Рэни Карвус (СИ)
Легкое волевое усилие — и вокруг меня возникла сияющая сфера. Черные молнии, выпускаемые мертвыми магами, бессильно исчезали, только коснувшись ее поверхности. Я поднялся на ноги и посмотрел на свою левую руку. Вот дерьмо… Хорошо прожарили, с корочкой. Рука походила на сырую, непрогоревшую ветку, вынутую из костра. Местами проглядывали сухожилия и кости. Ну да это мы сейчас поправим. Древнее заклинание возникло перед глазами, губы прошептали слова давно исчезнувшего языка.
Я увидел. Тончайшие антрацитовые нити тянулись от магов в невидимый простому глазу черный разлом, змеящийся в глубине, под самыми нижними шахтами гномьего поселения.
Маги, что-то почувствовав, перестали пробовать на прочность мою защиту и соединили руки, вокруг которых возникло темное пламя. Явно готовили что-то мощное. Но что это было, узнать мне было не суждено. Мое заклятье сработало первым. Мертвые маги застыли. А потом стали прямо на глазах иссыхать и распадаться прахом. Мое заклинание разило тихо и безотказно. Своим магическим зрением я видел, как нити, ведущие в разлом, истончаются и рвутся. Подчиняясь какому-то наитию, я мысленно потянулся к ним и схватил, тут же почувствовав, как в меня вливается невероятная энергия и сила.
Наверное, так и становятся вампирами. Только я пил не кровь, а магическую силу, сущность любого мага. Такого удовольствия я не испытывал никогда в жизни. Я чувствовал себя всесильным, почти богом! Я мельком глянул на сожженную руку и увидел, что она прямо на глазах обрастает мясом и молодой кожей. Поломанные кости с тихим хрустом вставали на свои места. Да-а-а… Что ж, ребятки, теперь у меня есть чем вам ответить. Вам и вашим Владыкам.
Оставшиеся без контроля неупокоенные вновь кинулись на меня. Только теперь они не представляли никакой угрозы. Я сделал широкий жест, обводя рукой пещеру, и армия нежити повторила участь своих полководцев. Оглядев усыпавший пол прах, я сосредоточился и проник магическим взором сквозь уровни, коридоры, камень, металл и землю, выискивая живых. Нет. Ни одной яркой искры во тьме поселения гномов не было. Только мрак и нежить. И чудовищный Разлом.
Что ж, жаль, но гномам придется отстраиваться заново. Мрак может выжечь только свет. Я вышел из пещеры, для верности отошел от входа метров на триста, окинул взглядом гору, много сотен лет служившую домом для коротышек, и поднял руку. Оставляя пальцами огненные росчерки, я начертил в воздухе знак-печать, созданный древними четырехцветными как раз для того, чтобы закрывать подобные разломы. А потом направил Печать в разлом.
Я видел, как она, проникнув сквозь сотни метров горной породы, ударила в змеящуюся трещину. А потом… Возник свет. Он раздвинул пласты земли и камня, подобно ядерному взрыву, выжигая возникший нарыв, а в небо из того места рванул яростный столб пламени. Землю тряхнуло, и я еле устоял на ногах. Жилище гномов сложилось внутрь себя самого, как карточный домик. Еще раз тряхнуло, на этот раз тише, и меня обдало пылью и осколками камня от схлопнувшегося свода центральной пещеры. Поселение гномов перестало существовать.
— Вот вам и помогли, называется… — разочарованно протянул я, рассматривая огромную груду битого камня — великую братскую могилу, в которую превратилось поселение дварфов.
***
— Что это такое? Мариус, ты же Огненный! — первым вскочил на ноги после мощного подземного толчка Юджин, задрав голову вверх.
Я тоже завороженно уставилась в предзакатное небо. В низко нависшие над горами облака бил столб белого пламени, хорошо видимый, наверное, даже из столицы.
— Я не знаю такого заклинания, — не сразу ответил Натори-младший. — И поверь мне, никто не знает.
— Это работа Рэни, — прогудел Лем, облепленный испуганными детьми со всех сторон. — Больше некому. Ну-ну, не бойтесь, — успокоил он ребятишек, вцепившихся в него, как клещи. — Там дядя Рэни всех плохих прихлопнул.
— Может, ему нужна помощь? Он может быть ранен. — Я обернулась назад. Столб огня исчез, только облака в том месте были окрашены красным.
