Огненный адепт (СИ)

Дилль и Тео с любопытством ждали, как на сей раз отреагируют их жертвы. Тео склонялся к тому, что они всё-таки съедят пересоленную еду, а Дилль был уверен, что они опять побегут выяснять отношения с дородными поварихами. Никто не угадал. Мейс углядел в своей тарелке явный избыток соли, поковырял ложкой кашу, вскинул голову, увидел зубастую ухмылку Тео и всё понял.
— Ах ты, нежить, издеваться вздумал?!! — похоже, Мейс рассердился не на шутку. — Встань, когда с тобой разговаривает дворянин из клана Вепря!
От мощного удара Тео с разбитой губой свалился с лавки. Впрочем, он тут же вскочил на ноги и отплатил Мейсу той же монетой. Водник рухнул на стол, стоявший позади него, с проклятьями поднялся и бросился на обидчика. Мейс обладал атлетическим телосложением, он каждый день занимался с мастером Оквальдом боевыми искусствами, а потому Тео, хотя и бывшему наполовину вампиром, пришлось туго.
Они сцепились и покатились по полу. Дилль попытался разнять их, но быстро понял всю никчёмность своей затеи, едва не получив сапогом по носу. В общем, пусть это пробует тот, кто умеет разнимать дерущихся котов. Галл тоже не принадлежал к числу укротителей разъярённых кошек, а потому издали принялся тыкать в дерущихся вилкой, стараясь попасть в вампира. Дилль счёл несправедливым, когда двое водников против одного Тео, и от души съездил в ухо Галлу. Дилль даже близко не был каршарцем, но, видимо, попал очень удачно, потому что пакостник, схватившись за ухо, с завываниями рухнул на пол.
— Что тут происходит?
К месту кулачных забав подошёл мастер Гвинард. Не получив ответа на свой вопрос (честно говоря, довольно бессмысленный), старый маг взмахнул руками. Воздух вокруг него моментально стал ледяным, а дерущихся окутало облако морозного огня. Дилль отступил, закрывая лицо от жгучего холода, Галл поспешил откатиться прочь, сразу забыв про болевшее ухо. Тео и Мейс прекратили колошматить друг друга и уставились на старого мага. Покрытые инеем, с сосульками, свисавшими с волос и бровей, они сейчас напоминали двух снеговиков. Правда, снеговиков с окровавленными лицами и разбитыми носами…
Мастер Гвинард пригладил свои пушистые волосы, вставшие дыбом от избытка магии в воздухе, и елейным тоном сказал:
— Каждому по двадцать полных ночных отработок. Ты! — Гвинард повернулся к Диллю. — Десять полных ночных отработок. — Ты! — теперь очередь Галла. — Семь полных ночных отработок. И это вам только от меня. Посмотрим, сколько ещё назначит гроссмейстер, когда узнает об этом безобразии.
Дилль поморщился. Полная ночная отработка означала, что нарушитель обязан отбыть трудовую повинность без перерыва на сон, то есть, с вечера и до самого утра. А потом заниматься вместе со всеми, посещать тренировки, ходить на специализацию, выполнять домашние задания… А потом снова с вечера до утра работать там, куда пошлют. А пошлют, Дилль в этом был уверен, в какое-нибудь такое место, где вздремнуть не удастся. И так десять суток подряд. А бедолаге Тео — все двадцать. Как Мейс и Галл будут отрабатывать своё наказание, Дилля не волновало.
— Вон отсюда! — рявкнул мастер Гвинард. — Вы все останетесь без завтрака. Мейс, я с тобой отдельно поговорю. А ты, Теовульф, иди за мной.
Вся провинившаяся четвёрка покинула столовую, сопровождаемая перешёптываниями. Дилль жестом показал Тео, что тот держался молодцом, и отправился в гимнастический зал.
Сегодня мастер Оквальд был добрым — наверное, просто не выспался. Он, отчаянно зевая, пробежался вместе со всеми вокруг зала, затем махнул рукой и объявил, что сегодня будут теоретические занятия. Отпустив адептов старших курсов, мастер Оквальд рассадил оставшихся по лавкам и принялся рассказывать, как правильно работать с мантией.
Услышав словосочетание «работать с мантией», Дилль решил, что Оквальд не просто не выспался, но и не протрезвел до конца. Как можно работать с куском тряпки, пусть и жаропрочной и водостойкой? Оказалось, Дилль поторопился в суждениях. Мастер Оквальд достал из шкафа обычную на первый взгляд мантию, вывернул её наизнанку, и Дилль с изумлением обнаружил множество карманов и потайных отделений на внутренней поверхности мантии.
