Ленивая ведьма (ЛП)

Я это обдумала. В конец концов, было что-то в том, как тренирует Орден. Я поджала губы.
— Спасибо, — проворчала я.
— Не за что, — Винтер помялся. — Спасибо, что заставила этих троих сознаться.
Я внезапно смутилась.
— Думаю, из нас вышла чертовски хорошая команда, — я бросила взгляд на Уэзерса. — Ты мог бы быть частью этого! — выкрикнула я. — А теперь не будет Неистовой Морозной Погодки!
Винтер закатил глаза.
— В следующий раз не врывайся так в дверь. По крайней мере, не обсудив это сначала со мной. Ты неоднократно доказала, что не заботишься о собственной безопасности. Ты могла серьёзно пострадать.
— А я и серьёзно пострадала. Я собираюсь потребовать больничный на несколько недель. Я чуть не умерла! Снова! Кстати, что тебя так задержало?
— Я прятался в буфете, но пылесос перегородил мне дорогу, — он склонил ко мне голову. — Никому не говори.
— Мой рот на замке, — ухмыльнулась я. — Честно. Я никому не скажу, что большой и страшный Адептус Экземптус Рафаэль Винтер чуть не дал убить своего напарника и едва не пропустил сражение, потому что на его пути встала бытовая техника.
— Иви…
Я широко улыбнулась:
— Ну что?
  
Глава 25
 
Выбираясь из машины, я как никогда в жизни чувствовала себя старой клячей. Даже мои кости, и те устали. Я уже давно не возвращалась домой, когда уже рассвело. И тем не менее в венах ощущалось странное гудение эйфории. Мы раскрыли преступления, Винтер и я. Я начинала понимать, почему он так любит свою работу. Заметьте, только начала; я не обратилась полностью в новую веру. Но если Орден введёт трёхдневную рабочую неделю, я, возможно, пересмотрю свои убеждения.
Винтер выбрался со своей стороны машины, и мы обменялись удовлетворёнными взглядами. Он выглядел бесподобно сейчас, когда его обычно безупречный костюм пребывал в беспорядке, верхняя пуговица была расстёгнута, а галстук перекосился. Я посмотрела вниз, стараясь понять, в каком состоянии нахожусь я. Ну что ж, по крайней мере, один из нас выглядит хорошо.
— Чисто из любопытства, — тихо спросил Винтер, — что ты загадала? На ресничке?
— Проваляться завтрашний день в постели, — прощебетала я.
— Ты шутишь.
— Неа.
Винтер театрально вздохнул, но, клянусь, я заметила тень улыбки, мелькнувшей на его губах. Словно чтобы скрыть её, он присел завязать шнурок. На другой стороне улицы раздался звук закрывающейся дверцы машины, и послышался знакомый голос.
— Иви! Я так рад, что застал тебя! — Икбол шмыгнул к нам, и его лицо расплылось в широкой улыбке.
Мы обнялись.
— Эй, рада тебя видеть. Что ты здесь делаешь?
Его улыбка сделалась ещё шире.
— Ты полюбишь меня, — пообещал он.
Я легонько стукнула его кулаком в плечо.
— Я уже люблю, Игги-поп.
Икбол взял меня за руку и начал бормотать. В руке возникло странное зудящее чувство, затем жжение. Внезапно встревожившись, я попыталась вырвать руку. Сердце забилось в груди, и я чувствовала пот, выступивший на лбу. Я в ужасе уставилась на Икбола, но он продолжал улыбаться, хотя скрежетал зубами от напряжения.
— Какого… — послышался возглас Винтера с другой стороны машины. Он поднялся, пошатнувшись, как только Икбол отпустил меня.
Боль почти сразу же исчезла. Икбол отвесил поклон.
— Всегда пожалуйста! — просиял он.
— Узы, — медленно произнесла я.
Он яро закивал и раскрыв ладонь показал известный мне корень оссомба. Его было совсем крошечное количество, но этого оказалось достаточно. Невидимая магическая нить, связывающая меня с Винтером, исчезла. Мне не нужно было это проверять. Я просто знала.
— После твоего вчерашнего звонка, — счастливо щебетал Икбол, — я понял, что ситуация становится отчаянной. Я поспрашивал. Нашел своего старого преподавателя, у которого в кабинете нашлось немного корня оссомба. Он согласился дать его мне, если я к концу месяца предоставлю ему план своей диссертации. Так что, Иви, теперь ты мне точно должна. Я заслужил как минимум одну балладу.
Во рту пересохло. Я несколько раз сглотнула и беспомощно посмотрела на Винтера. Его лицо застыло суровой маской.
 
