. Так, сейчас первым делом пристроить детишек. Потом домой, рассказать все отцу. И в академию. Надо поговорить с ректором. Мужик он вроде ничего, может, что и подскажет. Да и чисто формально мы еще не вернулись с испытания Пустошью. М-да. Видимо, надо будет рассказать ему о Гиаре и его подарке. Иначе, когда придется разбить рубин и впустить в наш мир армию демонов, он может решить, что я на стороне Тьмы. Хотя я ведь некромант? Некромант берет свою силу из Тьмы. Как Фесс-Неясыть из одной фэнтезийной книжки, прочитанной лет пятнадцать тому назад еще на Земле. Хотя, как мне помнится, Неясыть, в отличие от меня, покойником не был.
— Почти пришли! — Идущий впереди Юджин вытянул руку, указав на раздвоенную вершину горы, мелькнувшую в просвете туч.
Погода изменилась, поднялся ветер. Вдалеке изредка доносились раскаты грома и были видны всполохи молний. Похоже, что надвигается гроза. И очень быстро.
— Хватайте детей! Что-то не нравится мне все это!
Грозовой фронт приближался с умопомрачительной скоростью. Ветер усилился еще больше, и становилось трудно идти. Молнии били сплошным потоком, надвигаясь стеной, и я погасил ставший ненужным светляк.
— Бегом!
Расхватав испуганных детей, мы ринулись бегом вслед за Юджином, свернувшим с прямой дороги и уверенно выбиравшим только ему ведомые тропки. Мы выскочили прямо к наглухо закрытым воротам, в которые Юджин забарабанил что есть мочи.
— Открывайте, гарых нам баргуз!
— Кто это там ругается? Я вот сейчас кому-то язык-то узлом завяжу! — раздался грубый голос, и вделанное в ворота зарешеченное смотровое окошко открылось, явив заросшее по самые глаза физиономию стражника.
— Смотри, чтобы тебе не завязали! Открывай гмырховы ворота, чтоб тебе бороду в горне прижгло!
— Знакомый голос, — подслеповато прищурился стражник. — Юджин, ты, что ль? А кто это с тобой?
Рыжий гном раскрыл было рот, чтобы разразиться очередной яростной тирадой, но тут я выступил вперед, положив руку на плечо гному.
— Я — Рэни Карвус, сын Намира Карвуса, внук Аргула Карвуса — главы клана Земли. С нами дети, выжившие после прорыва неупокоенных в соседнем с вами поселении.
— Ах ты, беда-то какая! Сейчас!
Раздался скрежет, металлический лязг, и ворота, сделанные из толстенных, обшитых железом бревен, стали медленно подниматься. Мы еле успели проскочить под острыми, окованными концами бревен, которые тут же с металлическим лязгом встали на место, как совсем рядом, на мгновение ослепив, ударила ветвистая молния. Ветер выл, набирая мощь. Такой грозы я еще не видел. Что-то в ней было не так.
— В укрытие! — заорал я, перекрикивая ветер. — Это не обычная гроза! Не лезьте, я сам разберусь!
Я развернулся навстречу урагану, краем глаза успев заметить, как мои соратники вместе с детьми скрылись в глубине мощного, выложенного из толстенных каменных блоков здания. В этих грозных тучах, непрерывно бивших молниях было что-то неправильное, я чувствовал это. Неужели неведомые повелители мира мертвых как-то меня нашли? Внутри поднялась уже знакомая огненная ярость. Хрен вам в дышло, твари дохлые! Я открылся, пропуская через себя текущую вокруг энергию. Ее здесь было в достатке. И тут внезапно почувствовал, что я не один. Рядом стоял кто-то еще. И его сила была сродни моей. Я повернулся направо, и в высверке стены из молний, придвигающейся все ближе, увидел нашего нового спутника. Харон стоял рядом, со злой усмешкой наблюдая приближающийся ураган.
— Ты тоже это чувствуешь? В этом урагане что-то есть! — Харон откинул с лица намокшие от дождя длинные волосы и оскалился.
— Харон, тебе лучше…
— Нет! Ты спас мне жизнь! А Форга всегда отдают долги! Не забудь, я из клана Молнии, и ураганом меня не испугать!
Ну что ж, напарник мне не помешает. Посмотрим, на что он способен. Сил своих я влил в него с преизбытком, так что, по сути, мы теперь почти кровные братья. Я усмехнулся. Братьев и сестер у меня, как Михаила Александрова, не было, да и у Рэни была только младшая сестра. Приятно, когда рядом стоит человек, который прикроет твою спину.
Я бросил взгляд наверх. Тучи закручивались в гигантскую воронку, из которой непрерывно били молнии. И эта воронка нацеливалась на нас двоих, стоящих посреди мощенной камнем небольшой въездной площади перед поселением дварфов. Что-то подобное я видел в исполнении Гиара, в самый первый день нашего знакомства. Внутри этого урагана чувствовалась злая сила. Нет, не разумная, просто сила, которую направили в цель и вот-вот спустят курок. Рядом ударила еще одна молния, разнеся будку привратника. Во все стороны шрапнелью полетели осколки камня.
— Харон, некогда объяснять! — выкрикнул я сквозь шум ливня и непрекращающиеся раскаты грома. — Отводи молнии от домов! А я займусь остальным!
Харон бросил на меня удивленный взгляд, но вопросов задавать не стал. Только резко кивнул и встал в странную стойку, чем-то напомнившую мне стойку из китайского у-шу. А я привычно закрыл глаза, сосредоточившись на центре урагана. А, вот ты где, гаденыш… Сгусток темной энергии висел в центре урагана. Из него исходили те же нити, что я оборвал у трех магов, но они были куда толще. Нити шевелились и сплетались, как огромный клубок черных змей. Дьявол, что же делать? Никаких откровений, как прошлый раз с Печатью, на меня не снизошло. Что ж, значит, придется действовать своими силами.