Огненный адепт (СИ)
Отдельную лепту во всеобщую сумятицу вносили воины клана Сокола, заменившие гвардейцев на всех постах. Солдаты смотрели с нескрываемым превосходством на прислугу и даже на придворных из королевской свиты, останавливали любого, кого им вздумается и устраивали унизительные обыски на глазах у присутствующих. А их командир, капитан Эрнест, велел дать палок двум слугам за то, что они без разрешения пытались втащить громоздкий шкаф в комнату, где он временно расположился. Король, что удивительно, никак не отреагировал на произвол, творящийся во дворце — он лишь повторил, что безопасностью теперь занимается герцог Фрадбург, а, значит, все вопросы к нему.
Господин Луавиль не поленился посетить Фрадбурга, чтобы высказать ему свои претензии. Лучше бы он этого не делал — только опять получил порцию унижения. Герцог Фрадбург, брезгливо оттопырив нижнюю губу, процедил, что всё происходит по плану, утверждённому лично королём, а главный церемониймейстер может убираться из дворца ко всем демонам, если ему что-то не нравится. Никто и никогда не смел разговаривать в таком тоне с главным хранителем традиций Ситгара, поэтому Луавиль, потеряв от гнева голову, вызвал герцога на дуэль. В ответ Фрадбург лишь рассмеялся и велел двум вампирам, стоявшим у дверей кабинета, вытолкать церемониймейстера взашей. Что они и сделали.
Возможно, Луавилю стало бы немного легче, знай он о разладе, царившем между герцогом Фрадбургом и мастером Гвинардом. Ссора произошла за закрытыми дверями, и никто, кроме нескольких доверенных лиц о ней не знал. Герцог решил устроить казнь Адельядо и его помощника вампира прямо перед Сбором кланов, но мастер Гвинард воспротивился и сказал, что ему нужно провести с полувампиром ещё несколько важных опытов. Поэтому маг предложил казнить только Адельядо, а через неделю-другую — Теовульфа, когда тот уже не будет нужен. Герцог настаивал на одновременной казни заговорщиков, маг отстаивал свою позицию. В итоге победило мнение мастера Гвинарда, так как они оба понимали, что до момента отречения короля на Сборе кланов герцог Фрадбург полностью зависит от магов. Судилище над гроссмейстером назначили на следующий после Сбора кланов день.
Но Луавиль этого не знал, а потому бродил по коридорам и залам дворца, решая, провести ли на высшем уровне приём глав кланов или бросить всё к демонам и уехать в своё загородное имение. В конце концов он решил провести приём после чего просить короля об отставке. Придя к согласию с самим собой, церемониймейстер вновь превратился в грозу прислуги, и его гневные окрики заставили шевелиться тех, кто на его взгляд работал не слишком рьяно.
* * *— Я пойду первым, — сказал мастер Ильминг. — Когда увижу патруль, остановлюсь.
Он ушёл вперёд шагов на тридцать, а группа из трёх человек отправилась вслед за ним. Через два квартала маг остановился на перекрёстке. Дилль и Юловар тут же отошли к стене ближайшего дома, а Гунвальд, которого никто не разыскивал, остался посреди улицы, изображая поддатого гуляку.
К Ильмингу подошёл отряд городской стражи, в составе которого Дилль углядел фигуру в длинном балахоне. Ясно, это один из доверенных магов Гвинарда. Интересно, кто именно? Ильминг перебросился со стражей парой фраз, махнул рукой куда-то налево, и патрульные пошли в ту сторону. Маг сделал жест, показывающий, что путь свободен, и снова зашагал по направлению к Триумфальной арке.
Проходя мимо хлебной лавки, Дилль увидел Шаберта, тащившего немаленьких размеров пирог с рыбой. Мальчишка, завидев благодетеля, широко ухмыльнулся и протянул ему пирог, предлагая разделить лакомство. Дилль с улыбкой отказался.
— Я купил, а не украл, — неправильно понял его пацан.
— Верю. Извини, дружище, времени сейчас нет.
И Дилль поспешил догнать ушедших вперёд короля и каршарца. В этот момент из бокового переулка появились человек десять стражников. Их сопровождал мальчишка — тот самый водонос, с которым Дилль недавно разговаривал.