— Кари, да что с тобой в последнее время? — Мариус поправил лямку походного мешка и окинул меня задумчивым взглядом. — Рэни приказал вывести детей. И мы их выведем. Хочешь вернуться и оставить нас без прикрытия? А если опять на неупокоенных напоремся?
— Да, ты прав.
Я запредельным усилием воли взяла себя в руки. Долг вассала перед сюзереном превыше всего. А вновь внезапно вспыхнувшие чувства… Не время и не место.
— Он сказал, что догонит. — Лем осторожно отцепил от себя Марику, ни за что не желавшую расставаться с Медведем, и поставил ее на землю. — И если он сказал, то сделает.
— Да, он слово держит, — поддакнул Юджин. — Пойдем вдоль реки, лиг через десять будет еще одно наше поселение. Там у меня много родни, пристроим ребятишек пока там, а потом видно будет.
— Дети столько не пройдут, — покачал головой Лем. — Они устали, напуганы и хотят есть. Надо будет устроить привал.
— Поддерживаю. — Мариус выдернул воткнутую в землю глефу. — Только отойти надо подальше. Возможно, в округе шастают еще неупокоенные.
— Я знаю подходящее место. С лигу всего пройти. — Юджин уже привычно встал впереди отряда, указывая путь, но не успели мы пройти и десятка шагов, как растущие вдоль мелкой, но бурной горной реки кусты затрещали, и из них вывалился, чудом не словив выпущенное Мариусом на звук смертельное заклятье, окровавленный человек.
Команда не могли уйти далеко. К тому же с детьми быстро передвигаться не получится. Юджин сказал, что выведет всех к реке, вот туда я и двинул. А пока иду, стоит подумать, что мне со всем этим делать. Возникшие во мне силы меня, мягко говоря, беспокоили. Как и открывшиеся знания. Черт, мне бы сейчас очень не помешал совет Гиара. Но как? В мир демонов нельзя попасть так же легко, как открыть дверь в соседнюю комнату. Туда меня провели Высшие демоны, обратно портал открыл сам Гиар. Да и смогу ли я пройти грань миров? Повелитель говорил, что мертвые не могут пересечь границу. Разве что… Я вытянул из-под обгоревшей после попадания молнии личей одежды цепочку, на которой висел прощальный подарок Гиара Кровавого.
Рубин сверкал гранями в лучах заходящего солнца. Разбить? Нет. Поколебавшись, я спрятал камень обратно. Создавать новую Пустошь во владениях клана я точно не стану. Будем разбираться своими силами. А рубин оставим на самый крайний случай, когда не будет другого выбора. Но вот хватит ли их, этих сил? Нас слишком мало, да и опыта никакого. Сможем ли уберечь целую страну, если разрывы, подобные тому, что я только что закрыл, станут появляться повсеместно? Пять человек? Вернее, три человека, оборотень и гном? Да и возникший разлом смогу закрыть только я, здесь мне помощи ждать неоткуда. А еще святоши, о планах которых у нас нет никакой информации. Почему они так стремились меня убить? Неужели они в сговоре с теми силами, против которых я только что сражался? Зачем им это? Только ради власти? Или у них какие-то другие соображения? Черт, голова кругом… Надо переговорить с отцом. А лучше со всеми главами кланов разом. Это дело касалось уже не одного меня, а всего Орханта.
Задумавшись, я брел по дороге, когда вдруг почувствовал недалеко выброс магической энергии. Как будто тонкую иголочку в мозг воткнули. Я-то знаю, что мозг сам по себе не имеет нервных окончаний и не может ничего чувствовать, но ощущение было именно таким. Я включил свой черно-белый телевизор и сразу увидел примерно в лиге от себя ярко светящиеся ауры. Черт, что же я раньше не додумался? Успели. У меня отлегло от сердца. Я хоть и проверил на наличие живых гномье поселение, перед тем как закрыть Печатью разлом, все равно испытал облегчение от того, что с ними все в порядке. Стоп, а это еще кто? Уж ауры своих друзей я изучить успел. И свечение малышни дварфов тоже видно. А здесь какая-то рваная, искрящаяся аура, с красными всполохами. Чужой. Срочно туда! Эх, жаль, что у меня нет ускорения, как у Кари. Оно бы мне ой, как пригодилось. Я бросился бежать вверх по склону холма, на ходу окутываясь пеленой защиты. Это не нежить, у тех ауры мертвые, гнилые. Это — маг! Черт, быстрее!