 
— Вот примерно так выглядит полевая мантия мага. Не знаю, задумывались ли вы когда-нибудь, почему маги носят столь неудобную одежду…
Со всех сторон послышались возгласы «да», «задумывались» и «почему».
— А между тем, всё просто. Длинные полы мантии скрывают от противника движения ног. То есть, он не знает, куда будет перемещаться маг, а это уже хорошее преимущество. Длинная мантия даёт нам несколько лишних мгновений, что в некоторых случаях означает вопрос жизни или смерти. Например, удара ногой противник не увидит до последнего момента.
Дилль видел, как мастер Оквальд может махать ногами — не хуже, чем руками. Вот только незадача — сам Дилль не умеет так. Да и остальные тоже. В общем, остаётся надеяться, что мастер Оквальд знает, о чём говорит.
—… в эти карманы и потайные отделения можно прятать пакеты с порошками, бутылочки с зельями и просто деньги. Так что под одеждой вы сможете хранить целый арсенал, и никто об этом не догадается.
— Сначала только нужно запомнить, в каком кармане что находится, — не удержался от критики Дилль.
Против обыкновения, мастер Оквальд не рассердился, а только усмехнулся.
— Адепт Диллитон прав. Это важно. Всегда нужно помнить, что и где находится. Иначе вместо дымного порошка вы достанете какое-нибудь слабительное заклятье. Теперь рукава: они, как видите, довольно широкие и длинные. Во-первых, это помогает согреваться в холода — всегда можно сунуть правую руку в левый рукав, а левую — в правый. Вид у вас будет, как у мирного монаха, и никто не станет ожидать, что вы в любой момент можете вытащить из рукава… — мастер Оквальд сделал неуловимо быстрое движение, и в его руках засверкали лезвия ножей, — что-нибудь вроде этого. В рукавах для оружия есть специальные крепления. Ну вот, а теперь, когда мы ознакомились с устройством мантии, займёмся практикой.
В течение всего занятия адепты по очереди надевали тренировочную мантию и пытались незаметно вытащить из неё пакеты с песком, мешочки с опилками и металлические заготовки, имитирующие ножи. Получалось, скажем так, не очень впечатляюще, о чём мастер Оквальд громогласно объявлял, не жалея эпитетов. Дилль, к примеру, попытавшись извлечь мешок с опилками и уронив его на пол, удостоился звания «криворукого». Остальным повезло не больше.
— В общем, всё плохо, — закончил занятие Оквальд. — Где лежит эта мантия, вам известно, приходите и тренируйтесь. Кто знает, может, когда-нибудь подобное умение спасёт вам жизнь.
Адепты потянулись к выходу. Дилль подошёл к Оквальду:
— Мастер, я хотел спросить… А как насчёт монахов? У них ведь тоже рясы длинные и рукава широкие. Получается…
— Ты правильно мыслишь, адепт, — усмехнулся маг. — Монашеские рясы сделаны по образцу и подобию наших мантий. Так что, если увидишь монаха с руками, спрятанными в рукава, не обольщайся его мирным видом. В любой момент этот скромный служитель Единого может воткнуть тебе в брюхо полторы ладони доброй стали.
— Что и требовалось доказать, — хмыкнул Дилль и поспешил на занятия по медитации.
Мастер Китан сразу же дал остальным задание, а сам принялся измываться над Диллем, которому велел сесть в сторонке от прочих. Наверное, он заранее знал, что у Дилля «бахнет». Почему-то именно на занятиях по медитации у Дилля получались особо мощные заклятья, которые, честно говоря, он не только не планировал воплощать в жизнь, но иногда даже не подозревал об их существовании.
Сегодня получилось как всегда — то есть, непредсказуемо. Сначала всё шло хорошо: по заданию мастера Дилль набрал энергию и попытался сформировать из неё «пирамиду силы», которая позволяет магу набрать энергию в десятки раз быстрее. Он уже сделал основание вокруг себя любимого и принялся «лепить» вершину на головой, когда понял, что недостроенная пирамида уже работает — его начало захлёстывать потоками энергии. Чтобы не получить магический откат, Дилль принялся выпускать энергию, но, видимо, сделал это слишком быстро, потому что воздух вокруг него затрещал от жара, а жёлтый песок начал слегка чернеть.