— Вон оттуда он шёл! — захлёбываясь словами, тараторил пацан. — А потом остановился и начал меня спрашивать, где живёт Шаберт.
— Точно у него были зелёные волосы? Не врёшь? — хмуро спросил седоусый стражник с выпирающим над ремнём брюшком и бляхой десятника на груди.
— Зелёные, зелёные, — закивал мальчишка. — Как огурец. Господин сержант, а вы мне сколько дадите, когда его поймаете?
— Посмотрим, сначала поймать надо, — буркнул сержант.
Дилль в панике остановился — предательской зелёной шевелюры под шляпой не видно, но лицо-то никуда не скроешь. А ведь паршивец узнает его. И обойти не получится. Гунвальд и Юловар не были глухими и тоже остановились. Каршарец положил руку на рукоять меча, готовясь пустить его в ход. Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не Шаберт. Он стрелой промчался к стражникам и заорал:
— Я — Шаберт, я! Вы преступника с зелёными волосами ищете? Так я его только что видел! Он вон там, спрятался за пустыми бочками во дворе у бондаря Явана.
Взгляды стражников послушно обратились туда, куда указывал им мальчишка — к счастью, мимо замершего Дилля. Один из солдат предложил позвать на помощь соседний патруль — всё-таки, их маг сопровождает.
— Подмогу звать не будем, и без того половину денег комендант заберёт, — отмахнулся от предложения пузатый сержант и скомандовал: — За мной, парни!
Патрульные трусцой побежали к дому бондаря Явана, не обратив на Дилля внимания. Король и каршарец, прижавшись к стене, пропустили бегущий патруль.
Между тем Шаберт нехорошо прищурился, глядя на излишне болтливого водоноса.
— Знаешь, что за это полагается?
Тот, похоже знал, и начал опасливо отступать. Шаберт бросился на него — секунда, и двое мальчишек уже колотили друг друга, а рыбный пирог валялся в грязи.
Дилль мысленно поблагодарил Шаберта — тот не только направил стражу по ложному следу, но и отвлёк пацана.
— Уходим, — прошипел он королю и каршарцу, и сам поспешил к ожидавшему их магу.
Похоже, сегодня удача смотрела не в сторону короля с товарищами. Не успел Дилль сделать и пяти шагов, как резкий порыв ветра сбросил с его головы шляпу, и злополучные зелёные волосы засверкали на ярком утреннем солнце. Даже если бы Дилль заорал «я здесь», и то он не привлёк бы к себе больше внимания. Какой-то дворянин, проезжавший мимо, остановил коня, с удивлением уставившись на волосы Дилля, а мелкий стервец-водонос, отпрыгнув от Шаберта, закричал:
— Стража! Он здесь, здесь!
Шаберт от души съездил ему по носу, но призыв мальчишки был услышан. Бежавшие к дому бондаря стражники обернулись, углядели зелёную шевелюру, которую Дилль с проклятьями уже прятал под шляпу, и побежали обратно.
— Стоять всем! — издали крикнул сержант.
Гунвальд выхватил меч — похоже, каршарца ничуть не смущало, что он готовится вступить в схватку с десятком стражников, вооружённых алебардами.
— Вы все арестованы! Ты, на коне! Стоять, я кому сказал! Парни, на топоры их!
Раздалась переливистая резкая трель сержантского свистка — это командир патруля решил, что деньги деньгами, а помощь лучше позвать. Стражники перешли с бега на шаг и, выставив перед собой мечи и алебарды, начали окружать Гунвальда. Проезжий дворянин, явно не желавший связываться со стражей, дёрнул уздечку, разворачивая коня, но на свист командира патруля уже появились два кавалериста из полка графа Юрза. Они миновали столбом стоявшего Ильминга, издали глядевшего на начинающуюся схватку, и, дав шпор своим скакунам, выхватили мечи.
В этот момент Дилль понял, что чувствует крыса, загнанная в угол. С одной стороны тесной улицы на них надвигались стражники с алебардами, с другой неслись два всадника — и те, и другие явно намеревались сначала пустить в ход оружие, а уж затем выяснять, кого они порубили на куски.
Дворянин на коне, намеревавшийся было уехать, невольно послужил защитой от кавалеристов, встав на их пути.
— Я — младший барон Ориф, — заорал он, — конюший графа Веста. Не смейте приближаться ко мне!