Огненный адепт (СИ)
Дилль пригнулся, ожидая, что сейчас разгневанный кабатчик закатит ему оплеуху. Но к его удивлению вопль Рохмиро относился вовсе не к нему, а к притихшей компании.
— Мне, что, повторить?
— Но, хозяин, мы ещё даже не расплатились, — удивлённо протянул один из ремесленников.
— Потом расплатитесь. Убирайтесь!
Ремесленники подхватили девиц и исчезли, пока кабатчик не передумал насчёт оплаты. Когда они ушли, Рохмиро закрыл дверь на засов и повернулся.
— А звали предка — барон Кадьяк, — завершил сеанс провидчества Дилль.
Линда опять ойкнула, король вздрогнул и посмотрел сначала на девушку, потом на кабатчика. Сам же Рохмиро нехорошо прищурился.
— Шантажировать нас вздумал, щенок?
Дилль поглядел на здоровенный тесак, вдруг возникший в руке кабатчика, и понял — шансов нет. Магия ему не подвластна, а король, хоть должен уметь фехтовать, но безоружен. К счастью, в дело вступила девушка.
— Дядя! Не смей!
— Да я их не буду сильно резать. Просто свяжу и сброшу в канализацию — пусть муары с ними разделаются.
— Дядя!
— Отойди. Я не позволю всяким проходимцам марать славное имя Кадьяков.
— Они не проходимцы. Ты же видишь, один из них маг, а второй — обычный торговец.
— Он такой же маг, как я. Просто этот прощелыга откуда-то узнал о нашем прошлом и заявился сюда, чтобы стрясти с нас денег за молчание.
— Позволь, Рохмиро, но ты не прав, — поскольку кабатчик не кинулся в драку, а вступил в разговор, к Диллю вернулось хладнокровие. — Если ты так истово хочешь сохранить тайну своего происхождения, то сначала сними и спрячь вон тот маленький щит. Любой знаток геральдики знает красный крест с мечами.
— Но никто не знает, что мы с ней — потомки этого древнего рода. И никто уже об этом не узнает, потому что эту тайну вы унесёте с собой в могилу.
— А откуда ты знаешь, что мы не оставили сообщников? — поинтересовался Дилль. — Которые, если мы завтра не вернёмся, растрезвонят на весь Тирогис, что потомки славных Кадьяков содержат какой-то жалкий кабак.
— Нет у вас никаких сообщников, — нерешительно сказал Рохмиро, — я же знаю.
— Ты маг-всевидец? Ну, тогда попробуй нас прикончить.
— Дядя, перестань! Ты же видишь, что они приличные люди, а вовсе не шантажисты, — Линда встала перед кабатчиком, не давая ему приблизиться к жертвам.
— Они — приличные мошенники, особенно этот, с зелёными волосами.
— Сударь, — король выступил вперёд. — Поверьте, мы не злоумышляли против вас и вашей досточтимой племянницы. И можете быть уверены, мы не скажем ни слова о том, что сейчас стало достоянием гласности.
— Эк ты загнул, — буркнул кабатчик. — Словно заправский королевский писарь.
— Я получил хорошее образование, если это вас так волнует, — сказал король. — Но я не писарь, а всего лишь простой торговец шерстью.
— Вот видишь, дядя, — девушка отчаянно пыталась отобрать у кабатчика тесак. — Не трогай их!
— Да тебе-то что до них?
— А, может, мне интересно, как шерстью правильно торговать. Отдай нож, говорю!
— О как! — изумился Рохмиро, опуская тесак. — То есть, принц на белом коне тебе уже не нужен?
Король покраснел, как варёный рак, услышав более, чем прозрачный намёк, да и Линда, сообразив, что сказала, цветом лица стала похожей на свеклу. Дилль не удержался от улыбки.
— Вот видишь, Рохмиро, как всё замечательно складывается. Ты же не хотел, чтобы благородные проходимцы кружили голову Линде. Юлиус — всего лишь торговец. Всё случилось по твоему желанию.
— Сейчас моё желание — открутить тебе зелёную голову, — прорычал кабатчик, оттолкнул племянницу в сторону и молниеносным движением схватил Дилля и короля за воротники. — Выметайтесь отсюда, пока я добрый! И если хоть полслова услышу о моём прошлом — даже под землёй вас найду!
Посланные мощным кабатчиком, Дилль и Юловар пролетели шагов пять, пока не вошли в соприкосновение с землёй. Хорошо хоть Рохмиро перед тем открыл дверь.
