Огненный адепт (СИ)
— А как же кабак?
— Тебе что дороже: кабак или счастье племянницы?
— Позволь мне, сэр Диллитон, — к ним подошёл король, снимая с пояса мешочек. — Барон, с этого момента кабак — не ваша забота. Он переходит в собственность короны, и с завтрашнего утра им займутся мои люди. Забудьте, что «Стойло ржавого дракона» вообще существовало. Возьмите, здесь сотня двойных оксов — это вам на первое время.
Ошеломлённый Рохмиро взял звякнувший мешочек и взвесил его на руке.
— После венчания вам надлежит выехать из Тирогиса на север в Рахомские земли. Завтра вы поедете в расположение полка графа Криссоля. Вот приказ о вашем назначении первым советником командира, — за мешочком последовал и свиток с печатью. — Пока будете проходить службу, присматривайте место под постройку замка. Когда выберете — сообщите мне через графа, я отдам указания о доставке необходимых материалов и средств. У баронессы Кадьяк к моменту официальной свадьбы должно быть родовое гнездо, пусть даже в состоянии постройки. К сожалению, ваш старый замок полностью разрушен, а земли раскуплены соседями. Я считаю, что легче выстроить новый замок на новых землях, нежели пытаться возродить руины.
— Он разваливался, ещё когда я был маленьким, — тихо сказал Рохмиро. — У моих предков была честь, но не было денег.
— Вы унаследовали честь предков, барон, — сказал король. — Поэтому я надеюсь на вас — те земли весьма беспокойные, да и климат там суровый. Там нужна твёрдая хозяйская рука.
Рохмиро выпрямился.
— Возьмите деньги обратно, Ваше Величество. Сначала я докажу делом, что достоин доверия.
— Деньги вам понадобятся, господин барон. Вы же должны будете кормить солдат, которые будут сопровождать вас в поездке. И нечего так смотреть на меня — неужели я отпущу единственного дядю своей невесты в столь дальнее путешествие без подобающей охраны. Ладно, детали обговорим позже. Миледи, разрешите помочь вам сесть на лошадь?
И король, словно обычный конюший, лично помог засмущавшейся девушке сесть в седло. Дилль вскочил на Белку, Рохмиро сел на гнедого, вздрогнувшего под его тяжестью. Четверо всадников поехали по тёмной улице. Дилль, ехавший позади всех, отметил, что ни Рохмиро, ни Линда не обернулись на кабак. Он счёл это хорошим признаком.
А вот сам он оглянулся не раз и не два — его не покидало ощущение, будто кто-то сверлит взглядом его спину. Наверное, это действовали слова короля о наёмных убийцах, а, может, кто-то из обиженных молодчиков решил проверить мага на живучесть. Дилль, недолго думая, создал парочку крохотных световых шаров и швырнул их в темноту улицы. Ему показалось, что какая-то фигура в тёмном поспешила укрыться от света за угол дома, и на всякий случай Дилль начал собирать энергию для огненного шара.
[1] Шорник — мастер, изготавливающий сбрую и сёдла.
Глава 39
* * *Свод церкви святого Духа был скрыт от глаз темнотой. У огромного — в два человеческих роста, креста, стоял архиепископ Одборгский, державший в одной руке магическую свечу, а в другой метёлку. Метёлку он периодически макал в чашу со святой водой и брызгал на стоящую перед ним пару молодожёнов. При этом архиепископ возносил Единому молитву, чтобы тот благословил брак, даровал новобрачным множество здоровых детишек и вообще всячески помогал им по жизни. Церковные служки, которых начальник привлёк к таинству венчания, стояли по обе стороны от архиепископа и перешёптывались, с любопытством глядя на короля и его невесту.
Дилль, переминаясь с ноги на ногу, вполуха слушал бубнение архиепископа, а сам разглядывал убранство помещения. Колонны, у основания позолоченные, в середине становились красно-жёлтыми, затем меняли цвет на синий, переходящий в голубой. Надо понимать, решил Дилль, это символизирует стихии, что дали жизнь физической сущности Единого. Как и крест — символ четырёх стихий с человеческим черепом на перекрестии.
