Ленивая ведьма (ЛП)
Получай, мальчик из Ордена. По-лу-чай.
Глава 24
Винтер повёз Прайса на своей машине назад в главное здание Ордена. Я следовала за ними. Наверное, к лучшему, что несчастному ведьме-убийце не пришлось ехать со мной, потому что я включила музыку так, что она оглушительно ревела. Да, сейчас середина ночи и что? Я только что раскрыла убийство. Я это заслужила. Конечно же, этот факт не удержал Винтера от хмурого взгляда, который он на меня бросил, когда мы подъехали к зданию Тайного отдела.
Пока арест Прайса оформляли и уведомляли полицию, Винтер затащил меня в маленькую комнатку дальше по коридору. Я огляделась.
— Это твой кабинет? — поинтересовалась я. — Какой-то он тесноватый. Тебе стоит подумать об отделе кадров. Я слышала, там появилась вакансия.
Он проигнорировал мои слова.
— Что, по-твоему, ты там делала? — холодно потребовал он.
— Твою работу, — ответила я, усевшись на его стол и болтая ногами. — Кстати, я хочу есть. У тебя есть что?
Винтер скрипнул зубами.
— Ты могла пострадать, Иви. Если бы Прайс набросился на тебя…
— Он попытался, у него не получилось. Он бы никогда не смог со мной справиться. А я никогда не смогла бы это провернуть, если бы ты не использовал корень вероникаструма виргинского, чтобы от меня избавиться.
— Даже животное, загнанное в угол…
— Да-да. Мои методы, может, и не традиционны, но они дают результаты. Хватит жаловаться, — я легонько ткнула его в плечо. — Хорошо то, что хорошо кончается.
— Разве?
Я взглянула на него.
— Ты веришь, что Прайс сказал правду о Манускрипте Сайфера, — произнесла я. — Что кто-то специально его оставил в его кабинете, и Прайс просто запаниковал, когда нашёл его?
Винтер ничего не ответил.
— Возможно, — признала я. — Похоже, ему ума не хватит, чтобы воплотить в жизнь такой план, как кража девятого тома, а способ его воплощения был чертовски изощрённым. К тому же, мне не составило труда заставить его сознаться. Словно он хотел рассказать, что сделал. Но если Дайал взял Манускрипт, он мог бы поместить его в стол Прайса, потому что хотел от него избавиться. Его маленький протеже работал не так эффективно, как он надеялся, и он захотел избавиться от этого балласта. Вместо этого он сам сыграл в ящик.
— Нет, — Винтер потёр подбородок. — В этом случае Прайс тут же сдал бы Дайала. Не забывай, Прайс сказал, что Дайал не хотел быть скомпрометированным, если документы отдела кадров будут слишком внимательно проверять. В них должны содержаться сведения о том, что Дайал использовал своё положение для продвижения некомпетентных сотрудников на должности, которым они не соответствовали. Единственным для Прайса способом избежать тщательной проверки было сдаться. Однако изначально это не входило в планы. Прайс также сказал, что, когда он впервые к нему пришёл, Дайал обещал помочь ему.
Я щелкнула пальцами.
— Потому что Дайал думал, что у него перед тобой преимущество. Ты хотел начать расследование против него, ты сам мне сказал. Должно быть, он знал, что ты что-то против него замышляешь, и принял меры. Он боялся, что ты придёшь за ним. Когда Прайс пришёл к нему в первый раз, он уже послал с заданием Мудака и Элис к Еве. Они там были не в связи с девятым томом, они были там, потому что Дайал беспокоился из-за тебя и того, что ты замышляешь. Но когда Мудак и Элис не вернулись…
Винтер подхватил мою мысль, воодушевлённый этой теорией.
— Должно быть, он знал, что что-то пошло не так. Он не знал о тебе, но это неважно. Он думал, шоу закончилось. Его спасло только то, что не было следов ни Бэллхема, ни Фэйрклоф, поэтому он не мог точно знать, что с ними произошло. Возможно, он подумал, что сможет во всём обвинить Прайса. Если Прайсу предъявят обвинения в краже девятого тома, то на него можно свалить что угодно, и, вероятно, все в это поверят. В любом случае, Дайалу нужно было как можно правдоподобнее отрицать своё участие, поэтому он был готов отказаться от Прайса и любой сделки, что они заключили. Потеряв своего единственного союзника, Прайс впал в отчаяние. Мы знаем, что он воспользовался документами Отдела кадров, чтобы найти Оскара Марша. Его подставили, и будучи не в силах найти иной выход, он подставляет в процессе кого-то другого.