— Дядя! — послышался вопль Линды, и дверь с грохотом захлопнулась.
— Вот зараза, мог бы и не в лужу нас швырнуть, — ругнулся, отплёвываясь, Дилль. — Ну, господин Юлиус, теперь ваше любопытство удовлетворено?
— И даже более, чем я смел надеяться, — король невозмутимо выбрался из лужи и стряхнул с себя грязь. — Спасибо тебе, Дилль. Всё складывается замечательно, осталось только вернуть себе власть и наказать заговорщиков.
— Но перед этим нужно найти, где провести ночь.
Пока они размышляли, куда податься, дверь чёрного хода скрипнула, и в темноте появилась девичья фигурка.
— Эй, вы здесь?
— Да, сударыня, — Юловар вышел ей навстречу. — Мы к вашим услугам.
— Я подумала, может, вы переночуете у нас на конюшне? Там есть небольшой сеновал. Это, конечно, не то, что в доме, но всё же лучше, чем на улице.
— Спасибо, моя госпожа, — Юловар поклонился в лучших дворцовых традициях.
— А как твой дядя? — осведомился Дилль. — Он не будет против?
— Конечно, будет, — хихикнула Линда. — Но он не знает. А если вы проснётесь с восходом и уйдёте, то и не узнает, что всё-таки предоставил вам кров. Пойдёмте, я покажу вам место.
— Позвольте поддержать вас, — Юловар подхватил девушку под локоть.
— У вас, господин Юлиус, манеры не торговца, а истинного придворного кавалера. Вы, сударь, настоящий искуситель.
— При виде вас, сударыня, любой торговец станет наигалантнейшим кавалером. Не будет ли нескромным с моей стороны спросить, неужели вам так нравится шерсть и всё, что с ней связано?
Услышав последний вопрос, Дилль вздохнул и дальше не пошёл. Третий, как говорится, лишний. Он поёжился и уселся на корточки, прислонившись спиной к деревянной стене. Всё-таки любовь — страшная вещь! Она заставляет терять голову даже королей — Его Величество, похоже, при виде девушки совсем забыл о нависшей над ним смертельной опасности. Тео, к примеру, тоже странные штуки вытворяет ради своей Реллы. Или, вернее, вытворял. И только Дилль сохраняет холодный рассудок и здравый смысл. Он вздохнул — может, тоже поддаться всеобщему безумию и влюбиться в какую-нибудь очаровательную девушку? Занятый такими мыслями, Дилль не заметил, как уснул под фырканье лошади и невнятную беседу влюблённых.
Глава 28
* * *— Ты — кретин!
— Ваша светлость, говорю вам, волноваться не о чем. Они погибли. Но на случай, если король и сбежавший с ним адепт не полезут в канализацию, а отсидятся и вздумают вернуться, в тайном ходе размещены арбалетчики. При любом исходе, беглецы мертвы.
— Принеси мне труп короля, и я поверю. И даже извинюсь перед тобой.
— Я не самоубийца, — мастер Леклер выпрямился. — Если желаете, пошлите туда своих солдат.
Герцог Фрадбург, раздувая ноздри от гнева, смотрел на невозмутимого магохранителя.
— Леклер, ты уверен, что у этого хода нет никаких ответвлений?
— Нет, не уверен, но судя по хронике, этот ход проделали прямиком в канализацию. Это было ещё до того, как в ней объявились муары. Я уверен, что монстры сожрали короля и адепта, как они обычно убивают всякого, кто попадает в канализацию.
Герцог, прихрамывая, принялся ходить по кабинету. Лжекороль — в недавнем прошлом Ошмель, сидел на стуле и не обращал ни на кого внимания. Без управляющей магии камень Ильма делал его истуканом.
— Почему Гвинард не дождался меня?
— Он сказал, что его присутствие необходимо в Академии — там непременно возникнут трудности, когда Совет высших магов узнает о предательстве Адельядо. Мастер должен взять Совет под контроль. Он уехал, как только набрался для этого сил.
— Ты справишься с «королём»?
— Конечно, — лысая голова Леклера качнулась. — К тому же, мастер Гвинард обещал вернуться к утру и помочь. Ваша Светлость, он тоже считает, что король погиб, однако я думаю, что лучше не дожидаться утреннего оглашения, а предупредить всех о королевском двойнике прямо сейчас. Всех — от глав кланов до самых малозначительных дворян и чиновников. Особенно, если они истово преданы трону.