Он с трудом подавил зевок и посмотрел на гроссмейстера. Адельядо стоял с непроницаемым видом и, казалось, внимательно слушал архиепископа, но Дилль подозревал, что тот попросту медитировал. Стоявший рядом мастер Ильминг, судя по всему, тоже медитировал — ну не мог же он спать стоя? Зато господин Луавиль истово крестился, с умилением поглядывая на белокурую красавицу, одетую в простое платье. Рохмиро, ещё днём — кабатчик, а ныне — барон, правда пока безземельный, смотрел то на короля, то на Линду, то на архиепископа — судя по его несколько ошарашенному виду, он до сих пор не мог поверить в происходящее.
Позади тихо скрипнула дверь — Дилль обернулся и заметил, как тёмная фигура скользнула внутрь церкви и скрылась за колоннами. Он нахмурился. Уж не та ли это личность, которая преследовала их по пути? Дилль жестами попытался сообщить об опасности гроссмейстеру или Ильмингу, но те обратили на его жесты не больше внимания, чем мерин на кобылу. Значит, придётся действовать самому.
Соваться в полутьму Диллю не хотелось — так недолго и нож в брюхо получить, он сделал крохотный световой шар и направил его туда, где предположительно прятался неизвестный. Светящийся шарик плавно переместился, выхватив из темноты фигуру человека с обнажённым мечом.
— Тревога! — заорал Дилль, сплетая огненный шар. — Нападение!
Архиепископ сбился и умолк, служки тут же попрятались кто куда, Рохмиро сделал несколько шагов и прикрыл собой племянницу. Король обернулся, готовый действовать. И только оба мага остались спокойными.
Дилль швырнул огненный сгусток в убийцу, но его огонь странным образом изменил траекторию и с грохотом ударился в одну из колонн, расплескавшись тучей раскалённых брызг.
— Прекрати портить церковное имущество, бестолочь, — послышался голос гроссмейстера. — Илонна, выходи, не то наш сверхмаг опять попробует тебя изжарить.
Мастер Ильминг сделал несколько пассов, гася начавшийся пожар, а тёмная фигура, оказавшаяся вампиршей, вышла на освещённое место, пряча в ножны меч. Дилль с удивлением уставился на Илонну — она-то откуда тут взялась? Впрочем, гроссмейстер тут же всё объяснил.
— Ваше Величество, это мы с Одборгом попросили достойную госпожу Илонну проследовать за вами, поскольку от сопровождения гвардейцев вы отказались.
— Спасибо за заботу, Адельядо. Госпожа Илонна, встаньте рядом с сэром Диллитоном. Это очень удачно, что вы оказались здесь — будете свидетельницей со стороны невесты. Архиепископ, продолжайте.
Рохмиро и Линда с опаской посмотрели на вампиршу, которая, сняв тёмную защитную маску, с непроницаемым видом встала около Дилля. Архиепископ Одборгский взял два золотых обруча и вручил один Диллю, другой Илонне.
— Держите над головами новобрачных. Чуть выше, вот так, — проинструктировал он их, после чего сказал: — Юловар, король Ситгара, желаешь ли ты связать свою судьбу с баронессой Белиндой Кадьяк? Желаешь ли ты делить с ней радость и горе и быть единым целым до тех пор, пока смерть не разлучит вас?
— Да, — раздался голос короля.
— Белинда Кадьяк, желаешь ли ты стать супругой Юловара, короля Ситгара, быть ему верной спутницей жизни и матерью его детей?
— Да, — голосок Линды был тихим, но твёрдым.
— Именем Единого объявляю вас мужем и женой!
Едва архиепископ сказал это, как Дилль почувствовал, что обруч, символизировавший нимб над головой короля, завибрировал в его руках. С удивлением глядя на ожившую золотую штуковину, Дилль ощутил жжение в пальцах — обруч разогрелся и начал светиться. С обручем, который Илонна держала над головой новоявленной королевы, происходило то же самое. Жжение стало нестерпимым, и Дилль с тихим ругательством отдёрнул руку, а обруч остался висеть в воздухе безо всякой поддержки над головой Юловара. Илонна, прошипев что-то на вампирском, тоже выпустила обруч из рук.
Король и королева стояли, окутанные тёплым жёлтым светом. Дилль отметил удивлённые лица архиепископа и церковных служек и понадеялся, что его физиономия не выглядит столь же глупо. Он кинул взгляд на Адельядо — гроссмейстер, прикрыв глаза ладонью, рассматривал светящиеся обручи с искренним интересом.