— Но, — заметила я, — Прайса подставили в краже Манускрипта Сайфера. Если Дайал не брал девятый том, и Прайс не брал, тогда кто его взял?
— Кто-то, кто затаил обиду на Прайса, — Винтер помолчал. — Я говорил с Мэйдмонтом. Он думает, что Манускрипт не трогали, за исключением одной-единственной сожженной страницы. Может, мы шли не тем путём? Сначала мы сосредоточились на идее, что преступником должна быть ведьма старшего уровня, а потом на том, что это кто-то, связанный с Дайалом и уставший от того, что им пользуются. Но что, если всё наоборот? Что, если это кто-то младшего уровня, кто хотел увидеть, как ведьма вроде Прайса понесёт заслуженное наказание за получение должности, которой он не заслуживал?
Я это обдумала.
— Это имеет значение? — спросила я. — Кто бы ни взял манускрипит, он не совершал убийство. Он бы не успел прочесть ни одно заклинание прежде, чем поместить его в стол Прайса. Неудивительно, что стол — это единственное место, которое Прайс потрудился защитить. Должно быть, он наложил заклинание после того, как обнаружил там Манускрипт.
— Может, преступник и не оставил у себя Манускрипт, но посмотри, к чему привели его действия. Не говоря уже о том, что тот, кто взял Манускрипт, пытался нас утопить, Иви.
Хороший аргумент. Да, это имело значение. Даже если мне придётся поработать усерднее, чтобы найти виновника.
— Конечно же, это всего лишь домыслы, — продолжал Винтер. — Нет никаких доказательств.
— Конечно же, — сухо повторила я и взглянула на него. — Когда впервые всплыло имя Прайса?
— Когда мы отправились к нему по поводу Оскара Марша.
— Но мы шли не просто спросить его о Марше, не так ли? Бетани, чайная леди, рассказала нам о Марше, а ещё поведала, что Прайс крутился у отдела Геомантии, разыскивая Дайала. Если быть точными, она дала понять, что он был словно сам не свой.
— На что ты намекаешь? — Винтер приподнял брови.
Я не ответила. Вместо этого я соскочила со стола и устремилась к главному столу. Прайс сидел на стуле, ссутулившись, и за ним пристально наблюдали две ведьмы в красных мантиях на случай, если он попытается что-то выкинуть. Я протиснулась к нему.
— Прайс, — сказала я, — слушай меня.
— Что? — он даже голову не поднял.
— Когда ты нашёл у себя Манускрипт и в первый раз пошёл к Дайалу, ты направился в отдел Геомантии?
Он поднял на меня изнеможённый взгляд.
— Что? Не говорите глупостей. Я пошёл к нему домой. Дайалу не нравилось, когда я обращался к нему, если поблизости были другие члены Ордена. Если бы я пошёл в отдел Геомантии, он бы мне башку оторвал.
Я быстро развернулась, намереваясь бежать к Винтеру, но он уже был здесь.
— Бетани солгала, — сказал он.
— Она посеяла первое зерно подозрений против Прайса. Ненавязчиво, чтобы не вызвать подозрений, но достаточно, чтобы мы им заинтересовались.
Винтер покачал головой.
— Кто она? Неофит? Зелатор? Ей бы не хватило навыков, чтобы осуществить эту кражу.
— В одиночку — нет, — согласилась я. — Но, может, у неё были помощники.
Винтер вопросительно взглянул на меня.
— Я видела её, — ответила я. — Вечером, когда шла в Отдел кадров, — я выдержала паузу, — ну, когда ты кинул меня.
Он закатил глаза:
— Я не кидал тебя.
— Неважно. Как бы то ни было, она была не одна. Она была с Уэзерсом, администратором из отдела Геомантии, и Ребеккой, администратором из Отдела кадров.
— Это та, которая никогда не улыбается?
— Именно. Вот только она улыбалась.
Какое-то время Винтер хранил молчание.
— Мы не можем допрашивать кого-то из-за того, что он улыбался.
— Неа, — я продолжала ждать.