— Мы свободны, — прошептала я.
Он расправил плечи.
— Похоже на то.
Икбол бросил на него беспокойный взгляд.
— Здрасьте, Адептус Экземптус Винтер. Я не видел вас, пока всё не закончилось. Надеюсь, вы не против, что я снял узы, но я знал, что Иви была в отчаянии.
Винтер не смотрел на него; взгляд его был устремлён на меня. Всё, что я могла — это смущённо пожать плечами:
— Ну да, — сказала я. — В отчаянии.
Чёрт бы всё побрал.
На лице Икбола заиграло любопытство, когда он понял, что я не запрыгала от восторга, как должна была. Он поднял плечи и бросил на меня странный взгляд. Списав моё отсутствие радости на угрюмое присутствие Винтера, он похлопал меня по плечам.
— «Котёл», — произнёс он. — Сегодня в семь. Вы тоже можете прийти, Адептус, — позвал он Винтера. — Вы, считай, не жили, если не слышали, как поёт Иви. Мне нужно идти начинать писать план диссертации, но я жду вас вовремя, — он покрутил пальцем. — Вы оба должны мне по-крупному.
Мои плечи опустились. Гадство.
Вместе с идущим рядом Винтером я поднялась по лестнице на свой этаж. Я даже не вызывала лифт; казалось, для этого требовалось слишком много усилий. Ни он, ни я не произнесли ни слова. Впервые я не находила, что сказать.
Мы были почти на самом верху, когда за нами раздались шаги. Я обернулась, думая, что это снова Икбол. У меня упало сердце. Ева. Вся эйфория, которую я ощущала ещё пять минут назад, испарилась.
— Иви! — на её лице отразился неподдельный восторг. — Я так рада тебя видеть! Честно, ты не поверишь, что со мной произошло. Вообще-то…
Она запнулась, поняв, кто стоит рядом со мной.
— Адептус Экземптус Винтер. Что вы здесь делаете?
Винтер откашлялся и посмотрел на меня. Я потёрла шею.
— Может, нам лучше зайти в квартиру, — предложила я. — Ты заваришь мне чай, и мы об этом поговорим.
***
— Меня повысили до Второго Уровня? — глаза Евы просияли и сделались размером с чайное блюдце.
Я заёрзала.
— Ага. Прости. Сейчас узы сняли, так что ты всё ещё сможешь поработать с Винтером. Я должна была сказать тебе раньше, но мне казалось, что неправильно делать это по телефону.
Ева едва меня слушала.
— Второй Уровень? Я надеялась, знаешь, надеялась, но думала, что сначала мне нужно будет сдать экзамены. Родители будут в восторге! Я в восторге! А Тайный отдел? — она взглянула на Винтера. — Думаете, у меня ещё есть шанс получить место?
— Только что открылась вакансия, — натянуто ответил Винтер, избегая смотреть в мою сторону.
Ева вскочила на ноги.
— Всё это так поразительно, — недоверчиво качая головой, произнесла она. — Мне нужен пойти рассказать Гарольду Фицуильяму Даксворту Третьему.
И она выскочила из комнаты.
Я сцепила руки на коленях.
— Прошло лучше, чем я ожидала, — сказала я.
Винтер пробормотал что-то нечленораздельное.
Я глубоко вздохнула.
— Я не знала, что Икбол собирался это сделать, — торопливо произнесла я. — Я его не просила. Ну, не совсем. На самом деле, несколько дней назад я нашла корень оссомба и запихнула его в шкафчик в ванной. Узы были вовсе не так плохи.
Винтер ничего не ответил. Чёрт возьми, это было непросто.
Из спальни раздался звук глухого удара. Испытав облегчение от того, что можно отвлечься, я открыла дверь, чтобы проверить, что случилось. На мой тайник с кошачьей мятой было совершено нападение, а по полу от разбитого кувшина до кровати тянулся след. Брукс и Принцесса Парма Перивинкл в приступе кошачьего ликования катались по одеялу. Винтер поверх моего плеча уставился на это зрелище и неодобрительно хмыкнул.
— Иви?
Из гостиной снова вышла Ева; руки были опущены вдоль тела, а на лице отражалась растерянность.